Чтение онлайн

— Убирайся отсюда!

— Если я не поговорю с тобой, то мне придется побеседовать с твоими сыновьями.

— Если ты скажешь им хотя бы слово — всего одно слово, — я убью тебя!

Голос Сарис стал низким, спокойным и жестким. Не было никакой ошибки в том, что она намерена исполнить свою угрозу, если ее к этому вынудят. Однако Хайбер и раньше угрожали, и она понимала, какие угрозы были настоящими, а какие возникали просто от отчаяния.

Она продвинулась вперед, пока не оказалась у лестницы веранды в пределах досягаемости рук Сарис Омсфорд.

— Я пришла к тебе из уважения. Я могла бы полностью тебя проигнорировать и сразу бы отправиться к Реддену и Райлингу. Ты бы даже об этом не узнала. И я все еще могу так поступить. И поступлю, если ты продолжишь мне отказывать. Нет, Сарис. — Она подняла руку, предостерегая Сарис от ответа. — Больше никаких угроз. Угрозы ниже тебя. Ты лучше этого. Хватит со мной спорить и послушай, что я должна сказать, или ты заставишь меня сделать то, чего я старалась избежать. Ты вынудишь меня действовать за твоей спиной.

Сарис не сдавалась.

— Не запугивай меня, Хайбер.

— Ладно. Значит ни у кого из нас не будет преимущества над другой. Давай войдем внутрь, сядем и поговорим. Прошу тебя.

После довольно долгой заминки Сарис, наконец, кивнула, нехотя повернулась и направилась вверх по ступенькам в дом. Она провела Хайбер на кухню и молча стала заваривать им обеим чай. Закончив с этим, она принесла две чашки на стол, за которым уже сидела Хайбер.

— Это ничего не меняет, — подчеркнуто произнесла она.

Хайбер кивнула. Конечно же, уже изменило, но не было причины об этом говорить.

— С тобой все хорошо? — вместо этого спросила она.

Сарис слегка улыбнулась:

— Говори то, что пришла сказать. Не трать мое время. Я хочу, чтобы ты ушла как можно скорее.

— Ну, тогда слушай, Сарис. — Хайбер поставила чашку на стол. — Существование самой мощной магии, древней эльфийской магии, было обнаружено совершенно случайно. Пока что об этом знают только друиды. Однако, все может измениться. Очень важно, чтобы мы нашли и забрали ее прежде, чем это сделают другие — те, кто не так заинтересован в защите Четырех Земель.

— Естественно, ты имеешь в виду Федерацию, — усмехнулась Сарис.

— Я имею в виду мужчин и женщин во всех Четырех Землях, для которых власть является эликсиром и пристрастием. Я говорю о тех, кто считает, что обладание магией является способом повысить свое положение, и воспользуются этим за счет других. Они повсюду, и мы обе это знаем. Именно они связаны с этим делом не в последнюю очередь. И именно их намерения тревожат меня.

Она отхлебнула чай, но не взглянула на собеседницу.

— Я не была уверена, что делать, когда узнала об этой магии, поэтому отправилась спросить совета у духов мертвых. Часто они знают то, что сокрыто от живых, и я надеялась, что они помогут мне в поисках этой магии. Один из духов, самого сильного друида, который уже давно умер, явился мне и рассказал кое–что из того, что мне нужно знать. Среди сказанного было и то, что подтвердило мои страхи — опасность неправильного применения магии, если она попадет не в те руки, будет реальной. И еще одно сказал он мне. Он сказал, что когда я отправлюсь на поиски этой потерянной магии, я должна взять с собой и Реддена, и Райлинга — что они чрезвычайно важны для того, чтобы я нашла то место, где спрятана эта магия.

Она двигалась по лезвию бритвы, стараясь избежать всего, что могло вызвать подозрения о том, что близнецы окажутся в опасности. Сарис неотрывно смотрела на нее.

— Вообще–то, — продолжала она, — дух сказал мне, что обнаружить эту магию будет невозможно без помощи твоих сыновей. Он не дал мне никаких объяснений, почему. Но во всех великих походах и сражениях, которые определили историю Четырех Земель со времен обретения Меча Шаннары и поражения Чародея—Владыки, всегда принимали участие Омсфорды. Думаю, это их судьба, Сарис. Таков участь этой семьи. Нам с тобой хотелось бы, чтобы все было иначе, но нам нечего сказать по этому поводу.

Сарис Омсфорд медленно кивнула:

— Возможно, тебе нечего сказать. Но у меня–то точно есть.

— Так какой выбор ты сделаешь? Будешь говорить за своих сыновей? Или позволишь им говорить самим?

— В данном случае, я буду говорить за них. Они не пойдут. Найди кого–нибудь еще, кто поможет тебе с этой ерундой.

— Больше никого нет. — Хайбер слегка потягивала чай, внимательно наблюдая за собеседницей. — Ты вырастила своих мальчиков так, чтобы они заботились сами о себе и не зависели от тебя. Они мальчики только по возрасту. Они почти мужчины. Насколько они готовы принимать мудрые решения? Насколько хорошо ты их обучила? Веришь ли ты в их способность во всем разбираться?

Сарис тихо засмеялась:

— Во что я верю, тебя не касается. Что я знаю — так это то, что твоя способность манипулировать, как и у всех друидов, безгранична. Я знаю, что обман и мошенничество являются инструментами в ваших делах. Когда дело касается магии, вы ни перед чем не остановитесь, чтобы достичь своей цели. Если такова ваша жизнь, пусть так оно и будет. Я желаю тебе всего хорошего. Но ты не впутаешь в свои интриги моих сыновей. Я этого не позволю.

— Даже если Четыре Земли в опасности? Даже если все мы в опасности? До какой степени должна вырасти опасность, чтобы ты отбросила в сторону свои предрассудки и позволила нуждам многих преодолеть твои страхи, чтобы убедить тебя принять правильное решение?

— Не тогда, когда именно ты говоришь мне, что я должна! — воскликнула Сарис. — У тебя нет никакого права говорить мне, что я должна делать, когда дело касается моих сыновей!

Хайбер сделала глубокий вдох и медленно выдохнула:

— Эта задача должна быть выполнена. Опасность следует преодолеть до того, как она станет слишком огромной, чтобы с ней управиться. Мы живем сейчас в критический момент нашей истории, Сарис. Наука начала возрождаться и как сила, которая будет определять направление нашего развития, и как культура. Ее забросили и ее избегали после разрушения Старого Мира в катаклизме Великих Войн. И это было абсолютно правильно. Но теперь мы видим, что остатки той науки вновь возрождают и применяют в таких ужасных битвах, как война на Преккендорране. Она соперничает с магией за превосходство. Каждое новое открытие, каждая новая находка меняют наши представления о том, скоро ли наступит время, когда наука снова ворвется в этот мир. И сейчас оказывается, что считавшаяся потерянной навсегда магия может вновь явится на свет. Если такое случится, то борьбы между магией и наукой снова обострится. Какой бы стороны мы ни придерживались, что бы мы ни думали об этом, мы не можем делать вид, что для нас это не имеет никакого значения. Мы не можем игнорировать потенциальное влияние этой борьбы. История говорит нам, что случится, если мы будем бездействовать. Я это знаю и ты тоже, даже если отказываешься это признать.

Она немного помолчала, качая головой:

— Мне не хотелось сюда приходить. Меня бы здесь не было, если бы я не была убеждена в необходимости помощи твоих сыновей. У меня нет намерений заставлять их делать что–либо. Однако, я хочу, чтобы им был дан шанс самим принять решение.

Сарис обдумала услышанное, а потом сказала:

— Ну, принятие любого решения подождет. Их здесь нет. Они отправились в поход с другом. Я не знаю, когда они вернутся. Возвращайся, когда они будут здесь и спроси их.