Чтение онлайн

Зато вой прервался, а вместе с ним отступил и страх, вновь вернув в сердце надежду. Все же мы выполнили задачу и выбрались из Кремля почти без потерь. Один из особо опасных участков в городе ликвидирован, превратившись из яркого, помеченного красным, пятна на общей зоне, ослаб до обычного уровня опасности, ничем не выделяясь из общего положения чрезвычайной ситуации.

Военная колонна растянулась в узкую цепочку, стараясь не задевать брошенные машины и остатки укреплений, в самом начале возводившихся в глупой попытке остановить распространение заразы. Первым шла БМП, с приделанным впереди мощным ковшом, под которым, в теории, должны были срабатывать любые установленные на дороге мины. Дальше выстроилась почти все остальные боевые машины, после шли грузовики с трофеями и пленными, потом грузовики с военными, отрядами мародеров и освобожденными рабами бандитов, а замыкал всю колонну БТР, на крыше которого установили АГС.

Внешний эфир молчал, ловя только отдельные, отрывочные фразы, большей частью непонятные без общего контекста, принадлежащие, наверное, выведенным отрядам заводских. Кто эти ребята вообще такие, я ни разу не видел. База их основывалась на мощном, стратегически важном заводе, построенном еще в советское время едва ли не в самом центре города.

Почему именно там, я не знал на сто процентов, в пригороде было бы гораздо удобнее и безопаснее. В любом случае, даже про сам завод достоверно известно очень мало, в большинстве своем такие же слухи и недостоверные сплетни, как и вообще про любой объект в России, относящийся к делам обороны страны. Известно, хоть и не достоверно, что так собирались какие-то части от стратегических ракет или какие-то элементы для управления ими. Один мой знакомый, раньше живший в домах неподалеку от него, рассказывал, что подземные корпуса и бомбоубежища этого и так громадного здания тянуться чуть ли не на весь квартал. И иногда, неизвестно, то ли во время учений, то ли каких-то испытаний, там все оживает и начинает страшно шуметь, что слышно особенно хорошо в подвалах домов. По его словам иногда даже страшно становится, как бы ни развалился фундамент от такого напряжения. Страшно даже подумать, какие у них там могут быть запасы и снаряжение. Хотя, если брать с другой стороны, при нынешнем подходе любого начальства к любому объекту, главной задачей всегда становится собственная нажива, поэтому если бы там и было что-нибудь очень ценное и важное, давно уже перекочевало в другие руки, заодно сильно утяжелив карманы начальства бумажными купюрами. Интересно, а проводили ни заводские расстрелы среди «варягов», как презрительно называли солдаты командиров, больше заботивших о собственном кармане, нередко даже приезжих, совершенно не думавших о той работе, которой должны были, по идее, заниматься.

Первых заводских мы встретили на той же площади Ленина, на скорую руку организовавших блок пост возле полуразрушенного памятника вождю революции. Здесь тоже было множество мертвецов, но уже в большинстве разогнанных с дороги. К этому делу заводские подошли творчески, разместив на открытой грузовой платформе, пристегнутой к фуре, старую четырехствольную зенитную пушку, пролежавшую на хранении, судя по виду, лет шестьдесят, никак не меньше. Гильзу снарядов, размером с человеческую руку от кисти до локтя, усеивали асфальт возле машины.

Стреляли, похоже, как только услышали взрывы около Кремля, потому мы ничего и не знали, как и когда нам зачистят дорогу. На дороге лежало не меньше сотни изуродованных мертвецов, некоторые из которых еще слабо шевелились.

Кроме платформы с зениткой, на блокпосту еще стояли два БТР-60 и один небольшой автобус, похожий на наш институтский, только более приземистый и с забранными крупноячеистой сеткой окнами. Несколько заводских, одетых в одинаковый зеленый камуфляж и вооруженные СКС с оптическими прицелами, стояли на крыше транспорта и платформе, отстреливая одиночных мертвецов, постепенно снова начинавших выползать из подворотен. Оба Торговых ряда были их территорией, без поддержки техники и достаточно количества стволов туда и соваться не стоило, поэтому отряд заводских просто разогнал зомби с центрального проспекта, пропуская нас. Большая часть мертвецов отступила именно туда или к зданиям, что дальше по дороге, а сейчас вылезала обратно, раззадоренная шумом и запахом человека. Пока они опасности для тяжело загруженного конвоя не представляли, но задерживаться здесь все равно не стоило, мертвецы очень быстро могли снова собраться в огромную толпу, закупорив проезд. Заводские тоже, пропустив нас и приветственно просигналив, пристроились в хвост колонны, сразу же связавшись с командованием, указывая дальнейший путь.

Дальнейшая прямая дорога к площади Победы, как и в первые дни, утыкалась в пробку на мосту, проложенном прямо над железнодорожными путями. В тот раз я, еще сидя в институтском автобусе, сам насмерть перепуганный и вооруженный только какими-то палками и двумя автоматами, едва не погиб вместе со всеми, зажатый с одной стороны перевернувшимся грузовиком, а с другой накатывали какие-то отморозки, веселившиеся за счет смерти других. Сейчас же мост был взорван, причем так, что обрушился почти весь, от начала до конца, полностью засыпав проезжавший в тот момент под ним поезд. Раздавленные и сбитые с рельс вагоны, усеянные крупными обломками дорожного полотна, так и лежали внизу, вместе с оставшимся стоять локомотивом. Если присмотреться, то можно было увидеть нескольких мертвецов, бродивших среди обломков.

