Чтение онлайн

Глава 14

Фьяллтиндр был священным храмом на самой вершине горы, известной как Хаммар. Каждые девять лет здесь проходило собрание, на которое съезжались люди из ближних и дальних стран, чтобы отдать дань богам и принести свои жертвы. Я никогда не была там раньше - мои родители всегда утверждали, что это не место для детей, и это был первый раз с тех пор, как я достигла совершеннолетия.

В большом зале царила суматоха, две дюжины лошадей и множество вьючных животных уже были оседланы и запряжены, когда я появилась в сухой одежде и теплом плаще. Илва руководила процессом - правительница Халсара была одета уже не в дорогое платье, а в одежду воина, включая мужскую рубашку, на поясе висел длинный сакс. Я не сомневалась, что она умеет им пользоваться.

Особенно когда ее противник стоял к ней спиной.

– Ты будешь командовать воинами, которых я оставлю защищать Халсар, - сказал Снорри Лейфу.
– В мое отсутствие ты будешь ярлом. Разошли по моим территориям весть, призывая тех, кто умеет сражаться, и прикажи им, чтобы они готовились.

– Готовились к нападению?
– Лейф скрестил руки на груди, выражая несогласие.
– Они будут недовольны, отец.

– Напомни им, что боги к нам благосклонны, - ответил Снорри, садясь на коня.
– Если же им это безразлично, напомни им, что те, кто сражается за меня, будут вознаграждены.
– Отвернувшись от сына, он сказал мне: - Мы потеряли лошадей во время пожара, поэтому у нас их мало. Ты поедешь с Бьорном.

Я не успела ничего ответить на это, как Снорри потянулся вниз, чтобы поднять Илву, которая удобно устроилась позади него. Стейнунн тоже села на коня, но с молодой рабыней, и скальд следила за каждым моим движением, хотя на ее лице не отражалось никаких эмоций. Вздохнув, я подошла к крупному чалому мерину Бьорна, заметив, что на нем тоже надета кольчуга.

– Что случилось с тем, что ты обычно идешь в бой без рубашки?
– Я ворчала, мои ноющие руки запротестовали, когда он потянул и усадил меня позади себя, зная, что через несколько часов будет страдать и моя задница. Да и конь, скорее всего, не впечатлится.

– Ты едешь позади меня, Рожденная в огне, - сказал он, трогая коня с места.
– И я почти гарантированно скажу что-нибудь, что разозлит тебя в пути. Это долгая поездка, а я не умею молчать.

– Ну, это, конечно, правда.
– Мне едва удалось сдержать крик, когда он пустил коня галопом, отчего я едва не свалилась. Я держалась за талию Бьорна, пока мы следом за Снорри покидали Халсар, но, когда мы выехали из города, мое внимание привлекла фигура в капюшоне на скалистом выступе.

Это была та самая фигура, которую я видела во время похорон жертв набега - дым и пепел уносило ветром, несмотря на то что воздух был неподвижен.

– Бьорн!
– Я указала на него.
– Ты видишь этого человека?

Он повернул голову, и сквозь кольчугу и все подкладки, которые он носил под ней, я почувствовала, как он напрягся.

– Где? Я никого не вижу.

По спине пробежал холодок страха - если Бьорн не видит его, то я либо схожу с ума, либо это призрак, явившийся только мне.

– Останови коня.

Бьорн остановился, остальные последовали его примеру, хотя Снорри спросил:

– Почему ты остановился?

Я снова указала на призрака, который так и остался стоять с опущенной головой, а вокруг него кружились зола и пепел.

– Кто-нибудь из вас видит эту фигуру в капюшоне? Угли? Дым?

Все в замешательстве смотрели туда, куда я указывала, и качали головами. Ничего. А вот лошади, похоже, заметили его - все они фыркали и били копытами, прижав уши.

– Призрак, - вздохнул Снорри.
– Возможно, даже один из богов, сошедший на землю смертных. Поговори с ним, Фрейя.

Мои ладони стали липкими, потому что это было последнее, что я хотела сделать.

– Попробуй приблизиться к нему.

Бьорн направил своего коня к выступу, пока тот не уперся копытами, отказываясь двигаться дальше.

– Что тебе нужно?
– крикнула я призраку.

– Как вежливо, Рожденная в огне, - пробормотал Бьорн, но я не обратила на него внимания, наблюдая за тем, как голова призрака поворачивается ко мне, но его лицо по-прежнему было скрыто капюшоном. Затем он поднял руку и заговорил, голос был грубым и наполненным болью.

– Она, с неизвестной судьбой, она, дитя Хлин, она, рожденная в огне, должна принести жертву богам на горе в первую ночь полнолуния, иначе ее нить оборвется, и будущее, которое было предсказано, окажется не сотканным.

Слова оседали в голове, и понимание того, что они значат, вызвало у меня приступ тошноты.

– Он ответил?
– спросил Бьорн, и я напряженно кивнула.

– Да.
– Я спросила громче: - Почему? Почему я должна это сделать?

– Она должна заслужить свою судьбу, - ответил призрак, а затем рассыпался на угли и дым.

Конь заржал, и я выругалась, ухватившись за талию Бьорна, чтобы не упасть, пока он осаживал животное.

– Что ответил призрак?
– спросил Снорри, объезжая нас кругами на своей фыркающей лошади.
– Он назвал себя?

– Он сказал, что я должна заслужить свою судьбу, - ответила я, выпрямляясь позади Бьорна.
– Я должна принести жертву богам на горе в первую ночь полнолуния, иначе моя нить оборвется.

– Испытание!
– Глаза Снорри засияли.
– Наверняка призрак был одним из богов, а они любят такие вещи.

Испытание, которое, если я не справлюсь, приведет меня к смерти. Не стоит и говорить, что я не разделяла энтузиазма Снорри.

– Боги не даруют величие просто так, - сказал он.
– Ты должна доказать им, что ты достойна.

Меня не покидало ощущение, что когда-то я мечтала о величии, а теперь, когда оно маячило передо мной, мне казалось, что это последнее, чего я хочу.

Кроме того, моя судьба не была предопределена. Как мог призрак, боги или кто-либо еще предсказать, что ждет меня в будущем? Как они могли знать наверняка, что если я не отправлюсь в Фьяллтиндр, то умру? Возможно, я могла бы изменить свою судьбу и избежать этого. Может быть, я смогу дождаться момента, когда все отвернутся, и убежать. Я могла бы найти свою семью, и мы вместе бежали бы от угроз Снорри. Я могла бы сплести себе новую судьбу. Из-за этих мыслей, проносящихся в моей голове, я вдруг пожалела, что не приняла предложение Бьорна помочь мне бежать.

Словно услышав мои мысли, Снорри добавил:

– Если ты разрушишь судьбу, предначертанную мне, Фрейя, тебе лучше умереть. Ибо мой гнев будет пылать, как лесной пожар, и обратится на всех, кого ты любишь.

Ненависть вскипела в моей груди, потому что боги не были той угрозой, которой я боялась. Это был стоящий передо мной ублюдок.

– Мы потеряли достаточно времени! Мы едем в Фьяллтиндр, - приказал он, пришпоривая лошадь и пуская ее в галоп.

Вместо того чтобы следовать за ним, Бьорн повернулся в седле, обхватил меня одной рукой за талию и усадил перед собой. Пока я с трудом пыталась усесться, он сказал: