Чтение онлайн

— Жив, — удовлетворённо сказал незнакомец. Он щёлкнул пальцами, и цепи, сковывающие запястья и лодыжки главы ордена рассыпались прахом. — Вставай. И поторапливайся. У нас мало времени. В Лигу скоро вернутся бойцы, а нам встречаться с ними ни к чему. Согласен, смертный?

Кофа не ответил. Кряхтя и охая, поднялся сперва на четвереньки, затем на ноги. Тяжело опёрся спиной о влажную стену.

— Кто… ты? — спросил он, против света разглядывая неожиданного освободителя.

— Демон, — в голосе незнакомца послышалась насмешка. — И на меня напала блажь спасти твою грешную душу. Отмыть, очистить и забрать себе. Снова… Но, если ты против, могу оставить тебя здесь.

— Нет… — голос Кофы надломился. Глава ордена откашлялся и уверенно повторил: — Нет. Можешь забрать мою душу, демон. Только вытащи меня отсюда!

— Выбор сделан. Правильный выбор. Уходим, дорогуша, отсюда мне портал не открыть.

***

Бэт места себе не находила. Она ждала Аиста, ждала объяснений, ждала новостей. Как там Зар? Что происходит в Столице? Почему она здесь, на Острове? Под Храмом у Сердца мира Бэт не успела ни о чём подумать, кроме как: не дать Хранителю убить джинна. Что будет с ней, её тогда не волновало. Страшное, искажённое злобой лицо Зара, ненависть в чёрных глазах, и голодная тьма в его пальцах… Хранителя, судя по всему, тоже не волновало, что будет с девушкой, кулон ведь важнее… Да что в нём такого, в этом кулоне?!

Бэт вскочила с мягких подушек, когда на широкий парапет веранды взлетел аист.

— Халиф!

Хозяин Острова шагнул под крышу и опустился на пол уже человеком.

— Скучала, киса? — Мельхиор увернулся от запущенной в него подушки, поймал девушку за локоть. — Пойдём со мной, у меня для тебя подарок. На все вопросы отвечу по пути.

Бэт надулась, но покорно пошла за Аистом, увлекаемая им в сад.

— Твой Зар жив, — заговорил Мельхиор, когда они свернули с широкой аллеи на неприметную тропу, змейкой убегающую в кусты с крупными синими цветами. — Не могу сказать, что с ним всё хорошо — он в одном шаге от превращения в Разрушителя. Но о нём есть, кому позаботиться. Трудно же им, этим озабоченным, придётся, кхе… — Аист остановился и развернул Бэт к себе. — Хранитель думает, что убил тебя… Ш-ш-ш, спокойнее.

Мельхиор прижал к губам вскинувшейся было девушки ладонь, заставляя молчать.

— Благодаря этому, — продолжил Хозяин Острова, — он наверняка отказался ото всех привязанностей и связей, включая кровную. Выгнал всех из своего сердца, чтобы оно больше никогда не болело, и запер его, а ключ выбросил. Твои гневные очи, киса, во мне дырку прожгут… Так нужно было. Нить кровных уз безболезненно не порвёшь, не затронув прочие чувства. Что касается тебя, то влюбить его в себя ты не смогла. Да, да. Я дам тебе высказаться, но пока твои возмущённые речи будут только мешать, — Мельхиор закатил глаза, когда Бэт попыталась его укусить и ударить. Наложил поверх заклятия тишины на неё ещё и оцепенение. — Демонов бить непочтительно, ты так не думаешь?.. Твой Зар подпустил тебя к себе, мне большего и не требовалось. В плотских утехах есть свои выгоды. Поэтому, будем считать, что с заданием ты справилась. Пункт про джинна я изменил сам. И…

Аист приобнял Бэт за плечи и повёл дальше по тропинке. Бэт с трудом переставляла непослушные ноги, не в силах сопротивляться заклятиям.

— … как и обещал, я отдаю тебе Кофу.

Тропинка вывела их к беседке, на мраморном полу которой в окружении разноцветных подушек сидел… юноша — совсем ещё мальчишка! — с раскрытой книгой на коленях. Бледненький, худенький, угловатый. Бэт вопросительно уставилась на Хозяина Острова.

