Чтение онлайн

Но, сетует Эллисон, "к сожалению, противозаконная деятельность революционных виджилянтов произвела впечатляющее воздействие на народ, который любил, а может быть, и боялся собственной власти больше, чем власти штата". На призыв губернатора откликнулась горстка людей, в то же время несколько волонтерских рот национальной гвардии разбежались. Волонтеры заявили, что они не намерены убивать своих сограждан. Власти почувствовали свою полную беспомощность, когда генерал Джон Вул отказался дать им оружие на том основании, что президент не возлагал на него таких полномочий.

Тем временем группа умеренных граждан Сан-Франциско решила выступить в качестве посредника между виджилянтами и конституционными властями. Взяв с комитета обещание не демонстрировать свои военные силы в общественных местах и не противодействовать исполнению закона о неприкосновенности личности, при условии что губернатор отменит прокламацию и распустит свои силы, они предприняли попытку вступить в переговоры с Джонсоном и Шерманом. Джонсон под давлением высших чиновников штата, особенно судьи Давида Терри, считавшего умеренных не лучше виджилянтов, отказался от каких-либо переговоров.

Узнав об этом, виджилянты приступили к дальнейшим военным приготовлениям, сообщив о своих планах жителям округа. Шерман — сторонник разрешения конфликта мирным путем — после неудачных переговоров с умеренными представителями Сан-Франциско ушел в отставку. Губернатор тотчас же назначил на его место Волни Говарда — горячего вояку из Техаса. Это вселило новые надежды в твердых лоялистов, заявивших, что новый генерал скоро сбросит "торговцев испорченной мукой и свининой" в залив.

Виджилянты произвели военную реорганизацию. Новые правила предусматривали круглосуточное дежурство подразделений. В стратегических пунктах были установлены пушки. Детально разработанные инструкции указывали порядок сбора и действий виджилянтов на случай чрезвычайного положения.

После того как губернатор наотрез отказался вести какие-либо переговоры с виджилянтами, жители Сан-Франциско решительно поддержали комитет бдительности. 14 июня состоялась пятнадцатитысячная сходка. На сходке выступил один из вождей виджилянтов Бейли Пейтон. Его речь была ярким и эмоциональным описанием политической коррупции в городе. Пейтон сказал, что комитет бдительности намерен очистить город от шарлатанов, несмотря на противодействие лоялистов. Пейтои затем поставил вопрос ребром — или народ поддержит комитет бдительности, или виджилянты будут подавлены, однако любая попытка вооруженного сопротивления виджилянтам закончится кровопролитием.

Толпа единодушно поддержала комитет бдительности. Затем были приняты резолюции, в которых одобрялась деятельность комитета бдительности как народной организации, декларировалась приверженность конституции и законам Соединенных Штатов Америки и Калифорнии. Сходка также высказала одобрение инициативе граждан Сан-Франциско, предпринявших попытку переговоров с губернатором.

Хотя генерал Вул ответил отказом на просьбу властей Сан-Франциско, все же в его распоряжении находилось оружие (шесть ящиков с мушкетами), полагающееся штату Калифорния. 19 июня Джеймс Малони и Джон Филиппе, сторонники лоялистов, получили оружие и погрузили его на судно. Однако капитан какой-то шхуны сообщил виджилянтам о местонахождении груза, и те поручили Джону Дэрки и Чарльзу Рэнду вместе с десятком человек перехватить его. 21 июня операция была выполнена. Одновременно было перехвачено оружие, направлявшееся по приказу губернатора из Сакраменто в Сан-Квентин для ремонта.

В тот же день виджилянтам стало известно, что Малони и Филиппе, которых они освободили после "пиратского" нападения на судно с оружием, заглядывая из салуна в салун, открыто угрожали членам комитета бдительности расправой. Исполнительный комитет, не медля ни секунды, приказал Стерлингу Гопкинсу, полицейскому комитета, арестовать двух провокаторов. Гопкинс нашел Малони в кабинете Ричарда Эйша — морского представителя правительства Соединенных Штатов, сторонника официального правопорядка. Кроме Малони и хозяина там оказалось еще несколько человек и среди них — сам верховный судья штата Давид Терри, который, отчитавши Гопкинса и четырех его спутников, запретил арестовывать Малони.

Пятеро поспешили за подкреплением, в то время как судья Терри, Малони и остальные бросились в городской арсенал. Но прежде чем они достигли его, Гопкинс с десятком человек преградил им дорогу и потребовал выдачи Малони. Терри выхватил пистолет, но Гопкинс схватил его за руку. Последовала короткая схватка, в которой верховный судья, вырвав из ножен свой длинный охотничий нож, вонзил его в Гопкинса.

Товарищи быстро доставили раненого в помещение Пенсильванского депо. Тем временем Терри, Малони и остальные укрылись в арсенале.

Происшествие моментально стало известно в штабе виджилянтов. Вышел приказ об аресте Терри, над городом разносились тревожные удары колокола, виджилянты занимали боевые посты. Вскоре арсенал был окружен, Терри и Малони арестованы и отправлены в штаб комитета. Забрав из арсенала триста мушкетов, виджилянты прошли по городу. По пути они захватили еще несколько городских складов с оружием. Оружие и арестованный гарнизон арсеналов в сопровождении эскорта из тысячи вооруженных пехотинцев и кавалерии были доставлены в помещение штаба.

Сторонники закона и порядка лишились оружия и солдат. Губернатор Джонсон чувствовал, что почва уходит из-под его ног. Хвастливый генерал Волни Говард, который, как многие ожидали, должен был сбросить "лавочников" в залив, мог только представить письменный доклад о своей беспомощности.

После ареста судьи Терри — личности очень крупной и сильной — виджилянты почувствовали себя в затруднительном положении. Было ясно, что казнь Терри поставит всех перед решительным выбором. Но и освободить Терри комитет уже не мог. Было решено приступить к судебному разбирательству.

На следующий день в воскресенье в десять часов утра начался суд. Комитет предполагал, что все разбирательство займет не более тридцати минут, однако удалось выслушать только меньшую часть показаний, и, разрешив госпоже Терри свидание с мужем, комитет перенес заседание на следующий день. В понедельник по просьбе судьи решено было отложить работу комитета на среду.

Днем к Терри пришла группа граждан. Во вторник к нему впустили еще одну делегацию горожан. Им удалось убедить Терри и его друзей, что судья должен подать в отставку и покинуть штат. В среду заседание комитета приняло ряд процедурных правил и перенесло суд на четверг, но и на следующий день сессия была отложена. Говорили, что колеблющиеся члены исполнительного комитета ждали обнадеживающих вестей о состоянии Гопкинса.

27 июня в пятницу суд возобновил свою работу. Тем временем судья Терри отказался от принятого ранее решения об отставке, уступив настояниям своей жены, которая считала, что ее муж ни в чем не виноват и мог оставить камеру лишь при одном условии — сохранив звание верховного судьи.

Кризис обострился. Уже обе стороны — партия официального правопорядка и партия самочинной диктатуры — стали побаиваться последствий, которые могли бы возникнуть в случае смерти Гопкинса.

Казнь одного из семи членов Верховного суда Калифорнии обещала стать событием, выходящим далеко за пределы штата. Воображению исполнительного комитета она рисовалась прыжком в неизвестность. Когда после хирургической операции Гопкинс стал поправляться, все вздохнули с облегчением.