Чтение онлайн

– Завтра мы увидимся?
– спросил я, когда мы вернулись к ее дому.

– Утром у меня репетиция.

– До которого часа?

– К двенадцати я могу закончить.

– Прекрасно... Мне прийти сюда?

– Как вам удобно.

– Мы же договорились?
– упрекнул я ее за то, что она упорно не решалась перейти на "ты".

– Как тебе удобно, - улыбнулась она.

– Давай лучше у реки...

– Хорошо...

Я потянулся все же ее поцеловать, она мягко отстранилась.

– Не надо, прошу тебя. Не торопи события...

Я не обиделся, понимая ее состояние, - ведь еще вчера она была невестой другого человека.

– Завтра мы обо всем договоримся окончательно, - я ласково привел рукой по ее волосам, - но ты уже начинай действовать... Сколько дней тебе понадобится, чтобы закруглиться здесь?

– Не знаю... Дней десять, наверное...

– А я как раз за это время разузнаю насчет работы в Москве. У меня есть кое-какие знакомые в театральном мире.

Я не врал, потому что имел в виду Олю. И вообще, все сказанное мною в тот вечер было правдой, которая доставляла мне такое же удовольствие, как первая прогулка после многодневного принудительного постельного режима...

– До завтра, - сказала она с ласковой благодарностью.
– А когда ты едешь?

– Сразу после свадьбы. Ну, мы еще договоримся обо всем...

Послышались чьи-то голоса, звук шагов. Она забеспокоилась.

– Можно я пойду?

– Иди.

Я все же несколько раз торопливо чмокнул ее в лоб и щеку, прежде чем окончательно отпустить. И ощутил волнение, смутное, как давнее, почти забытое воспоминание...

И все же, прежде чем вернуться на базу, я нагрянул к нему еще раз. Вытащил его из постели. На этот раз он не стал меня приглашать в дом.

– В чем дело?
– довольно грубо спросил я.
– Мы же договорились.

– Ревизия была.
– У него тон тоже был не ласковый и уж во всяком случае отнюдь не смущенный.
– А что за спешка?

– Это уж не твое дело. Мы с тобой договорились? Ты сам сказал, чтобы я пришел.

– Что я могу сделать, если меня неожиданно вызвали?

– Никто тебя не вызывал...

– Ну ладно, тебя это не касается.

– Давай деньги!

– Сейчас?

– Да.

– Сейчас не получится. Поздно.

– А какое это имеет значение?

– Имеет, - он сделал паузу, - и потом, у меня таких денег нет... Я вчера сказал тебе, а сегодня смотрю - никак не получается...
– Он выжидательно умолк.

Все стало ясно - он опять сбивал цену; своим торгашеским чутьем почувствовал, что деньги нужны позарез, и пытался выжать из этого максимум возможного.

– А сколько у тебя есть?

– Три.

– Ладно, давай три.

– Ты согласен?!
– Он опять был поражен.

– Да, согласен...

Но он не пошел за деньгами.

– Завтра утром, - попросил он, - прошу тебя, подожди до утра.

Пришлось согласиться, конечно, а что я мог сделать? Надгробие и курятник требовали, чтобы я принял любые его условия...

На базе меня ждал Алик: пил чай у ворот вместе с охранником.

– Все в порядке. Я нашел человека - доставит прямо по адресу.

– Спасибо, Алик. Это очень важный пакет.

Алик просто расцвел; он всегда был рад оказать мне, да и, пожалуй, всем нам, услугу.

– А ты куда исчез? Ребята тебя весь вечер ждали.

– В Москву звонил... А он точно сегодня отвезет?

– Да...

Это означало, что уже утром можно было позвонить за ответом; одного взгляда Стрижова на тетрадь достаточно, чтобы оценить способности этого вундеркинда...

– Рамиз тебя весь вечер ждал...

– Ах, да!
– Я сделал вид, что забыл о деньгах, обещанных Рамизу.
– Совсем вылетело из головы... Неудобно как! Ну, ничего, завтра утром... Завтра утром он все получит...

– Он как раз завтра хочет тебе свой курятник показать.

– Во сколько?

– В десять...

О свадьбе мы не говорили: я из-за встреч с Алей, у него тоже были какие-то свои причины. Но чувствовалось, что она в любом случае состоится...

Утром я проснулся довольно рано, в половине восьмого. Наступил решающий день, и необходимо было успеть покинуть базу, ни с кем не повстречавшись. Но минут двадцать ушло на бритье и умывание, а к восьми за дверью послышались голоса вундеркинда и его мамаши. Они обсуждали, удобно ли потревожить меня так рано?

– Я думаю, что он уже встал, - настаивала мать, ссылаясь на то, что ученые начинают трудовой день рано.

– Вчера он спал до девяти, - возразил сын не без тайной надежды, что мать все же права.

– Я уверена, что он уже работает.

– Завтрак во сколько?

– С восьми до девяти. Осталось несколько минут. Не волнуйся, сыночек, сейчас он выйдет.

Я прошел на цыпочках к столу, где под пепельницей лежала записка от ребят. "Куда ты пропал? Ждали до часу ночи. Утром не исчезай. В крайнем случае, сбор в пять часов вечера на базе. Свадьба в шесть. Готовь тосты - ты тамада".

Прочитав записку, я приблизился к двери и заглянул в замочную скважину: мать и сын стояли в конце коридора у единственной лестницы, перекрыв тем самым выход из корпуса...

Окно выходило на заднюю часть двора. Людей видно не было, рабочий день начинался позже. Поэтому, еще раз убедившись в том, что семейка отрезала всякую возможность покинуть базу нормальным способом, я влез на подоконник и, повиснув на руках, спрыгнул на свежевспаханную землю.

Времени у меня было в обрез. До встречи с Алей надо успеть получить деньги за дом, позвонить в Москву и осмотреть курятник Рамиза.

"Получить деньги! Получить деньги! Получить деньги!" Эта фраза билась во мне, пока я почти бегом добирался до дома победителя соцсоревнования. С кем и в чем он соревновался, интересно, и кого победил? Меня-то уж точно. Я отчетливо ощутил это, когда его жена, выйдя к калитке, заявила, что он недавно ушел.

– Как ушел?!

Рука непроизвольно потянулась к сердцу: со стороны могло показаться, что мне что-то понадобилось в левом внутреннем кармане пиджака.

Жена его, объясняя, что он ушел ненадолго и просил зайти попозже, внимательно следила за моей рукой, предполагая, что я ее вот-вот вытащу. Но так и не дождалась. Даже добравшись до почты, я не мог оторвать руку от груди, в глубине которой началось какое-то жжение, усиливающееся при каждом вздохе.