Чтение онлайн

Громкий, почти оглушающий звук накрыл нас с головой. Я присела, поднимая в небо испуганный взгляд и радостно выдохнула: гвардейцы поверили. Пугающий звук оказался хлопаньем кожистых крыльев, и я увидела драконий танец так близко, что на глазах выступили слезы.

Массивные, но изящные, драконы поднялись на крыло, устремляясь к Геммину. Туда, где бесновалась Вейлин, поливая огнем все вокруг, но стоило драконам приблизиться к превратившейся княжне, сразу стало ясно – их помощи не хватит. Она была огромной, рядом с ней гвардейцы казались задиристыми воробьями, которые пытались напасть на орла. Я зажала рот рукой, чтобы не издать крик, когда на моих глазах она отшвырнула в сторону малахитового дракончика. Тот на полном ходу врезался в здание, обрушивая крышу и проваливаясь внутрь. И больше поднялся. Конечно, преимуществом гвардейцев была маневренность, но Вейлин вертела бугристой мордой, зловеще щелкая челюстями. Загнутые когти хватали противников, сжимаясь до хруста, и смотреть на это было так больно, что я не скрывала слез, которые катились по моим щекам.

Лоркан упал на колени, остекленевшими взглядом уставившись на горизонт, где погибал его любимый город. Я даже не могла представить, что он испытывал, глядя на полыхающий Геммин, на каменных рыцарей, что несли хаос и смерть, на белоснежную гриву Асты, которая мелькала среди черных доспехов стражей.

Душераздирающий крик, полный отчаяния и боли, взметнулся ввысь, когда Лоркан упал на развороченные землетрясением каменные плиты. Судорога прошла по его телу, выворачивая под неестественным углом руки и ноги. Кожа слезала пластами, обнажая трепещущую, алую чешую. С хрустом лопнула рубашка на спине, выпуская на свободу яркие, рубиновые крылья.

– Не могу позволить! – выдохнул Лоркан прежде, чем челюсть с хрустом изменила свою форму, обрастая тремя рядами острейших зубов. Сердце билось в груди, как сумасшедшее, когда Лоркан, принявший истинную форму, оттолкнулся когтистыми лапами и поднялся в воздух. Тяжелый хвост с зазубринами плеснул вокруг, кроша гранит как свежее печенье.

Прикрывая глаза от каменной крошки, я смотрела на то, как Лоркан, взмахивая крыльями, приближается к Вейлин. И понимала: последняя битва, которая должна была решить судьбу каждого из нас, уже началась.

В “Классификации драконьего племени” говорилось, что рубиновый дракон – самый красивый и могущественный из своих сородичей, но я и помыслить не могла, что он по размерам может сравниться с сапфировым. Все же, между ними была существенная разница.

Массивная и тяжелая, Вейлин никак не могла посоревноваться в маневренности или скорости с Лорканом, но у нее было преимущество, которое спасало ее от порывистых атак рубинового брата. Твердая чешуя, покрытая костяными наростами, которую невозможно было повредить ни когтями, ни острыми клыками, сколько не бейся.

Вейлин не позволяла Лоркану приблизиться, отбиваясь от его нападок хлесткими ударами зазубренного хвоста. Запрокинув голову в небо, чувствуя, как из грудной клетки рвется сердце, я наблюдала за битвой драконов с земли. И молилась, всем богам, кого смогла вспомнить: Селофиссар, Вирании и Дракону-Отцу. Умоляла о заступничестве и поддержке, но сама понимала, что в этом бою Лоркан должен одержать победу сам. Самое главное сражение – с самим собой – он уже выиграл.

Драконы не стремились сойтись в прямой схватке, всеми силами старались не допускать ошибок, что позволили бы врагу воспользоваться и нанести решающий удар. Горизонт пламенел от струй пламени, которыми противники обменивались прежде, чем пойти в атаку. Кувыркаясь в воздухе, то сближаясь, то разбегаясь в стороны, Вейлин и Лоркан танцевали смертоносный танец, у которого был только один исход. Один из них должен был умереть, чтобы другой остался жить.

Мощные челюсти оглушительно щелкали, и отзвук отражался от закопченных стен Геммина. Хлопали кожистые крылья, зачерпывая воздух, чтобы стремительно набрать высоту, или наоборот, нырнуть и молнией пронестись над самыми крышами, которые чадили черным, жирным дымом. Битва велась на равных, но рано или поздно кто-то должен был уступить. Я молилась, чтобы Лоркан, еще не до конца привыкший к истинной форме, не поддался, не пропустил удар или укус, который раздробил бы плечо или порвал кожистые перепонки на крыльях.

