Чтение онлайн

Далеко не сразу остальное человечество сообразило, что единственный способ прекратить распространение заболевания – прервать полностью контакты с заражёнными планетами. Чтобы понять это, потребовалось ещё несколько дисколётов и жизни сотен добровольцев, надеявшихся помочь… Но оказалось, что от этой заразы не спасают даже скафандры высокой защиты. Тогда было принято тяжёлое решение: предоставить умирающее население своей судьбе.

На все пять планет выгрузили что-то вроде наборов первой помощи, на случай, если кто-то всё-таки выживет: медицинские модули, лекарства, еду, одежду, укрытия. Поверхность материков и океанов была опутана сетью автоматических передатчиков, постоянно фиксировавших то, что творилось вокруг. На орбитах появились автоматические станции слежения, которые тоже передавали в обитаемый мир сведения о том, что теперь происходило на этих планетах. Зоны вокруг Джорбы, Селерита, Маанга, Ксобра и Ипеи были полностью закрыты для полётов, вплоть до уничтожения кораблей нарушителей.

Это казалось жестоким, но только не тем, кто рисковал посмотреть, что передавали камеры с брошенных планет: процесс разложения и перерождения продолжался до сих пор! Например, некогда цветущая Ипея превратилась в гнилое болото, в котором не жило ничего, кроме мутировавшей плесени, плавающей неопрятными осклизлыми кусками в мутно-бурой жиже. Ну, по крайней мере, так было, когда я смотрела передачу оттуда, пару лет назад. Но вряд ли с тех пор могло что-то сильно измениться!

Результаты проведённого расследования на восемьдесят процентов стали секретными, но и тех двадцати, что достались в общественное пользование, хватило, чтобы законодательство изменилось быстро и решительно.

Оказалось, что вырождение модифицированных человеческих существ (назвать их по-другому просто язык не поворачивался!) происходило намного быстрее, чем рассчитывали их создатели. Более того, разработчики заботились о физическом совершенстве, а надо было в первую очередь думать о психическом. Почему-то деградация начиналась именно как помешательство, появление неких идей-фикс. И происходило это буквально через семь-десять лет после того, как созданный, выращенный и подготовленный экземпляр вводился в действие.

Потом было много споров о том, что клетки для клонирования надо было забирать у проверенно здоровых людей, так как тщательное расследование нашло какой-то процент доноров с признаками психических расстройств; что надо было выращивать эмбрионы в пробирках до определённой стадии и проводить тогда специальные пробы, которые позволяли предсказать, «сойдёт» ли данная особь с ума, или нет… Но всё это было уже не важно. Факт оставался фактом: генноизменённые жители Джорбы, у которых уехала крыша, создали непревзойдённое по силе разрушения биологическое оружие, с помощью которого уничтожили целых пять планет. И, по-видимому, только воля Всевидящего не дала им заразить ещё неизвестно сколько миров (в ангарах местного космопорта было обнаружено около сотни «заряженных» беспилотников…)

Содружество содрогнулось, и на срочно созванном заседании Парламента был единогласно принят закон, названный потом «натуральным». Он запрещал клонировать и изменять геном человека, ну, и дружественных гуманоидов, которые пожелали присоединиться к нам.

Всё это, только вкратце, я и изложила Вигору в качестве ответа на его вопрос.

Выслушав, он кивнул:

– Правильно. Незначительные изменения, типа цвета кожи, волос, радужной оболочки глаз, в список запретов не входят, поскольку на выживание расы не влияют. Клонирование людей и гуманоидов запрещено, исключение, если ты знаешь, составляют пять планет Куабры, аборигены которых возвели изменения в ранг священных обрядов. Ну, они и в состав Содружества входят довольно формально… А что ты знаешь о нарушениях этого закона?

Я наморщила лоб. Что-то такое было в истории… Какой-то скандал с модифицированными солдатами, кажется, – естественно, главной мечтой всех Правительств во все времена была идеально послушная армия.

– Кажется, эксперименты с военными, только это было уже давно.

– Не только. Вообще-то, эта история была достаточно широко известна в своё время, но потом её постарались забыть. Или заставить забыть. Кстати, наш генерал имел к ней самое непосредственное отношение.

– Да? – удивилась я. – Он что – уже тогда клонировал кого-то?

– Ты удивительно догадлива, – криво усмехнувшись, сообщил Вигор. – Не он сам, естественно, но, тем не менее… Для начала, надо учитывать, что его армия, которая отбивала нападения из-за Рубежа, на пятьдесят процентов состояла из клонов, а затем и из ГИО-солдат, когда генетика достигла своего максимального развития. Но, когда произошло восстание на Джорбе, их всех пустили в расход, не дав ни единого шанса. Просто уничтожили и всё.

