Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин
Шрифт:
— За БОГА?! — возмущенно встал на-султан с трона. — Скажи мне, когда и кто его мать, и я или мои потомки найдут её и убьют до его зачатия! — громко потребовал на-султан.
— Разве я сказала, что он будет рожден? — с упрёком в голосе спросила она, смотря прямо ему в глаза. — Он появится на свет! — величественно воскликнула она. — Снизойдет с небес… — вознесла руки над головой, — в наш мир… — медленно опустила их вниз, — в облике, похожем на человека… — указала на стражника, и на-султан возмущенно посмотрел на того. Стражник растерялся в недоумении. На-султан же вернул ещё более возмущенный и нахмуренный взгляд на ведьму, которая продолжала, — и захочет править этим миром в обличии Бога.
На-султан вздохнул и озадаченно спросил тихим обескураженным голосом:
— А кто же он снизошедший с небес, если не Бог?
— Нет, — покачала головой Арогин.
— Разве не Бог живет на небесах? — усомнился он.
— Оно придет в этот мир… Зло, — уточнила она. — И твоя вера… твоя вера должна быть крепка. НЕПОКОЛЕБИМА! Ибо только она придаст сил империи, созданию которого твой наследник положит начало…
На-султан снова сел на трон, в недоумении откинувшись на спинку. Его хмурое лицо сменилось задумчивым выражением. Не дав прямого ответа, Арогин запутала все его мысли: «Наследник? Но ведь…» — и дальше он продолжил вслух:
— У меня нет наследника, только дочь и…
— Послушай тогда моё второе предсказание… — заявила она, посмотрев ему прямо в озадаченные глаза. Однако Арогин также заметила по его опустившимся плечам, расслабленным рукам облегчение, объяснение к которому было одно — на-султан подумал, что у него в будущем будет сын. Однако её слова огорчат надежды на-султана. — Когда твоя дочь достигнет возраста для замужества, у тебя будут просить её руки много знатных и богатых лиц…
— И я выдам её достойному из них! — гордо вставил на-султан.
— Вот именно! — громко воскликнула та, и после короткой паузы спросила, чем удивила на-султана, — Ты любишь свою дочь?
— Разумеется, люблю! Она всё для меня.
— Всё, да не всё… — насмешливо упрекнула Арогин.
Брови на-султана опустились и сошлись на переносице, губы расширились, чуть приоткрыв рот — он не обрадовался данному упреку ведьмы, и хотел что-то возразить, но ведьма продолжила:
— Никто из них не будет любить её, — заявила она. — Все они будут бороться за её руку ради трона твоего и богатства, стоящее за ним… и наследуемой власти. Дочь же твоя не познает любви от мужа и его страсти к ней, если вы, господин, выдадите её, как вы и сказали, достойному из них.
— И как же мне поступить тогда? Я желаю своей дочке быть любимой так же, как и её мать любима мною, — уважительно промолвил он. Это уважение было проявлено по отношению к Арогин. Сам удивляясь тому, он осознал, что спросил совета у ведьмы. Уму непостижимо!
У ведьмы!
— Выдать за недостойного, по мнению других, который попросит руки не ради трона твоего, а ради любви.
— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду под «недостойным, по мнению других»?
На лице у Арогин вырезалась слабая ухмылка.
— А вот и моё третье предсказание, и предупреждение, — она остерегающе подняла палец. — Руки твоей любимой дочери попросит тот, кто сможет дать тебе то, что для тебя станет дороже всего. И не дай ему погибнуть в боях грядущих, ибо только его наследие будет в силах противостоять тому, что грядет.
В этот момент в мыслях на-султана кружили только эти слова: «станет дороже всего». Он недоумевал, не понимал, что она этим хочет сказать?
— Что ты ОПЯТЬ имела в виду? — громко, почти крича, задал он ей этот вопрос. — Ведь я уже… — он остановился на полуслове и начал дышать тихо и ровно, чтобы успокоиться. — Я люблю свою жену и дочь, — договорил он, отведя глаз с ведьмы.
Под спокойной маской на-султан был раздражен самим собой за эту ложь. Разве любящий свою жену изменит ей?
Он задумался о том, чтобы признаться жене во всём. Он любит свою жену, но эта ведьма просто вскружила ему голову. Он знал, что Арогин ведьма, но не знал её намерений. Это снова начинало злить его. Он многозначительно посмотрел на ведьму и думал, как с ней поступить. А её предсказания и собаке не нужны. Пустые слова, чтобы выкупить свободу.
На-султан и ведьма смотрели друг другу в глаза. Когда-то в их взгляде полыхало пламя любви, а теперь у одного в глазах отражалась разочарование и ненависть, а у другой ожидание снисхождения.
— Я сделала вам три предсказания, мой дорогой господин, — заговорила ведьма, стоявшая на коленях. — Как и обещала. Время даст вам ответы на вопросы, которые сейчас возникают у вас в голове. Пощадите мне жизнь. Отпустите меня, и я уеду в Джоду, и больше никогда не буду посягать на вашу власть. Умоляю, помилуйте, господин.
На-султан всё молчал. Он наклонил голову — точнее она невольно рухнула на его левую руку от тяжести запутанных мыслей, и не обращал внимания на мольбы ведьмы.
Он думал:
— «Сначала она пыталась охмурить меня, женить на себе. Замышляла недоброе против жены моей… И всё, чтобы зачать какую-то там «истинную ведьму»? Хм-м… А теперь она пытается обдурить меня и откупиться странными предсказаниями? Шарлатанка!»
И в правду странные предсказания — то она пророчит о грядущей тьме, то говорит о замужестве его дочери, которой и месяца нет от роду, и про наследника… Всё это не складывалось у него в голове. На-султан обдумывал слова ведьмы, пытаясь дать им хоть какой-то смысл, но сейчас он был растерян, и не в состоянии здраво мыслить.
— «Время, — вспомнил он, — она сказала, время даст мне ответы… что ж поживем, увидим. А сейчас нужно избавиться от этой ведьмы».
— С глаз долой! — пробормотал на-султан, бросив на неё взгляд. — Убирайся! — громче велел он. — Прочь из султаната!
Ведьма, стоявшая на четвереньках, отшагнула назад. Её поза, движения и растрепанные волосы напоминали лохматого неуклюжего медведя, отползающего назад, испуганного охотником. Она была не уверена и боялась… Но, когда на-султан ещё раз крикнул «прочь» и махнул ей рукой, она быстро отползла на четвереньках от стражников.
Стоявший сзади неё стражник отшагнул вправо и повернулся, чтобы та не столкнулась с ним.
У дверей Арогин резким движением захотела встать и побежать, но через шаг обессиленная ведьма споткнулась на ровном месте и упала на колено. Невзирая на боль, снова встала и побежала изо всех сил неуклюжими короткими шагами. Выбежав в коридор, свернула направо и скрылась с глаз.
Как только это произошло, послышался грохот и глухой звон цепей, ударившихся об мягкий ковер в коридоре. На-султан закатил глаза, покачал головой и указывая правой рукой в сторону двери, приказал: