Чтение онлайн

Глава 3

Эмме было трудно уснуть этой ночью. Она лежала на постели под одной простыней. Лунный свет играл на поверхности моря, превращая далекие горы в острова, плавающие в дымке. Почему она так отчаянно оттолкнула Уолтера? Когда это несколько поцелуев вечером после танцев значили так много? «Каков он, этот счастливчик, для которого ты бережешь свои поцелуи»? Такого человека не существовало. Никогда не существовало. Она действительно хотела любви, часто мечтала о ней, размышляла как бы все это было, и с грустью признавала, что время идет, и с ней, наверное, такого уже никогда не случится.

Она не хотела причинить боль Уолтеру. Он воспринял все очень хорошо, отпускал шутки о человеке, который завладел ее сердцем, но его гордость была задета. О Нике Уоррендере, Нико, мистере Хмурый Взгляд, она не позволяла себе думать.

На следующее утро она чувствовала себя так, словно не спала вовсе. Зато леди Чартерис Браун, напротив, была в прекрасном настроении. Во время завтрака она объявила, что будет сопровождать Эмму в поездке, которую запланировала, по кафе и тавернам Аджио Стефаноса.

— Но перед тем, как мы отправимся в путь, я хотела, чтобы ты выяснила у служащих отеля, когда мы, наконец, сможем увидеть эту горничную. Конечно, она вернется на работу сегодня!

Эмма была вынуждена пойти к регистрации и неожиданно была разочарованна, когда увидела за стойкой обходительного молодого человека.

— Мария? — Он воздел руки к небесам и уронил их. — Мне очень жаль, но ее нет. У нее большие проблемы. Ее отец… Вы понимаете? Телефон? Там, где живет Мария, нет телефона. Может быть завтра…

— Завтра? — вскричала леди Чартерис Браун, когда Эмма пересказала ей содержание разговора. — Но мы должны уезжать завтра! Горничные пропадают, дети набрасываются на скейтбордах… Это худший из всех отелей, где я когда-либо останавливалась.

— Все равно, я думаю, нам следует зарезервировать наши номера еще на некоторое время, — сказала Эмма. — Не забывайте, Мария — единственная ниточка, которая у нас есть.

— Если все это того стоит! Если мы когда-нибудь вообще увидим эту Марию! Ну да ладно. Оставь за нами эти номера на пару дней.

Утро в Аджио Стефаносе нельзя было назвать удачным. Город был забит, стояла жара. Вскоре, после визитов по кафе и тавернам, леди Чартерис Браун устала и выглядела подавленной. Никто не признавал девушки на фотографиях. С усталостью леди Чартерис Браун становилась все более капризной и упрямой. Легкий ланч в таверне у моря и Эмма везла ее назад в отель на сиесту.

— Не стоит так разочаровываться, — сказала она старой леди, когда та прикрыла веки от яркого света. — Официанты в кафе и тавернах видят столько людей, что просто физически не могут помнить все лица, и даже если вспомнят, что они могут нам сказать больше того, чем мы знаем от Марии, что Алтея была в Аджио Стефаносе? Попозже, когда станет немного прохладнее, я объеду дома, в которых сдаются квартиры и комнаты. Это может нам дать больше шансов. Без отдыха Эмма отправилась из своего номера в сад. Накануне у бассейна ее кожа обгорела на солнце, и Эмма решила, что будет лучше сегодня избегать солнечных ванн. Было очень тихо. Группа уехала на свою очередную экскурсию. Эмма нашла место в тени и присела с книгой, но успокоиться никак не могла. Для нее было большим разочарованием, что они никак не могли услышать то, что Мария знала об Алтее. Ее информация могла ничего не стоить, а могла и навести их на след девушки. Какова была Алтея? — задумалась она. Почему леди Чартерис Браун так мало рассказала ей об Алтее? Не потому ли, что старая леди по-настоящему не знала своей внучки? У Алтеи не было близких друзей. После ее исчезновения ни один человек не мог даже высказать предположения, почему она ушла, и куда могла уйти.

Откуда-то из гущи олеандров у себя за спиной она услышала пронзительный крик. В напряжении, она прислушивалась. Крик раздался снова, но теперь вместе со звуком сильных ударов. Потом стон, словно кому-то причиняли боль. Боже мой, что там происходит? Пробравшись по узкой тропинке среди цветущих кустарников, она попала на небольшую поляну, окруженную валунами. В центре ее маленький мальчик в пластмассовых доспехах лупил по чему-то мягкому и пушистому игрушечным мечом.

— Что ты делаешь? — закричала Эмма по-английски, так как это был никто иной, как маленький сын Ника Уоррендера, производивший истязание.

Ребенок бегал кругами. Его лицо под шлемом горело, глаза были широко распахнуты и сияли.

— Я убил Минотавра, — сказал он.

— Да?

Ребенок обернулся и ударил кулаком по пушистому комку, зажатому между колен.

— Я — Тесей, а кролик — Минотавр, — он выхватил и высоко поднял за уши игрушечного кролика. — Он не истекал кровью, но он точно умер. И теперь, — сказал он, повергая в прах мертвого Минотавра, — я собираюсь стать царем и жениться на Ариадне. Хочешь быть Ариадной — встань вон там, — он показал на пышное рожковое дерево с зелеными глянцевидными листьями. — Там моток пряжи. Мне приходилось самому изображать Ариадну, понимаешь, но будет гораздо лучше, если Ариадной будешь ты.

— По-моему, — сказала Эмма, — я пришла как раз вовремя.

Она нашла моток пряжи у рожкового дерева там, где был привязан конец нитки.

— И сейчас ты собираешься найти дорогу из Лабиринта с помощью этой нити?

Но у Тесея, похоже, возникла проблема:

— Я потерял свой конец нити! Эмма смотала клубок и малыш подпрыгнул, схватив конец тянувшейся нитки.

— Нашел! — закричал он как триумфатор. Бегая зигзагами по пустырю и имитируя путь по Лабиринту, он подбежал к рожковому дереву.

— Добрался, — сказал он, срывая шлем. — Просто запросто!

Он уселся на нескошенную траву.

— Как тебя зовут?

— Эмма.

— А меня Янни.

— Да, я знаю.

Он посмотрел на нее исподлобья и нахмурился так же, как это делал его отец. Теперь он вспомнил, и Эмма пожалела о сказанном. Он отшатнулся от нее, дергая за ремешки своего нагрудника.

— Помочь тебе?

— Нет.

Она наблюдала, как он борется с пластмассовыми креплениями. Ему было жарко, полосы повлажнели от пота. Она вспомнила, что его отец говорил о кашле.

— Ты был в Кноссе, где Тесей убил Минотавра? — спросила она.

Он кивнул.

— Ты знаешь, что случилось дальше? — Он повернулся посмотреть на нее, и она потихоньку протянула руку к непослушным лямкам. — Как Тесей не остался на Крите и поплыл назад в Афины…

— И забыл поменять паруса на своем корабле с черных на белые. Его отец подумал, что Тесей погиб и бросился на скалы, и поэтому Тесей стал правителем Афин.

Нагрудник был снят.

Эмма сказала:

— Я собираюсь пойти попить холодного лимонада в бар у бассейна. Хочешь пойти со мной?

— Мне не разрешают ходить к бассейну. — Все будет в полном порядке, — заверила она его, — если ты будешь моим гостем. Я понесу доспехи и Кролика, а ты понесешь свой меч.

Они вышли из гущи олеандров на солнечный свет. Как выяснилось, Янни бывал в Кноссе несколько раз и продолжал рассказывать ей все об этих поездках, пока шел, прыгая рядом с ней.

— У них были игры с быками, — сказал он. — Можно даже увидеть то место, где они прыгали через быков. И девушки тоже.

— Я бы побоялась.