Чтение онлайн

Урюбджур уважал Академию Наук, считал интересной и важной работу, которой занимались Петя, профессор и все остальные. Но у него был свой взгляд на возникшую проблему. При всем уважении к экспедиции и науке он, как потомок скотоводов и практичный житель бескрайних степей, на первое место ставил баранов.

– - Между поголовьем баранов и плодотворной работой Академии Наук существует прямая зависимость, - сообщил он.
– Если не будет баранов, то нечем будет кормить академиков, и они вымрут как тупиковая ветвь нomo sapiens, от недостатка животного белка и вообще от недоедания. Для того, чтобы наша славная Академия Наук делала свои великие открытия, ее надо кормить. Базу для такого кормления следует использовать рационально и экономически целесообразно, на всю катушку.

Геродот бебекнул и помотал хвостиком, - он не совсем понял, о чем так умно говорил Урюбджур, но уловил, что благополучие академиков и намечающиеся великие открытия в отечественной науке зависят от баранов. Эта мысль ему очень понравилась.

– - А ты, нахальная морда, молчи, тебя не спрашивают, - осадил его Петя.

Геродот покладисто молчал, но на "морду" явно обиделся.

Профессор медленно осмысливал слова Урюбджура. Такого он не ожидал. Никак он не мог ожидать подобных рассуждений от человека, который жил в степи, резал баранов для санатория и прискакал сюда как самый настоящий средневековый кочевник верхом на вороной кобыле. А теперь говорит: " homo sapiens ".

– - Да, да, - вынужден он был в конечном итоге согласиться, - вы, конечно, правы. Без баранов никак нельзя. Но к Петру Васильевичу тоже следует прислушаться, - это был первый и единственный случай, когда профессор сказал, что к мнению Пети надо прислушаться и сказал он это явно от общей растерянности.
– У нас, знаете ли, были несколько иные планы по поводу этого животного. А почему, собственно говоря, мы не должны его это самое?..
– профессор запнулся, подыскивая подходящие слова.
– Э-э-э, не должны передать его в ваши руки?..

– - Понимаете, Василий Иванович, у этого барана два качества, требующие отнестись к нему конструктивно, - Урюбджур подошел к барану, взял его за рога и повернул так, чтобы общество смогло хорошо рассмотреть эти качества.
– Именно конструктивно.

Василий Иванович вырос в сельской местности, и в свое время с баранами ему приходилось общаться часто, а сейчас он был человеком, остепененным и носил довольно высокий в ученом мире профессорский чин. Но ни жизненный опыт, ни профессорское звание не подсказывали ему, что означало урюбджуровское "конструктивное отношение к барану". Не подсказывало и все. И спросить он об этом не мог. Куда бы делось уважение к науке, если профессора стали бы консультироваться у людей, не имеющих не только высшего, но и законченного среднего образования. Так что Василий Иванович даже и не попытался выяснить у Урюбджура, что тот имеет в виду. А вот Лисенко терять было нечего.

– - Ну, конечно, это каждому понятно, - на лице Лисенко не было и тени сомнения в необходимости конструктивного отношения...
– Но ведь такое можно отнести к каждому барану. А что ты имеешь в виду в данном конкретном случае, по поводу нашего Геродота? Изволь расшифровать.

– - Во-первых, - охотно стал расшифровывать Урюбджур, - он хороших статей. Посмотрите: длинная шея, сухие и крепкие ноги и очень густая шерсть. Шерсть - это у барана главное. А во-вторых, он молод. Зачем же так вот сразу надо его мне передавать?

До сих пор Геродот не особенно понимал суть возникшей дискуссии, а сейчас до него дошло - оказывается, решался вопрос: оставаться ему в лагере с археологами или уйти отсюда с Урюбджуром. Баран задумался: в лагере ему нравилось, но Урюбджур был как-то ближе и понятней...

– - Конечно, лучше подождать, - высказалась от имени женской части экспедиции Галя.
– Пусть Геродот поживет у нас, он никому не мешает. И вообще его жалко.

Геродот тоже подумал, что лучше подождать, пока остаться в лагере, а там видно будет.

Женская часть экспедиции дружно закивала, выражая полное согласие с Галей.

– - Вы же еще вчера говорили, что надо побыстрей избавиться от этого барана!
– воскликнул пораженный жестоким женским коварством и удивительной женской непоследовательностью Петя.

– - Ничего подобного!
– спокойно возразила Серафима.
– Вчера мы ему привязали на шею красную шелковую ленточку. Зачем же его такого молоденького и сразу на шашлык... Ой, что я сказала, - спохватилась она и тут же поправилась.
– Зачем же его такого молоденького забирать у нас? Я правильно говорю?!
– обратилась она за поддержкой к Урюбджуру и для большей убедительности улыбнулась ему.

– - Правильно, - поддержал Урюбджур девушку.

Но Петя в корне не был согласен с такой постановкой вопроса. Знал он эти их штучки. Ты им о том, что барана надо резать, а они тебе о красной шелковой ленточке.

– - Нам баран не нужен, - категорически заявил он от имени мужественной, не знающей жалости к барану части экспедиции.
– Нам сейчас мясо нужно. И ленточка к этому не имеет никакого отношения.

– - Ты тоже прав, - согласился Урюбджур.

– - Ничего не понимаю, - удивилась Александра Федоровна.
– И он прав, и она права. Как же так?

– - И ты права, - сообщил ей Урюбджур.

– - Погоди, - возник Петя.
– Так не может быть, чтобы мы все трое были правы!

– - И опять ты прав, - Урюбджур прищурился и его круглое лицо с узкими глазами и маленькими усиками, стало еще более похожим на беспристрастное и мудрое лицо Будды.
– Каждый человек, который говорит то, что он думает - прав.

– - Но если все правы, то как же тогда поступить?
– заинтересовалась Верочка.

– - В таком случае следует исходить из требований природы. А природа заинтересована в сохранении всего живого. Вам хороший баран попался, а вы сразу хотите от него избавиться. Нет смысла делать это сейчас.

– - Но и оставлять его в экспедиции тоже нет смысла, - добавил принципиальный Петя.

– - Зачем же мы тогда отдали за него тридцать целковых?
– профессору все это очень не нравилось.

– - Предопределение, - пожал плечами Урюбджур.
– Судьба вашими руками решила спасти барана.

– - А вы, значит, от имени судьбы, приехали, чтобы сообщить нам это!
– обрадовалась Александра Федоровна.
– Ой, девочки, как все интересно!

Геродот подумал, что раз судьба, то надо ему все-таки отправляться с Урюбджуром.

– - Ха!
– сказал Петя.
– Ха! Сплошной юмор. Кинокомедия с Чарли Чаплиным.

Но Лисенко от такого поворота в судьбе барана никакого юмора не увидел.

– - Ну и что я теперь должен делать: с любовью смотреть на него и переходить на вегетарианскую пищу, на капустные котлеты?
– спросил он.

Мог бы и не спрашивать. Все и без этого понимали: не таким человеком был Лисенко, чтобы переходить на котлеты из капусты. Только простодушный Геродот впал в заблуждение.

– - Б-е-е-е!
– не поняв сарказма, бодро приветствовал он это заявление. Геродот считал вегетарианцев людьми очень даже прогрессивными. И тут же решил, что раз такое дело - надо оставаться с археологами.