Я пожала плечами:

– Учитывая, что речь шла о сумасшествии, это было оправданно. Неужели ты думаешь, что они должны были ждать, пока их собственные солдаты начнут уничтожать людей? И ведь это были самые современные на тот момент военные дисколёты! Неизвестно, что натворили бы эти генноизменённые, если бы добрались до управления!

Вигор, в свою очередь, тоже пожал плечами:

– Мы этого не знаем, и никогда уже не узнаем. Возможно, что они не натворили бы вообще ничего. Впрочем, речь сейчас не о них… Думаю, генерал действительно имел поводы сомневаться в их лояльности, после того, как именно его корабли произвели зачистку трёх из пяти восставших планет. И все знали, кого именно уничтожают. Так что…

– Ты хочешь сказать, что одни клоны уничтожали других?

– Не клоны, Тэш! Никакие не клоны! Если бы это были клоны, возможно, зачистка на корабле и не понадобилась бы. Но это были именно генноизменённые солдаты! Куда более совершенные, чем люди! – Вигор запустил пальцы в шевелюру. – Они прекрасно понимали, что будет с ними после того, как они выполнят приказ, но не подняли руку на своих создателей и командиров. Тысяча шестьсот сорок два солдата были уничтожены на кораблях нашего генерала, и эта история была забыта. Похоронена в памяти немногих, кто выжил после той бойни.

Я почувствовала, как по спине побежали холодные мурашки. Вигор рассказывал так, как будто сам принимал участие в тех событиях! Хотя это ведь было невозможно: восстание происходило более пятисот лет назад… Но, тогда откуда столько боли и горечи в его голосе?

– А разве кто-то выжил? – осторожно уточнила я. Опять он рассказывал мне какую-то альтернативную историю! Совсем не ту, что я знала с детства.

– Да. Двое солдат, практически случайно… Вернее, благодаря жалости одного из «ликвидаторов». Он помог им спрятаться, а потом выпустил на первой же планете, куда вернулись дисколёты после «победоносной войны» с ГИО-поселенцами. Тебя вряд ли учили этому, но во всех мирах Содружества началась потом настоящая истерия с поисками и истреблением буквально всех генно-изменённых. О, это была настоящая «охота на ведьм»! Уничтожали не только подвергшихся изменениям или даже лечению людей, но и лаборатории, записи, образцы, самих учёных! Сейчас уже почти никто не помнит об этом, – наверное, слишком много в этой истории постыдного и страшного… Впрочем, я хотел рассказать не об этом. Во времена расцвета генетики учёные вплотную подошли к созданию совершенного человеческого организма, с точно заданными свойствами, причём, довольно широкого спектра. Например, речь шла не только о повышенной работоспособности или выносливости, но и о, так называемых, сверхспособностях. Умении видеть в темноте, задерживать дыхание на срок до пятнадцати минут, способности бегать со скоростью пятьдесят километров в час, нести груз до трёхсот килограммов… Создатели планировали сделать специализированные группы солдат, медиков, спасателей, водолазов, даже поваров… Но всё перечеркнули последующие события. Тем не менее, пробные образцы уже были созданы, и их собирались «запустить» в рост, когда началось тотальное истребление генетически модифицированных организмов.

Большую часть, конечно, истребили, но некоторое количество, очень маленькое, удалось сохранить. В том числе, и этих, усовершенствованных ГИО-людей. Врач, который создавал их, просто не смог уничтожить плоды своих трудов. Не поднялась рука. И тогда он спрятал столько ГИО-эмбрионов, сколько смог, погрузив их в анабиоз. Возможно, он надеялся, что происходящее – это какая-то глобальная ошибка, всё выяснится, генетика реабилитируется, и к работе можно будет вернуться, но… Был принят закон, запрещающий изменения генома, и все нерождённые ГИО-дети превратились в преступников, подлежащих немедленному уничтожению. Учёный оставил всё, как есть, и занялся другими делами, не забывая о своих подопечных.

Перед смертью, так и не дождавшись изменений, он передал свою тайну надёжному человеку, который, в свою очередь, стал хранителем нерождённых генно-изменённых детей. Тот передал ответственность за них следующему, и так повторялось ещё несколько раз, пока очередной хранитель не допустил какую-то ошибку, а, возможно, просто произошёл сбой техники, давным-давно устаревшей. Как бы то ни было, но эмбрионы вышли из анабиоза и начали развиваться.

Я с шумом выдохнула: ничего себе! А говорили, что всех уничтожили… И, кстати, откуда Вигор всё это знает? Вопрос о его правдивости даже не вставал: я безусловно верила каждому его слову! Нельзя врать с таким лицом, а, главное, – зачем?!