Чтение онлайн

В последний момент он рванулся в сторону, надеясь на помощь Вейлин, но та, наблюдая бой со стороны, даже не попыталась вмешаться. С холодным любопытством она разглядывала, как Лоркан отшвыривает от себя обугленную тушу оборотня к ее ногам. Мне стало страшно: на лице Лоркана сверкала чешуя, огненно-алая, а черты преобразились в жестокую маску. Он выглядел иначе, и когда открыл рот, чтобы обратиться к Вейлин, в голосе звучал драконий рык.

– Ты выбрала свою роль, Вейлин, теперь некого винить, – голос Лоркана гремел набатом и эхом разносился по коридорам дворца. Если Эрооло не знал, что его внучатый племянник воскрес из мертвых, теперь-то он уже был в курсе. Наш план незаметно пробраться во дворец пошел прахом.

Но думать об этом было невыносимо, боль вытеснила из головы все мысли, тело наполнилось слабостью – вязкой и тягучей, как деготь. Кровь уже не текла, а медленно сочилась из раны, и Марна протянула руку, касаясь раны пальцами. Не знаю, что именно она хотела сделать, но рваные края раны сомкнулись, покрываясь толстой коркой, которая исходила мерзкой на вид сукровицей.

– Жить будешь, – невесело усмехнулась Марна, кидая на Лоркана и Вейлин взгляд, полный опасения. На брата Вейлин смотрела холодно, с видимым пренебрежением, как на насекомое, что появилось перед ее глазами в не самое лучшее время. И в этой новой “Вейлин” не было ничего от немощной, полубольной княжны, какой она прикидывалась ранее. Видимо, эта же мысль пришла в голову Лоркану. Запрокинув голову, он смерил сестру взглядом, в котором перемешалось столько разных чувств: боль от предательства, недоверие и злость. Я почти физически ощущала, как его сердце разбивается, снова и снова, и не могла спасти его от этих мук.

– Я думал, ты больна. Оберегал тебя, Одхан и лекари составляли тебе бесчисленное количество препаратов, чтобы ты чувствовала себя лучше!

Вейлин в ответ лишь усмехнулась, словно разговаривала с неразумным ребенком:

– Да ты, дорогой братец, слепой на оба глаза. Перед твоим носом происходили такие события, что не заметить мог только глупец. Мое сумасшествие полнейшая фикция, чтобы отвести подозрения от себя и Одхана. Любопытные могли начать задавать вопросы, почему я так много времени провожу в его подземельях, и болезнь стала прекрасным алиби.

Лоркан с силой стиснул зубы, не выдавая своей ярости. Трудно сохранять спокойствие, когда, наконец, картонные декорации рухнули, обнажая свое нелицеприятное закулисье. Когда выясняется, что все, чем ты жил и во что верил, ложь от буквы “а” до буквы “я”.

– Я бы спросил, чем вы занимались с Одханом, если не искали лекарство от твоей вымышленной болезни, но полагаю, что это не так важно.

Княжна расхохоталась, искренне и громко. Слова брата ее забавляли, как будто она находила весьма забавным тот факт, что находясь в трех шагах от своей гибели, он смеет задавать вопросы.

– Отчего же? Очень важно. Слышал ли ты, что сапфировые драконы имеют некоторые проблемы в продолжении рода? Одхан имел на этот вопрос очень оригинальную точку зрения, и с помощью магии пытался вывести новый вид сапфировых драконов, которые могли бы быть в несколько раз сильнее всех драконьих разновидностей. К сожалению, не все эксперименты заканчивались успехом. Пусть Одхан и имеет сапфировую кровь, ее слишком мало, чтобы…

Я покачнулась на месте, привлекая внимание Вейлин. Ледяные синие глаза уставились на меня, красивое личико скривилось от ненависти.

– И все шло прекрасно, если бы ты не путалась под ногами, – зашипела она, из красавицы превращаясь в гарпию. Я знала, что злоба меняет людей, но Вейлин она исказила до неузнаваемости.

– Кто же знал, что ты, выскочка, не та, за кого себя выдаешь. Шныряла по дворцу, едва не сорвала нам покушение.

– Кладовка, – коротко выдохнула я, – там вы хранили свои неудачные эксперименты.

