Чтение онлайн

Они обе были в высоту, как двухэтажный дом, но при этом очень узкими и со множеством балкончиков, со ставнями на окнах, крылечком с фигурными перилами. Построенные из деревянного кругляка избы почти полностью заросли мхом и диким виноградом.

А между двух строений находился навес. Со столом и скамьями. Сейчас для посиделок в нем было не самое подходящее время, но кто-то там, всё-таки, сидел. Их было двое. Они посмотрели в нашу сторону и, медленно поднявшись со своих, уже нагретых мест, поспешили нам навстречу.

Двое мужчин, быстро приблизившись к нам, с ходу, распахнув объятия, налетели на Алви. Я даже восхитились тем, что он устоял на ногах от такого натиска.

Наобнимавшись, пошлепав Алви по щекам, похлопав его по плечам и спине и еще несколько раз встряхнув его, один из этих эмоциональных мужчин от души поприветствовал Алви:

– Скотина ты этакая! Явился, всё-таки!

– Пап, и я рад тебя видеть, - ответил Алви, покрасневший оттакого приёма.

А они были очень похожи: оба высокие, жилистые, даже черты лица и проседь в волосах - все у них было схожим. Только одеты они были совсем по-разному. На моём муже был черный утепленный дорогим мехом плащ. А на его отце была телогрейка, вывернутая мехом вовнутрь.

– Дай и мне на внука посмотреть, - с такими словами второй мужчина откинул мешавшего ему зятя с дороги. Потом с обеих сторон обхватил Алви за голову и совершенно бесцеремонно начал вертеть его в разные стороны:

– Э, внучок, что-то ты рано сдавать начал. У меня первый седой волос появился далеко за пятьдесят лет.

– Дед, ты порталы не открывал. – Улыбаясь, заметил Алви.

– И ты не открывай, бестолочь, если не умеешь! Глянь, какая у тебя супруга, такой красоте соответствовать нужно.

И внимание всех трёх мужчин переключилось на меня. Меня они хлопать, шлепать, ругать и бесцеремонно толкать не стали.

Наоборот, удивили своей галантностью, дед и отец Алви мне слегка поклонились и очень вежливо извинились за неубранные от снега подступы к их жилищу. Но дед под конец ещё и добавил:

– Ничего, сейчас часочек отдохнёте, отогреетесь, и мы мужа твоего вытащим лопатой махать. Засиделся в замке своем, наверно, на мягких пуфиках.

– Вот, видишь, отчего я сбежал? – Спросил у меня Алви, когда мы все вместе шли к одной из изб. Сказал достаточно громко, чтобы родственники его услышали.
– Каждый день то снег убеги, то траву скоси, козу подои, зайца поймай, птиц петь научи...

Последнее задание мне особо понравилось.

Старшие мужчины тоже начали смеяться и так, шумной компанией, мы вошли в одну из изб. Первыми, нарушая правила этикета, в сени вошли хозяева. Они не пропустили вперёд меня и Алви.

– Этери!

– Зара!
– Крикнули они своих жен. – Смотрите, кого мы в капкан поймали!

Две уже знакомые мне женщины вышли из разных комнат. И остановились в ожидании перед своими мужьями, за чьими спинами нас с Алви не было видно.

– Сами потрошите, что бы вы там не поймали!
– Сказала Зара.
– Я гарантирую только вкусно запечь дичь.
– И я, расширив глаза, с небольшим опасением посмотрела на своего мужа.

Хорошо, хоть лесные обитатели решили шутку не затягивать. Дед и отец моего мужа одновременно расступились в стороны, открывая нас ведьмам.

– Ох!
– В унисон выдохнули Этери и Зара. Алви, поймав меня за локоть, подтолкнул вперёд. И мне первой достались приветственные слова и гостеприимные объятия.

– Добро пожаловать, девочка!
– Сказала Этери.

– Я так рада тебя видеть, дочка!
– Уже целуя меня в щеки, проговорила и Зара.

А Алви достались совсем другие слова:

– Негодник бесстыжий!

– Паршивец с титулом!

– Граф лесной!

– Гриб беглый!

И если бы моего мужа ведьмы ругали не с нежными улыбками на лицах и не обнимали, целуя его по-матерински нежно, я бы за него обиделась.

После того, как Этери и Зара, наконец-то, высказались, они заметили поседевшие волосы Алви, и начался новый виток восклицаний и объятий, но сейчас моего мужа жалели:

– Сынок, бедненький.

– Ребенок…

– Кто посмел так тебя вывести?

– Если он еще жив, мы сами его накажем!

Я видела, что Алви стыдно передо мной за столь эмоциональный прием со стороны его семьи, и хотела на время скрыться из комнаты, пока Этери и Зара не выплеснут всю накопившуюся у них нежность.

Как будто прочитав мои мысли, отец Алви спросил, нравятся ли мне ягнята. И предложил провести для меня маленькую ознакомительную прогулку по их владениям.

Я и двое старших мужчин вышли из избы и прошли в одну из пристроек. Мне показали и ягнят, и овечек, и несушек, и участок для выращивания клубники.

Мы немного ещё походили, а потом мой свёкр сказал:

– Лиса, вы уже замерзли. Может, зайдём в дом?

– Нет, - я подумала, что Алви сам позовет меня в избу, когда разговор с ведьмами завершится.
– А почему вы ругали Алви?

– Потому что он сбежал за веселой жизнью, - нахмурившись, ответили мне, - и ни разу за все эти годы не посетил свой родной дом.

Мне было неприятно, когда моего мужа обижали или недооценивали:

– Он же был занят. Не все аристократы бездельники. А Алви хорошо магичит с землёй, от него зависит все графство Хартман.

– Знаю. На арендаторов, крестьян, ему времени хватает. Он может сутки проводить в гостях у короля. Даже на участие в войне времени и сил не пожалел, а для семьи времени у него не находилось.

С их стороны все выглядело именно так. Но мне хотелось найти объяснение и оправдание тому, что Алви пренебрегал семьёй.

Пока меня водили по владениям лесных обитателей, родственники Алви предложили мне называть их отцом и дедом, и я не отказалась. Поэтому сейчас спросила:

– Отец, а может вы чем-то обидел сына? Не давали ему свободы? Ущемляли?

– Мы?
– Возмутился дед.
– Кто посмел бы обидеть Алви, когда у него две защитницы - ведьмы.

По их словам выходило, что Алви просто заскучал в лесу. Хотя никто его на месте не держал. Он мог гулять по всему лесу, посещать ярмарки, навещать знакомых молодок (упомянув последнее обстоятельство, передо мной извинились), и громко дополняя друг друга, подвели итог своих слов:

– Алви неблагодарный щенок!

– За шестнадцать лет он ни разу не пришел в родной дом!

– Этери и Зара сами его навещали, а он воспринимал их посещения как будто так и должно быть. А иногда и напоминал им, что они отрывают его от очень важных дел.