Чтение онлайн

— Где сейчас Одил? — слегка насупился Расим. Он не видел своего нового главного писаря с тех пор, как он с гвардейцами отнесли Нигору в темницу. Он начал подозревать, что и он убежал, а теперь последствия его предательства тянули и Ахдию за собой.

— Не знаю, — повела рукой Ахдия. — Годами я считала вас добрейшей душой, ведь вы помогли стольким людям. Вы были амбициозным подростком, когда я к вам пришла. Теперь вы падишах. Под вашим началом Зебистан снова процветёт. Так зачем вам война? — Ахдия разочаровано смотрела на Расима. — Вы столького добились, неужели вы хотите омыть это всё кровью?

— Я хотел добиться всего мирно, но иногда мы не получаем того, чего хотим, — негромко проговорил Расим.

— Разве одного трона вам мало? — недоумевала Ахдия.

— Трон — лишь средство для достижения моей цели, — бесстрастно ответил падишах.

— Зачем вы это делаете?

— Ради отца, — негромко ответил Расим.

Ахдия разочаровано вздохнула и покачала головой.

— Ваш отец мёртв и месть не вернёт его, — она хотела воззвать его к здравому смыслу.

— Я знаю, — тихо вздохнул Расим и спустился с топчана. Он хотел подойти к Ахдие, но та отошла от него, опустив взгляд. — Я дал слово и сдержу его, — категорично заявил он.

— Простите меня, но в этом я не могу поддержать вас, — Ахдия всё же решилась и подошла к Расиму. Она подняла прослезившиеся глаза на падишаха и погладила его по щеке. — Прощай, сынок, — она опустила руку и направилась к выходу из столовой. Остановившись у широких резных дверей, она в последний раз оглянулась на Расима. — Я любила тебя.

Опустив голову, Ахдия ушла с разбитым сердцем. Расим пошёл за ней, но остановился возле террасы с внутренним пустым садом. Он не мог позволить себе остановить её. За эти двадцать лет Ахдия действительно заменила ему мать, а он так ранил её. Эта обида в её глазах… Может, стоило поделиться с ней своими планами с самого начала? Она всегда давала ему ценные советы и порой утешала, когда он терпел неудачу. Расим так хотел побежать за ней, вытереть её слёзы и крепко обнять, но память об отце сдерживала его. Отец делал всё ради него и даже пожертвовал собой. И если сейчас он отступится от своей цели, он предаст эту память об отце. Глядя, как Ахдия приближается к дальнему углу террасы, единственное, что он мог сделать — это нарушить одно из своих правил.

— Я тоже любил вас, матушка.

Вытерев слезу и проглотив горький ком, Расим с расширившейся пустотой в душе направился в свои покои…

После полудня Расим вернулся к себе домой, он хотел наведать своих пленников. Услышав его шаги, Мафтун вышел из кухни и, склонив голову, поприветствовал падишаха.

— Доброго дня, мой бесподобный падишах, — Мафтун опустил руку от сердца и посмотрел на Расима. Его смена закончилась утром, но он остался, чтобы высказать свое предложение.

— Ты один? — осведомился Расим. — Одил не приходил? — он заглянул на кухню, но никого не было.

— Нет, господин, — ответил Мафтун, шагнув в сторону. — Он с гвардейцами привёл новую пленницу и после их ухода я больше не видел дядю.

Расим скрутил губы и кивнул. Сев за кухонный стол, он налил себе чёрный чай, который заварил надзиратель.

— Кстати, о вашей пленнице, — подчеркнул Мафтун. — Она ничего не ест.

— Не переживай, — заявил падишах, опустошив пиалу. — С голоду не помрёт… Ты ждёшь Исмата? — Расим перевёл взгляд на надзирателя, который нерешительно стоял в проёме.

— Исмат заступит на смену вечером, господин… Я ждал вас, — наконец сказал он, после короткой паузы.

— Зачем? — тихо спросил падишах и подозрительно скосил на него взгляд исподлобья.

— Вы назначили Ахдию главной на кухне во дворце, — промедлив, начал Мафтун, — и теперь ваша кухня здесь пустует. Некому готовить еду для… пленников… И я подумал… Может, вы позволите моей жене стать вашей новой кухаркой?

Услышав имя Ахдии, Расим томно опустил взгляд в сторону. Он всё ещё был подавлен её неожиданным уходом.

— Мне не нужна кухарка, — заявил Расим. — Но пускай приходит и готовит вам еду, — он понял, для чего на самом деле Мафтун просил за неё.

— Спасибо, мой бесподобный господин, — надзиратель чуть улыбнулся и склонил голову, прижав руку к сердцу.

— Допей свой чай, — Расим указал на синий чайник посередине стола, — и иди домой, обрадуй жену. Пусть хотя бы для неё этот день будет добрым.

Падишах встал, похлопал Мафтуна по плечу и направился к скрытой двери. Сняв и повесив халат на деревянный крючок, Расим открыл дверь и спустился в темницу.

В тёмном коридоре внезапно загорелись все масляные лампы. В проёме показался Расим. Каждым шагом вниз он смирялся с уходом Ахдии и подавлял в себе грусть. У него была цель, и он прекрасно осознавал, что на пути к её достижению, он испытает немало горечи. Он был уже близко к своей цели, и ничто больше не должно вставать у него на пути. Скинув с лица опечаленную гримасу, Расим улыбнулся. Он шагнул в коридор темницы и сразу же услышал требовательный голос Акобира в своей голове.

— «Как мои птенцы?»

— Мог бы для начала и поздороваться. Или ты забыл о своих манерах в силу своей древности? — съязвил Расим, подходя к его клетке.

— «Мы никогда не обменивались любезностями» — Акобир приподнялся и приблизился к решётке насколько это позволяла тяжёлая цепь.

— Да-а? И кто в этом виноват? Ты же молчал все эти годы, — Расим с усмешкой и упрёком развёл руками.

— «Теперь нет. Я отвечаю на твои вопросы и помогаю тебе с книгой. И я хочу знать, как поживают мои дети!»

Расим фыркнул и закатил глаза.

— От твоей помощи толку, как от собаки во время рыбалки, — Расим снова съязвил с косым взглядом. — Я всего добился сам, а в остальном мне помогут твои птенцы… и без твоей помощи, — подчёркнуто добавил он. — Отдалив их от твоего влияния, они начали делать успехи, и они на удивление быстро растут. Я оказываю им такую заботу, которую… ты бы не смог, — чуть подождав, сказал Расим. — Они ни в чём не нуждаются… Впрочем, ты и сам можешь спросить у них. Вы же общаетесь мысленно, — Расим подвёл два пальца к виску.

— «Не могу», — с досадой ответил Акобир. — «Мой взор объят тьмой, а без зрительного контакта я не могу общаться с себе подобными, когда они далеко от меня. Если я попытаюсь, то причиню лишь вред своим птенцам».

— Вот и не пытайся! — остерёг его Расим. — Поверь мне на слово. Я ведь… никогда тебя не обманывал. Хочешь общаться? — подумав, спросил Расим. — Общайся с ней, — он мотнул головой направо, в сторону клетки слева, напротив Акобира. — Я ведь привёл к тебе отличную собеседницу. Возможно, вы даже ровесники, — снова съязвил Расим.