Вейлин опять угрожающе зашипела, делая шаг вперед, ко мне. По ее рукам и груди пробежали язычки льдисто-голубого пламени. Платье с глубоким вырезом чуть распахнулось, демонстрируя черные разводы на белоснежной коже, как будто кто-то неаккуратно расплескал чернила по чистой бумаге. И пятна эти, сантиметр за сантиметром, покрывались чешуей. Иссиня-черная, очень твердая, чешуя имела оттенок сапфира, когда на нее падали лучи заходящего солнца.

– Суешь свой любопытный нос, будь готова к тому, что тебя пребольно за него куснут!

Но я не боялась Вейлин. Меня страшило то, что она может сотворить. Или уже успела, ведь хитрый прищур синих глаз говорил о том, что нас ждет нечто весьма неожиданное. Подняв руки вверх, Вейлин изогнулась под немыслимым углом, игнорируя все законы анатомии. Затаив дыхание, мы ждали, что же она выкинет, и ждать пришлось недолго.

– Хорошо, что вы прибыли к самой развязке. Отец надеялся на хорошую аудиторию, но не думал, что это будешь ты, Кан, – ее челюсть с хрустом вытягивалась вперед, меняя расположение зубов. Боль исказила ее лицо, слова звучали невнятно и сумбурно, когда она усмехнулась, глядя в глаза Лоркану.

– Стереть Аралион с лица земли, чтобы отстроить заново. Неплохая идея, как тебе кажется? – кожа на ее лопатках лопнула вместе с тканью платья, выпуская наружу широкие крылья. Кожистые, угрожающе огромные, они немедленно затрепетали, словно им хотелось побыстрее взмыть ввысь.

Лоркан молчал, не поддаваясь на провокации. Теперь план Эрооло стал понятен. Пожар в Храме Святилища Дракона был только началом. Стереть любое упоминание о Вергельде, ненавистном брате, который лишил его родного княжества и трона. Сжечь дотла его наследие и возродить Аралион из пепла, чтобы сделать его своим окончательно.

– Скажи, – Вейлин хищно усмехнулась, демонстрируя драконьи зубы, которые в контрасте с человеческим лицом смотрелись чудовищно и дико, – какого это, знать, что все, кого ты любил, предали тебя? Твои гвардейцы поверили, что ты мертв, так легко, как будто только и ждали этого известия. Подчинить драконов, оказывается, не так и сложно.

Лоркан пошатнулся, словно его ударили под дых. Младшая сестра, с которой он рос бок о бок, да лучший друг, которые казались единственной опорой и защитой. Семейные узы оказались терновыми путами, которые не разрубить мечом, не перепилить клинком. Князь растерянно оглянулся через плечо, словно ожидал там увидеть пустоту, но…

– Я не один, – смутная улыбка коснулась его губ, когда он увидел меня и Снорре, единым фронтом за своей спиной. Да и Марна мотнула головой, как будто отрицала сам факт того, что Лоркан одинок.

Вейлин имела другую точку зрения. Ее превращение уже подходило к концу, и я ужаснулась, когда увидела, как крепкие загнутые когти царапают плитку, оставляя глубокие царапины. Броня на драконьей шкуре выглядела непробиваемой, и кожистые крылья развевались, создавая маленький ураган, сшибающий с ног.

– Хочешь увидеть, как гибнут твои драгоценные подданные, братец? – прошипела она, исторгая слова из драконьего нутра вместе со всполохами огня. – Смотри же!

Она взмыла вверх как неудержимый смерч, и на какое-то мгновение расправленные крылья затмили собой небо и солнце. Лоркан рванулся вслед за ней, но замер на месте, разглядывая вид, открывавшийся на столицу.

В Геммине началась резня.

– Что же делать?! – воскликнула я, не сводя взгляда с того, как каменные стражи снуют по улицам Геммина. Стражники вытаскивали жителей из домов, грабили и ранили беззащитных людей, и Вейлин, плывущая в воздушных потоках замерла над городом, как будто размышляла о своем. А затем синий, обжигающий огонь обрушился на столицу, сметая хрупкие дома силой чужой ненависти. Геммин полыхал, Вейлин поливала столицу пламенем, как будто стремилась уничтожить ее за считанные минуты. Пламя быстро распространялось, перепрыгивая с крыши на крышу, и мне показалось, что в какой-то момент в отдалении зазвенел визгливый смех княжны, которая упивалась видом гибнущей столицы.