Поддерживая друг друга, мы с Марной побрели через сад к развороченной ограде, надеясь оттуда разглядеть, что происходит в столице. Я не отрывала взгляда от неба, следя за силуэтом рубинового цвета с тоской и надеждой, а Марна, истощенная после битвы с Эрооло, пошатывалась на каждом шагу.

Пальцы потемнели и покрылись ожогами – последствие яростной магии, что рвалась сквозь нее, не видя препятствий. Хрупкое человеческое тело не значило для волшебства ничего, Марна расплачивалась за эту мощь, когда каждое движение израненных рук причиняло боль. Перебравшись через каменные осколки, оставшиеся от ограды, перекрученные железные прутья и горсти мраморной крошки – напоминание о прекрасных статуях Драконов, что украшали княжеский сад до недавнего времени, – мы остановились на склоне. Марна опустилась на землю, закрывая лицо руками. Плечи и спина ее вздрагивали, но слез не было.

– Я пуста. Больше ничем… – всхлипнула она и осеклась. Отчаяние в хриплом голосе резало слух, но я все еще верила в лучшее. Сердце болело: за Лоркана, за Снорре и Мерани, который пропал без вести. За всех тех, кто был искалечен и убит ради чужой жажды власти и отмщения.

– Осталось только ждать, – прошептала я, аккуратно ощупывая затянувшуюся рану от клыков Кассади. Рваные края сомкнулись, но боль продолжала терзать меня, тягучая и терпеливая, как ласковый убийца.

Гвардейцы, плавно опускаясь, в метре над землей оборачивались людьми и, обнажив сверкающие бликами мечи, рвались в бой. Каменные рыцари не ожидали отпора, а потому почти без боя сдавали позиции, пятились и не слушали команд Асты, которая металась среди своих воинов, верхом на вороном жеребце. Паника в рядах тюррского воинства расходилась во все стороны волнами и возвращалась в центр, с каждым витком захватывая все больше и больше пространства и растерянных, теряющих самообладание, рыцарей. Итог был предсказуем: пригибаясь, чтобы не попасть под обжигающие струи огня и клинки гвардейцев, стражи отступали в спешке, оставляя Геммин за спиной. Их больше волновали собственные жизни, нежели приказы разъяренной госпожи. Конь Асты, испуганный огнем и криками, заметался, захрипел, и Аста, не в силах удержать его на месте, соскользнула с его лоснящейся спины на землю. Ее белокурая грива развевалась как белый флаг, повествующий о поражении, когда она попыталась скрыться в переулках.

Мы ждали развязки – она наступила. Вот только смотреть на нее было невыносимо.

Выполняя очередной пируэт в воздухе, Лоркан пропустил удар хвостом, хлесткий и мощный, который отшвырнул его в сторону. Кувыркнувшись в воздухе три или четыре раза, князь удержался на прежней высоте лишь чудом. Вейлин, воспользовавшись его кратковременным замешательством брата, завертелась вокруг брата, замелькала. Чешуя с синим отливом рябила в глазах, сбивая с толку. Блики скакали по костяной броне и уродливым наростам на громоздкой морде Вейлин, когда она поднырнула под брюхо рубинового дракона и разинула пасть.

Алая чешуя треснула с громким хрустом, когда Вейлин вонзила клыки в место, где шея плавно переходила в туловище. Рана должна была кровоточить, но на рубиновом фоне она осталась незаметной. Князь взвыл от боли, из глотки его вырвалось пламя, затмевая все вокруг огненной пеленой.

Даже на расстоянии я ощутила жар, который исходил от его чешуи, сочащейся кровью раны и боли, которая пронизывала драконье тело от пасти до раздвоенного кончика хвоста. Почти сразу же зашелестели крылья, душераздирающий рев стих. Лоркан стремительно терял высоту, обессиленно загребая воздух когтистыми лапами. Я вцепилась в Марну, до судороги в мышцах стискивая пальцы на ее плече. Внутри все дрожало и вибрировало от ужаса – Лоркан проиграл.

Вейлин с отчетливым злорадством наблюдала, как он падает. Распахнула пасть, высунув наружу кончик черного мясистого языка. Она нарезала круги над Лорканом, который изо всех сил пытался удержаться, но злой ветер трепал крылья, швырял ослабевшего князя из стороны в сторону.

– Пожалуйста!.. – воскликнула я, прекрасно зная, что он меня не услышит, но слезы все равно вскипали на глазах. Даже представлять было страшно, что князь вот-вот погибнет от зубов и когтей сводной сестры. Сердце рвалось из груди, но я ничем не могла ему помочь. Не могла помочь и Марна. Остатков магии едва хватало, чтобы поддерживать жизнь в ней самой.