Чтение онлайн

– Еще одно доказательство того, что боги благоволят ей.
– Снорри улыбнулся.
– Что они благоволят мне.

Я не смогла сдержаться, чтобы не спросить:

– Почему? Как сила моей магии может служить доказательством того, что боги благоволят тебе как будущему конунгу Горных земель?

– Заткни свой непочтительный рот, девчонка!
– Илва протиснулась мимо Бьорна, и я опустила свой котелок, чтобы случайно не отправить ее в полет через весь лагерь.
– Инструмент хорош лишь настолько, насколько хороша рука, которая им управляет, а пророчество сделано Снорри. Без него ты ничто.

Моя челюсть сжалась, но прежде чем я успела возразить, Снорри сказал:

– Будь спокойна, любовь моя. У нее нет твоего опыта и мудрости, чтобы верить в богов.

– Это правда, - сказал Бьорн.
– Я бы оценил опыт на два десятилетия меньше. Или три, Илва?

Снорри нанес удар.

В одно мгновение Бьорн смеялся, а в другое уже стоял на коленях, и изо рта у него текла кровь.

– Ты мой сын, Бьорн, и я люблю тебя.
– В голосе Снорри звучал лед.
– Но не считай мою привязанность слабостью. Оскорбив Илву, ты оскорбляешь меня. А теперь извинись.

Челюсть Бьорна ходила туда-сюда, глаза прищурились и наполнились гневом.

Нет, это было нечто большее.

Он ненавидел Илву. Ненавидел ее больше, чем можно было оправдать тем, что я видела и слышала. Он открыл рот, и я напряглась, чувствуя, что слова, которые сейчас вырвутся, будут не извинениями. Но Бьорн лишь глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

Илва скрестила руки, прищурившись.

– Я была благодарна своему мужу за то, что он смог спасти тебя от наших врагов, Бьорн, но каждый день ты испытываешь эту благодарность.

– Не лги мне, Илва, - ответил он.
– Я знаю, что тебя злит то, что я занял место Лейфа как наследник. Хотя бы имей порядочность признать это, а не прячься за ложными чувствами.

– Ладно!
– фыркнула она.
– Я не желаю, чтобы ты был наследником. Тебя не было слишком долго, и ты вырос в Северных землях. Народ заслуживает, чтобы им правил кто-то из своих. Законный сын!

Я прижала руку ко рту, потрясенная ее словами, но Бьорн даже не моргнул.

– Хватит!
– крикнул Снорри.
– Вы оба, прекратите эту бессмысленную ссору.

Бьорн, казалось, даже не услышал отца, только опустил голову на уровень Илвы и сказал:

– Я слышал, что ты однажды сказала то же самое моей матери.

Я сделала шаг назад, ибо, хотя и стояла в центре этого спора, перестала быть его частью. Воины и слуги вокруг делали все возможное, чтобы смотреть куда угодно, только не на разгоревшийся спор.

Илва покраснела от обвинения, но именно Снорри прорычал:

– Кто сказал тебе эту ложь? Илва была подругой твоей матери, и ты это знаешь.

– Это не имеет значения.
– Бьорн отвернулся.
– Это история. Все кончено. Забудь, что я сказал.

Затем он зашагал прочь в темноту.

Снорри направился было в ту сторону, куда ушел Бьорн, но Илва поймала его за руку.

– Он не станет слушать, пока злится, - сказала она.
– И чем больше ты будешь отрицать, тем больше он будет верить, что это правда.

– Это был Харальд, - прорычал Снорри.
– Это его манера. Шептать в уши яд и ложь, извращая верность.

– Скорее всего, так и есть, - ответила Илва.
– Возникает вопрос, что еще он нашептывал Бьорну на ухо в те долгие годы, когда твой сын был на его попечении.

Я заскрипела зубами. Даже в этот момент Илва манипулировала обстоятельствами в своих интересах. Но, по крайней мере, Снорри, похоже, это понимал.

– Твои отношения с Бьорном были бы лучше, если бы ты не пыталась постоянно искать способы его опорочить. И с какой целью? Чтобы выставить Лейфа в выгодном свете? Я и так знаю, что мой сын - отличный мальчик и станет прекрасным воином, но он не мой первенец. Не тот, кого Тир решил почтить каплей крови.

Я сделала шаг назад, намереваясь разыскать Бьорна, но тут же пожалела об этом, когда Илва посмотрела на меня с хмурым видом, словно все это было моей виной. Порывшись в сумке на поясе, она достала баночку и бросила ее мне.

– Лив сказала, что ты должна использовать это каждую ночь. Это облегчит боль и скованность, и ты сможешь оставаться полезной. А теперь иди и займи себя чем-нибудь.

Сунув горшочек с мазью в карман, я вернулась к костру, где рабы трудились над приготовлением еды. Илва взяла с собой нескольких из них, все примерно моего возраста и, скорее всего, захваченные во время набегов на соседние территории. Их жизнь будет тяжелой и недолгой, если только Илва не решит в какой-то момент сделать их свободными женщинами.

– Чем я могу помочь?

Одна из них открыла рот, вероятно, чтобы сказать мне, что в этом нет необходимости, и я быстро ответила:

– Илва желает, чтобы я была полезна.
– Молодая женщина бросила косой взгляд на свою хозяйку, а затем протянула мне ложку.
– Помешивай время от времени.

Я послушно повиновалась, хотя мой взгляд то и дело устремлялся на окраину лагеря, ожидая, что Бьорн снова появится. Что он имел в виду, говоря о своей матери? Была ли Илва как-то причастна к тому, что с ней случилось?

Миллион вопросов без ответов. Опустив ложку в рагу, я попробовала его и постаралась не скорчить гримасу, потому что оно было безвкусным. Дотянувшись до крошечных мешочков с приправами, которые оставили женщины, я добавила соль и еще кое-что, снова попробовала и оно пришлось мне по вкусу.

– Все готово.

Женщины раздали всем миски, а я села в сторонке, уплетая рагу и размышляя о ситуации, в которой я оказалась. Закончив, я отставила миску в сторону и открыла мазь, которую дала мне Илва. Содержимое было как воск с резким запахом, но, хотя запах не был неприятным, я закрыла ее.

– Чтобы она помогла, ее нужно использовать.

Я вздрогнула от голоса Бьорна, не услышав, как он вышел из темного леса. Он сел напротив меня у костра, взял палку и задумчиво потыкал в угли, а потом добавил еще дров. Затем он поднял голову.

– Ну что? Разве ты не собираешься сделать это?

Мои пальцы болезненно затекли, и, вероятно, утром будет еще хуже, но по причинам, которые я не могла объяснить, я отложила баночку.

В ответ на это Бьорн, поднявшись и обойдя вокруг костра, издал звук раздражения.