Чтение онлайн

Элиза слушала его, но все эти аристократические интриги казались ей далекими и непонятными. Что ей до титулов и наследства, когда у нее не было даже крыши над головой?

— Однако, — продолжил Рудольф, понизив голос до заговорщического шепота, — на смертном одре сердце старого графа смягчилось. Он дал распоряжение о том, чтобы наследники Августы… то есть вы… были восстановлены в правах.

Рудольф многозначительно посмотрел на Элизу, ожидая реакции. Но та по-прежнему ничего не понимала.

— В каких правах? — спросила она с недоумением.

— Ну… в правах на… — Рудольф запнулся, не зная, как объяснить ей все сложности наследственного права. — В правах на… многое. Очень многое.

Он снова многозначительно умолк, а Элиза почувствовала, что этот разговор становится все более странным. Внезапно она вскрикнула:

— А как же дети?!

— Какие дети? — недоуменно переспросил Рудольф.

— Фридрих и Гретхен! Я совсем забросила свои обязанности, Ваша Светлость. Бедные дети, как они обходились без меня эти несколько дней? — Элиза заломила руки, ее голос дрожал от волнения.

Рудольф смотрел на нее, пораженный. Какая загадочная девушка. Он ей рассказывает о тайнах ее происхождения, а она заволновалась о детях!

— С ними все в порядке, не беспокойтесь, — мягко сказал он. — За ними присматривала Анна, одна из горничных. Они скучали по вам, конечно, но ничего страшного не случилось. Сейчас важнее другое, Элиза. Вам нужно узнать правду.

Он снова взял ее руки в свои. Элиза вздрогнула от его прикосновения, но не отстранилась. В ее широко распахнутых глазах он видел смесь страха, любопытства и доверчивой наивности.

— Элиза, вы богаты. — Рудольф произнес эти слова медленно, четко артикулируя каждый звук. — И в ближайшее время вы вступите в наследство. Граф Розенберг уже все подготовил. Вам больше не нужно быть гувернанткой. И… — он указал на голубое платье, — …это отныне вам по карману.

Элиза молчала, только ее глаза становились все шире и шире. Она словно не верила своим ушам. Рудольф видел, как по ее лицу пробегает волна разных эмоций: недоумение, растерянность, а затем… радость? Нет, это была не радость. Скорее, испуг.

— Я… я не понимаю, — прошептала она, освобождая свои руки из его хватки. — О чем вы говорите? Какое наследство?

Рудольф вздохнул. Он знал, что ей будет трудно поверить. Но он должен был рассказать ей все. Рассказать о ее настоящей семье, о тайнах, которые хранил Айзенберг, и о том, какую роль во всей этой истории сыграла ее мать… и его дядя.

— Это еще не вся история.

Рудольф замолчал, глядя на ошеломленную Элизу. Она не могла вымолвить ни слова, пытаясь осмыслить услышанное. Ее пальцы нервно сжимали край одеяла.

— Простите, я, кажется, не все поняла, — наконец прошептала она, — Вы говорите, что ваш дядя… Михаэль Айзенберг… был влюблен в мою мать?

Рудольф кивнул, его взгляд был полон сочувствия.

— Именно так. Он был безумно влюблен в Августу, но она выбрала вашего отца. Это разбило ему сердце. Дядя так и не женился, посвятив свою жизнь памяти о вашей матери.

— Но почему я ничего об этом не знала? — Элиза почувствовала, как к горлу подступает ком.

— Мой отец не хотел ворошить прошлое. Это была очень болезненная тема для всей семьи. Когда дядя Михаэль узнал, что граф фон Штольберг оставил вашу мать без наследства, он распорядился передать ей все свое имущество. Однако барон фон Келлер, которому было поручено это дело, сообщил, что ваша мать… умерла.

Элиза закрыла глаза, вспоминая тяжелые годы после смерти матери, постоянную нужду, бесконечные попытки свести концы с концами.

— К сожалению, он умолчал о вашем существовании, и тогда мой отец, не зная, что у Августы есть наследники, передал управление имуществом баронессе фон Келлер, моей тете. Они с бароном рассчитывали заполучить все себе.

— Вот почему баронесса так холодно ко мне относилась… — прошептала Элиза, — Когда я приехала, она вспомнила портрет моей матери в северном крыле замка… и узнала меня. Она боялась, что я заявлю свои права на наследство.

Рудольф взял ее за руку, его прикосновение было теплым и успокаивающим.

— Мой отец уже распорядился вернуть все, что принадлежит вам по праву. Барон фон Келлер… к сожалению, растратил значительную часть денег, но осталось еще многое, включая северное крыло замка и несколько имений.

Элиза смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она не могла поверить в происходящее. Всего несколько дней назад она была бедной гувернанткой, а теперь…

— Я… я не знаю, что сказать, — прошептала она, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

— Вам ничего не нужно говорить, — мягко произнес Рудольф, — Просто знайте, что справедливость восстановлена. И что я… я рад, что вы здесь.

Его слова прозвучали так искренне, что сердце Элизы забилось чаще. Она подняла взгляд на Рудольфа, и в его глазах увидела не только сочувствие, но и что-то большее, что-то, что заставило ее забыть обо всем на свете, кроме тепла его руки в своей. В этот момент она поняла, что Айзенберг, несмотря на все его тайны и интриги, может стать для нее не только местом наследства, но и местом, где начинается история ее любви.

— Ну, хватит разговоров, — произнес Рудольф, поднимаясь с кровати. Голос его звучал чуть хрипло, выдавая волнение, которое он пытался скрыть. — Вам нужно подготовиться к сегодняшнему маскараду.

Элиза тоже встала, чувствуя, как по её телу разливается приятное тепло. Новости о неожиданно свалившемся на неё наследстве всё ещё крутились в голове вихрем радостных, но и пугающих мыслей. Мир вокруг будто бы стал ярче, краски — насыщеннее, а воздух — пропитан предвкушением чего-то невероятного.

Рудольф направился к выходу, но у двери обернулся, задержав на ней свой взгляд. В его глазах плясали искорки веселья, но в их глубине читалось что-то еще — нежность, волнение, и та же необъяснимая тяга, которую Элиза чувствовала с самой первой их встречи. Этот взгляд пронзил её насквозь, заставив сердце биться чаще. Щеки Элизы запылали, и она невольно опустила глаза, боясь выдать свои чувства.

— До вечера, — прошептал он, и в его голосе послышалась едва уловимая хрипотца.

И он вышел, оставив Элизу одну с вихрем эмоций. Она медленно подошла к окну, наблюдая, как Рудольф быстрым шагом пересекает двор. Высокий, статный, с гордо поднятой головой — он казался настоящим принцем из сказки. И теперь, когда тайна её наследства раскрыта, между ними больше нет непреодолимой пропасти сословных предрассудков. Эта мысль опьяняла её сильнее любого вина.