Была возможность объехать, но заводские, видно, рассказали про другой путь, которым сейчас и воспользовались. Не доезжая нескольких метров до оскалившихся сколами опор моста, чудом оставшихся стоять, машины по очереди сворачивали в распахнутые настежь ворота военного госпиталя, располагавшегося в старом и красивом здании с белыми колоннами, сделанном под старинную барскую усадьбу. Внутри я никогда не был, никак не относясь к гарнизону города до сегодняшних дней, а потому не мог с точностью понять, куда мы направляемся. По левую руку от головы колонны или за спиной от меня показался небольшой парк, со скамейками и старыми деревьями, между которыми, шатаясь и постанывая, ходили зомби, скалясь в нашу сторону. Поразительно, но многие были или в остатках военной формы или в одинаковых ночных рубашках. Я-то думал, что военные успели эвакуировать своих больных, но, оказывается, зараза не обошла стороной и этот госпиталь. Возможно, именно из-за катастрофы здесь, военные так быстро поняли угрозу заражения. Ведь здесь наверняка была связь со штабом гарнизона, по которой и успели сообщить, что происходит нечто из ряда вон выходящее.

Никакими секретными путями, как мне показалось в первые минуты, машины и не думали ехать, а снова сворачивали в большой пролом в стене, который наверняка не обошелся без взрывчатки. Сначала шла постепенно спускающаяся кривая улочка, проложенная без особого смысла, которую мы пересекли, а потом и она оборвалась, открыв вид на железную дорогу. Вниз по склону, под достаточно большим углом, уходила дорога, проторенная если не тракторами, то какими-нибудь танками, потому что я знал очень мало машин, способных спуститься и, тем более, подняться по ней, не размазав всех находящихся внутри по стенкам кабины.

Нас резко качнуло, когда грузовик перевалился через россыпь обломков стены, а потом грузовик заметно ускорился, съезжая вниз. Под визг и скрип тормозов мы остановились, только чудом ни в кого не врезавшись.

Рельсы здесь заводские предусмотрительно сняли, чтобы при торможении не происходило эксцессов, а подъем на другую сторону был более плавным, и без таких жутких воспоминаний об американских горках. Впереди стояла полуразрушенная взрывом многоэтажка, обгоревшая почти до черноты, на верхних площадках которой неожиданно взвился флаг вооруженных сил

Российской Федерации, а рации опять ожили, принимая новые указания о дальнейшем пути. Наверху, рядом с флагом, подняли два человека, приветственно махавшие руками. Если верить их сообщениям, теперь уже въезда по центральной дороге на площадь Победы не существует. Все намертво забито сгоревшей пробкой, а в супермаркете укрепилась какая-то банда, плохо вооруженная, но обстреливающая любую машину, пытавшуюся выехать на площадь. Последним в ряде причин, почему туда стоят ехать, была стела в память павшим войнам, рухнувшая прямо на дорогу. Без бульдозера пройти там никак не удастся. И ехать дальше придется дворами, но и там высовываться не следует. Полно зомби, так и каких-то сумасшедших, забаррикадировавшихся в квартирах с винтовками. Полные людей грузовики могут пострадать как от одних, так и от других.

Не знаю, повезло нам, или нет, но ничего страшного во дворах мы так толком и не увидели. Заводские разместили там ярко-красные указатели, показывавшие самый короткий путь. Опасности в этом, как я понял, не было. Фактически весь город знал, как найти завод, проблема была только в том, сколько топлива ты потратишь, рыская по подворотням. А идя по указателям, экономишь бензин, заодно попадая в обзор установленных здесь камер и секретов, оповещавших людей о твоем приближении. Кто-то, видно, уже пытался пробиться – одну подворотню забили взорванные и сгоревшие остовы нескольких машин, превращенных едва ли не в решето. Стреляли сразу со всех сторон – обглоданные костяки равномерно валялись вокруг – люли выскакивали из машин и тут же гибли под кинжальным огнем. Засада сделана четко и быстро, победители даже не поленились собрать оружие и патроны убиты – выпотрошенные разгрузники валялись отдельно, их зомби не трогали, не найдя ничего интересного.

Сами же дворы окончательно вымерли. Ни следа живых людей здесь заметно не было, кроме тех же кричащих яркостью указателей, настолько заметных, что у некоторых даже топтались мертвяки, словно притянутые веющей от них несуразностью, на фоне всеобщего вымирания. Временами попадались следы отстрелов мертвяков – заводские с БТРов расстреливали наиболее густые скопления нежити и тут же уезжали, прежде чем неповоротливые зомби успевали их окружить. Сейчас всех упокоенных уже объели до скелетов, но некоторые тела, почти целые, продолжали лежать, отравляя воздух запахом гниющей плоти. В окнах и темных подворотнях часто показывались человеческие силуэты, но фары машин выхватывали их буквально на секунду, после чего зомби снова тонули в темноте.