Сумасшествие с первого взгляда
Шрифт:
– Ты не понимаешь, что делаешь, Ада, – его голос становится тихим, напряжённым, как нить которая готова порваться.
– О, я прекрасно понимаю! – говорю я, тщетно пытаясь скрыть дрожь голоса.
Михаил делает шаг ближе, и я чувствую, как его энергия остро проникает между нами. На мгновение в глазах у него мелькает что-то мягкое, но тут же исчезает под холодом.
– Ты всё ещё думаешь, что контролируешь ситуацию? – с иронией спрашивает он, поднимая бровь. – Ты не можешь держать меня здесь вечно. Если ты не отдашь мне вещь, я просто заберу её сам, – утверждает, глядя на меня.
Я быстро принимаю решение. Я отодвигаю ткань платья на своей груди и опускаю цепь в свой бюстгальтер.
– Ой, – вырывается у меня, полное наивности.
– Ада, будь разумной! – его голос звучит, как грозовое предупреждение.
– Увы, это не про меня, – говорю, опускаясь на холодную каменную скамью, но тут же подскакиваю, ощущая, как леденящий холод пронизывает кожу.
– Что ты хочешь? – Михаил, почесывая подбородок, наблюдает за мной.
Его глаза пылают. Ну вот, наконец-то, ты правильно понял.
– Я замерзла, – произношу, начиная растирать руки по оголённым плечам.
– Ты можешь вернуться в поместье, – предлагает Михаил очевидный вариант.
– Я не вернусь туда больше. Ни в таком виде, да и даже не смотря на это…
Я не хочу больше нашего спектакля с Далласом на сегодня. Особенно после его выходки и не объяснимой агрессии в мою сторону.
– Что ты предлагаешь? – вопрос Михаила звучит настойчиво.
– Увези меня отсюда, – наконец-то отвечаю я.
– Мне некогда заниматься твоими играми, – раздражённо выдыхает он.
– Знаешь, сегодня ты мне нравишься больше, – подмечаю, заигрывая с ним. – Ты что, после нашей встречи словарный запас пополнил?
Он хмурится, и я не удерживаюсь от смеха.
– Если я не отвечу на твои… вопросы, то мы просидим здесь до завтрашнего обеда.
– Я не против, но только не здесь, – я поворачиваюсь, чтобы уйти, но он блокирует мой путь.
– Отдай мне цепь, – вновь твердит, и я лишь молча качаю головой.
– Я могу её забрать сам, – кидает вызов.
– Да? – ухмыляюсь, подходя к нему ближе. – Буду рада посмотреть, как ты снимешь это платье, а потом и мое нижнее бельё, – почти касаясь его, вызывающе улыбаюсь. – Сделаешь это прямо здесь?
В воздухе витает напряжение, и искры, словно молнии, пронзают пространство между нами.
Михаил разворачивается и с уверенным шагом направляется из беседки. Я остаюсь в недоумении. Сдался? Вот так просто.
– Мне долго тебя ждать?
– Что? – от неожиданности не сразу понимаю его.
– Я отвезу тебя куда скажешь, но потом ты отдашь мне цепь и исчезнешь.
С этими словами Михаил вновь движется к выходу сада. Я спешу за ним. Мне так и хочется сказать ему «как же ты ошибаешься, теперь ты так просто не отделаешься от меня», но сдерживаюсь, плетясь за ним.
Мы добираемся до парковки которая находится на задней площадки у поместья. Звуки музыки и голоса доносятся из шатра. Вокруг нас не единой души. Тишина. Вечерний ветер пробиравший до костей с приятный запахом асфальта после дождя.
– Мне нужно во что то переодеться, – вдруг осознаю, что не могу больше находится в этом платье, которое до безумия холодное и мокрое.
– Скажи честно, ты издеваешься? – Михаил останавливается уже у знакомой мне машины.
– Нет, я серьезно! Посмотри на меня, я вся мокрая, – я показываю на себя и Михаил лишь озадаченно поднимает бровь.
Он открывает заднюю дверь своего гелендвагена и достает черный пиджак, протягивая его мне.
– Все что я могу тебе предложить.
– Отлично, – радуюсь я, дрожжа от холода.
Я подхожу ближе к нему и поворачиваюсь спиной.
– Поможешь, пожалуйста?
Я прошу Михаила помощь с огромным количеством пуговиц на своей спине. Я не справлюсь сама, даже если сильно захожу. Нора помогала мне застегивать их на протяжение получаса, потому что они шли от шеи до самых бедер.
– Прямо здесь? – Михаил спрашивает немного озадаченно.
– Да.
Он молчит слишком долго. Я оборачиваюсь встречая его сосредоточенный взгляд.
– Пожалуйста, – произношу одними губами и он делает шаг.
Я чувствую его дыхание на своей макушке. Он намного выше меня и крупнее. Все его тело закрывает мое, скрывая от внешнего мира.
Я стою нервно ожидая, когда Михаил наконец-то начнет растегивать пуговицы. Моя внутренняя Ада пищит от радости что я смогла провернуть такое. Эта цепь и кулон просто были предначертаны судьбой. Сама вселеннная не хочет чтобы он уходил от меня, без возможности знать, когда я смогу увидеть его в следующий раз и когда наконец-то я ощущая его пальцы на своей коже, то я перестаю дышать.
Каждый раз когда между нами происходит какой либо контакт время будто замирает, стрелки на часах останавливаются, люди перестают двигаться и все в этом мире существует будто только для нас… схожу с ума? Я с уверенностью могу сказать что да, но ничего не могу с этим поделать.
Я чувствую, как каждое его прикосновение, каждое движение усиливают дрожь во мне. Михаил осторожно, но уверенно расстегивает пуговицы. Моя спина постепенно оголяется, и я чувствую как моей кожи касается холодный ветер.
– Достаточно, лезь в машину, там переоденешься. Ты вся дрожишь, – Михаил, полный решимости, открывает заднюю дверь с
рвением.
– Может быть, виной тому не холод, – тихо произношу я, уверенно проскальзывая на сиденье.
Он протягивает мне свой пиджак, и с оглушительным звуком захлопывает дверь. Я быстро стягиваю платье, бросая его на пол, и облачаюсь в пиджак на голове тело, оставаясь только в маленьких кружевных стрингах и белом прозрачном бюстгальтере без лямок, в котором аккуратно хранится цепь . Невольно я ощущаю исходящий от него запах, который оставляет в моем разуме неизгладимый свет. Он проникает в мою память, внушая чувство уверенности и спокойствия, силы и опыта. От пиджака исходит томный древесный аромат с нотками сандала, пробуждающий во мне что то новое.
Я распускаю прическу, стараюсь привезти внешний вид впорядок, что бессмысленно, но встречая свое отражение в зеркале заднего вида, понимаю что не все потеряно… в огромном пиджаке Михаила на голове тело и со своими естественными кудрявыми волосами, с легка размазанным макияжем я выгляжу очень… сексуально и притягательно и это именно то, что мне нужно.
Сделав шаг наружу, ставлю ноги в длинных каблуках на асфальт. Михаил стоит повернутый ко мне спиной, его черная рубашка обтягивает широкие мускулистые плечи и все что мне хочется это прикоснутся к ним, положив голову на его спину.