Чтение онлайн

— Притворятся эльфом — далеко не всегда хорошая идея. Их слишком многие не любят, — лицо ящера на секунду расплылось в саркастической улыбке. Затем он довольно посмотрел на ошарашенную лучницу и жестом руки предложил всем следовать за ним.

Выйдя из хижины, Шкеш сразу повернул направо, обошёл её и повел авантюристов узкой дорожкой, петлявшей вдоль домов. Деревня оказалась значительно больше, чем при первом осмотре. С центральной улицы было видно далеко не всё поселение. За домом вождя начинался длинный пологий спуск к озеру, который почти весь был застроен овальными строениями ящероголовых. Плотность хибарок была гораздо выше, чем вдоль главной дороги. А сами строения были меньше и выглядели более хлипкими. Определённых улиц между ними не было, поэтому, чтобы пройти, приходилось пробираться между хижинами.

И, конечно же, пришельцы моментально собрали любопытствующих местных, которые, впрочем, держались на расстоянии и близко подходить не собирались. Они лишь указывали на вождя и тихо шептались на своём языке. Некоторым было любопытно, в то время как другие демонстрировали раздражение. Были и те, которые вовсе не сочли нужным обращать на чужаков своё внимание, как, например, группа ящеров, деловито разделывавших тушу какого-то крупного зверя.

Почти у самого берега находилось одно строение, которое сильно выделялось на фоне остальных. На вид это был сложенный из грубо отёсанного камня усечённый конус высотой в два этажа. Место вокруг него не было застроено, и свободное пространство занимал кустарник и другая зелень. Шкеш определённо вёл авантюристов именно к этому дому.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что камни, из которых сложено строение, были испещрены резьбой. Растительность вокруг росла не сама по себе, а была рассажена в определённом порядке. Вход в строение, как и в обычных домах был завешан шкурой. Окон же не было вовсе.

По обеим сторонам у входа росли простые белые цветы неизвестного вида. Там же, как привратники, стояли две грубые каменные скульптуры, изображавшие змей. Скульптуры были покрашены зеленой и желтой краской. Причём яркость цветов говорила, что окраску статуй регулярно обновляли.

— Это храм Змеиной Богини, прошу внутрь, — Шкеш встал перед входом, поклонился, и только после этого, отодвинув шкуру, зашёл.

Внутри оказалось не так просторно, как могло показаться при осмотре башни снаружи. Первое, что бросалось в глаза, это очаг в центре пространства, который горел зелёным пламенем. Неяркий свет огня придавал внутреннему убранству нереальный, загадочный оттенок. Рядом с очагом лежали большие медные подносы с подношением. Там была и рыба, и фрукты. Присутствовали какие-то травы и коренья. По периметру стены, вроде больших тарелок, висели металлические плоские диски с орнаментами. В темноте было не разобрать, но, по-видимому, они были золотые. С потолка свисали лампадки. Не заставленные стены были расписаны яркими цветными фресками, изображавшими божество в виде женщины, нижняя половина тела которой плавно становилась змеиным хвостом. Богиня показывалась в образе ламии, повелевающей разными живыми существами, которые склонились перед ней словно поданные.

— У нашей Богини и её жрицы один дом на двоих, — пояснил Шкеш, указывая на дальнюю часть помещения, отгороженную подвешенными на веревках шкурами — Маи, ты тут?

Шкуры зашевелились и в проёме оказалась голова девочки:

— Шаа привел друзей!

— А где Альварес?

— Я познакомила его с Каишь, они на причале для роко-роко.

— Опять своевольничаешь?

— Нет, просто он не верил, и я попросила Каишь показать.

— Сколько раз я тебе говорил, Маи, — вождь тяжело вздохнул. — Не надаедай Каишь, у неё полно работы.

— Но она сказала, что свободна! — надулась девочка.

— Маи… — назидательно прошипел Шкеш.

— Ну что?

— …

— Ладно. Я больше не буду надоедать Каишь, — маленькая жрица опустила голову.

— Вот и отлично, — Шкеш осмотрелся по сторонам. — А почему ты ещё не разожгла светильники? Опять отлыниваешь от обязанностей жрицы?

— Я не отлыниваю! — обиделась Маи. — Просто Змейке не нравиться их запах.

— Ты ведь это только что придумала?

— А вот и нет!

— А вот и да! — Шкеш опять вздохнул. — Вот чего с ней делать, а?

Маи же тем временем достала огниво и под одобрительным взглядом ящера принялась чиркать им над небольшими лампадками, которые висели на цепочках по периметру храма. Девочка не доставала до светильников и поэтому использовала трехногую табуретку. Когда загорался очередной огонек, она тихо шептала рядом с ним и пламя на секунду вспыхивало зелёным, а затем снова приобретало естественный цвет.

— Змейка говорит, что им нужно побывать за Завесой.

— Что?! — удивлённо выгнул шею Шкеш.

— Не хотите попробовать?

— Маи, но это обряд нашего племени, кто бы они не были, они чужаки. Так нельзя! — Шкеш был явно сбит с толку.

— А змейка говорит, что можно. Только нужно, чтобы были все четверо.

— У нас бывали люди из вне и не раз, мы не дремучие дикари, но никому ты такого не предлагала. Я не знаю, что говорить…

— Если не знаешь, Шаа, не говори ничего.

— В любом случае решать им, — тяжело вздохнул вождь.

— О чём вы? — тревожно спросила Фрида.

— Иногда, сила Богини позволяет избранному заглянуть внутрь себя…

— Не внутрь себя, а за Завесу, — перебила его маленькая жрица.

— Не усложняй, Маи. Они так ничего не поймут. Избранный пьёт специальный напиток, и тогда Богиня присылает ему образы прошлого, настоящего, будущего или чего-то иного. Иногда эти видения помогают, но чаще происходит наоборот, так что каждый должен решать за себя сам.

— Так не пойдёт! — запротестовала Маи. — Они должны быть вместе, вчетвером! Альварес уже согласился, нужно только его позвать.

— Ещё бы он не согласился, — ехидно прокомментировала Фрида. — Этот южный фехтовальщик совершенно не представляет, на что подписался.

— Я не против, — неожиданно заявил Дориан. — У нас на Севере подобные обряды тоже есть.

— И ты туда же, братик? Вот только дурманных отваров нам не хватало!

— Это что-то другое… — тихо сказал Дориан.

— Никогда не принимала участия в подобных обрядах. А это вообще безопасно? — спросила Лили.

— Конечно, нет! — почти выкрикнула Фрида.

— Я, наверное, тоже соглашусь, — робко сказала Лили.

— Змейка говорит, что музыканты и так живут в мире грёз и мечтаний. Она не понимает, почему ты боишься?

— Потому, что знаю, чем обычно заканчиваются массовые приемы таких «отварчиков», — воскликнула Фрида.

— Змейка говорит, что у этого менестреля слишком развита фантазия. И что сейчас не праздник урожая.

— Что?! — Фрида, покраснев, почти подпрыгнула на месте. — Очень хорошо, давай сюда своё варево! Похоже здравый смысл опять покинул нас.