— Что? — с деланным удивлением вскинул брови Мельхиор. — Ах, да! Забыл предупредить. Я стёр ему память — и смотри, что получилось! Я забрал его воспоминания о тяжёлом детстве, проведённом в рабстве. Понимаешь, мир Кофы залили огнём и кровью драконы. Они поработили людей и затем разводили их как скот. Девочек оставляли для продолжения рода, крепких мальчиков — для работы и развлечений, а всех остальных, как это ни печально, ели. Ты не знала? Летела убивать, и даже не удосужилась узнать, кого? Эрих, так тогда звали нашего главу ныне разгромленного ордена Зикарон, поднял бунт на Тэмуре и освободил свой народ. Он был героем, пока его идеи, пропитанные свободой и равенством, не исказил вселившийся в него хаим. Но тебе, наверное, всё это ни капельки не интересно. Я покопался в мозгах этого несчастного только из личного любопытства. Кофа твой. Делай с ним, что хочешь.

Мельхиор шагнул обратно на тропу и исчез. Оцепенение с Бэт спало. Она шумно выдохнула, и тут же юноша поднял взгляд от книги. Неуверенно улыбнулся ей:

— Привет! — серые с зеленоватыми лучиками глаза смотрели доверчиво, с любопытством. — Ты Элис? Халиф сказал, что ты придёшь.

— Он представился Халиф? — рассеянно переспросила Бэт. Юноша кивнул. — А зачем, не сказал?

— Нет, — Кофа отложил книгу, поднялся. Глянул на Бэт и застенчиво отвёл взгляд. — Но говорил, что с тобой мне будет не скучно.

— Не скучно, — Бэт передёрнула плечами. Опустила лицо в ладони. — Не скучно…

Если Халиф не врёт, то — вот он, Кофа. Тот, когда она ненавидела больше всех на свете, кого жаждала растерзать на мелкие кусочки, потом заново собрать и растерзать снова. В чью сторону в порывах чёрной ярости бросала самые страшные проклятья. Кого преследовала бесконечно долгие годы. Стоит, смущённо переминаясь с ноги на ногу, чистый и невинный. Нос в веснушках, пшеничные волосы, мягкие на ощупь, наверное…

— Такой красивый сад, — Кофа стрельнул в девушку взглядом и сказал куда-то в сторону: — Один я постеснялся тут ходить. Ты не хочешь?..

Бэт отняла ладони от лица. Спросила:

— Погулять?

Кофа сглотнул, робея, кивнул.

— Пойдём, — Бэт вздохнула, повернулась к нему спиной и медленно побрела по тропинке назад к аллее.

Кофа чуть замялся и поспешил за ней. Бэт слышала его неровное дыхание у себя за плечом. Волнуется, как на свидании… Развернуться бы, не встречаясь взглядом, рубануть когтями по шее. Пусть быстро, но хоть что-то… Нельзя же вот так его оставлять? Он до смерти замучил Германа…

Бэт остановилась и обернулась так резко, что Кофа, смотревший только себе под ноги, наткнулся на неё, испуганно вскинул голову. Его глаза оказались совсем близко с глазами Бэт. Честные, непонимающие глаза. Не помнящие Германа. Не видавшие ещё зла и боли… «Надо же», — вдруг подумала Бэт. — «А мы с ним одного роста. И уши у него смешно топорщатся. Тоже мне герой-освободитель!». С этими мыслями к ней пришло чёткое осознание того, что она не сможет убить Кофу. Может быть, когда-нибудь потом. Но сейчас — точно не сможет.

Часть III

Совсем немного о драконе

Война закончилась так же внезапно, как и началась. Северяне ушли. Столица щедро откупилась от них золотом из казны разрушенного Храма Семизвездья. Точнее, заплатила им за хорошо выполненную работу. Нельзя сказать, что обошлось без жертв среди мирного населения: каким бы строгим ни был приказ не громить и не грабить, люди есть люди. Но кому какое дело до разорённого купца или обесчещенной девицы, когда вершится большая политика?

Границы северных владений значительно расширились, благодаря выгодному обеим сторонам военному союзу, построенному на суверенитете малых государств и их лояльности будущей Империи. Мелкие разрозненные баронства на западе без ропота встали под гордо развернувшиеся над бывшим Тсонлаэреном знамёна Арвинталя. Всё западное крыло Эреданнских гор сжалось в пока ещё не грозный, но уже внушительный кулак власти золотых драконов.

Древние погрузились в летаргический сон. Молодые боги почитали их, как первых Владык Суушира, но возвращать им мир не спешили. Драконы Стихий правили справедливо, никто не спорит, но их могущество перемежалось с жестокостью — силы Природы слепы к мелочам. А людям, эльфам, нелекреанским ангелам и прочим нежным существам хотелось некой гибкости со стороны правящей верхушки. Поэтому печать под домиком целительницы была восстановлена, а Древние возвращены в их Храм в Эреданнских горах на территории независимого Норвантера.