Чтение онлайн

— У меня есть вот это, — сказала, чуть вытянув руку, и указав на браслеты на запястье. — Вот если бы у меня появился браслет физической защиты, чтобы меня нельзя было схватить, или прикоснуться. Вот это было бы отлично, а то я устала ощущать себя полностью беззащитной в вашем бушующем мире.

Высказалась, и поняла, что все удивились. Краген задумался, а по физиономии нахмуренного эльфа стало ясно, что подобного он не ожидал. Серый опять возмущенно сопел.

— Правда я не знаю, если такие штуки в вашем мире, — вздохнув, наскоро добавила. — Я же про ваш мир почти ничего не знаю. Но если бы ваше высочество сочли возможным помочь, это было бы очень великодушно.

Недовольное сопение Серого отозвалось внутри порывом злости и праведного возмущения. А, что такого? Меня тут убить пытаются, а этот эльф сам напросился.

— Я же свидетель по какому-то там делу, — решила пояснить свою просьбу принцу, не вдаваясь тем не менее в подробности. — Меня постоянно пытаются убить. И такая защита была бы очень кстати. Мне она нужна на время, пока дело не закроют, до возвращения домой.

Высказалась, и замерла, ожидая ответа от принца, застывшего с невозмутимо отстраненным выражением. Никакого раскаяния от своих слов не испытывала. А что такого? Ну, попросила браслет защиты, так я же для дела! И вообще, вела себя пристойно, не хамила, не грубила, и не нарывалась. Чтобы там Серый себе не думал.

— Я подумаю над просьбой, — не сразу отозвался задумчивый эльф, и переключив внимание на Крагена, спросил. — Могу я поговорить с тобой?

— Да, конечно, — быстро ответил Краген, словно скинув оцепенение, приглашающе указав рукой на коридор позади, одна из дверей которого вела в кабинет.

А я выдохнула, наконец останусь без высокого общества эльфа, сдалось оно мне больно. Серый тем временем, крепко ухватив за плечи, потащил меня в комнату, наверняка устраивать очередную головомойку.

***

Втащив меня в комнату, Серый несколько раз прошелся туда-сюда, иногда сердито на меня поглядывая, словно собираясь с мыслями. А я спокойно уселась на кровать, ожидая продолжения прежних нотаций.

На самом деле раскаяния не ощущала, и вообще не понимала, что Серый так завелся. В конце концов эльф сам ко мне с вопросами пристал, да и попросила вещь совсем безобидную. К тому же, он отказаться может, спокойно размышляла, наблюдая за шагами мужчины.

— Ника, я уже понял, что говорить тебе о Правящих бесполезно, — возмущенно сказал он, перестав наконец метаться по моей комнате. Может ему тоже успокоительного попить, работа-то нервная.

— Говорю в последний раз! Вступать в диалоги с Правящими не верная позиция, слишком зыбка почва у такого пути, может ненароком обернуться оскорблением, — продолжил он, а я подумала, как они живут, если даже поговорить с этими Правящими нельзя, бред какой-то.

— А уж просить что-либо это вообще верх безрассудства, — произнес он, гневно глянув в мою сторону. — Как бы твоя просьба не обернулась потом неприятностями.

Закончил он свои излияния, и ушел. А я вздохнула с облегчением, решив отсидеться в своей комнате, изучая заброшенные книги. А то вдруг в гостиную снова выйдет этот Инейлейрей, видеть его совсем не хочется, а в комнату он ломиться не будет. Вот и посижу тихонько, пережду в засаде, так сказать.

Так и пряталась, пока в дверь не постучал Краген и не сообщил, что принц ушел. Как только догадался, что сижу в комнате именно из-за него. Тут же выскочила в гостиную, где мы вернулись к попыткам рисовать руны. Дальнейший вечер был захвачен критикой Крагена и моим старанием вывести необходимые символы верно.

В итоге у меня начало получаться, не настолько тупа, чтобы не выучить как рисовать шесть символов, которые руны называются. Тем паче Краген, указывал на мои ошибки, а когда был свободен прямо под его присмотром чертила, учитывая замечания.

Вот только вчерашнее энергичное и бесшабашное настроение исчезло, на сегодня сменившись безрадостной апатией. Словно проходила какие-то непонятные стадии смены состояний, и краткое воодушевление прежнего дня объяснялось чудесным спасением. Сейчас же меня с новой силой накрыло тоской по дому.

Будто физически ощущала, что пока сижу здесь, в четырех стенах, безвольной жертвой чужих игр, там, в моем мире, утекают дни моей жизни, и я что-то безвозвратно теряю, и неизвестно, сколько это будет продолжаться. Дни, месяца, сколько можно ловить портальщика, передвижения которого не подлежат вычислению? А я так и буду игрушкой чужих амбиций? И мало ли какие твари еще встретятся в этом мире, не факт, что эмоционально неуравновешенный сосед Крагена последнее подобное происшествие.

Охваченная переживаниями, не смогла радоваться наступившему прогрессу в начертании рун, зато крепла убежденность, решительно пора потребовать ответов от Серого. И когда, через пару часов после обеда он застал меня за порчей чистых листов нового альбома, была морально готова. И отсутствие Крагена пришлось только на руку, наедине казалось будет легче вести разговор.

Усадив Серого за стол, чему он явно был рад, наверно опять не обедал, выставила из буфета припасенную мясную нарезку и выпечку, и наполнила кружки чаем. Расположившись напротив и наблюдая, как мужчина делает огромный, под стать ему самому, бутерброд, приступила к расспросу.

— Знаешь Серый, меня это все так достало, что сил больше нет! Встреча с бешеным эльфом была критичной каплей, прорвавшей плотину. И я тут задумалась, а почему? — на эту фразу он удивленно посмотрел на меня откусывая от многослойной конструкции составленного бутерброда. А я, наблюдая как он жует, рассуждала, вертя в руках кружку с горячим чаем. — Почему портальщик так привязан к вашему миру, какие у него здесь неоконченные дела? Ведь с его возможностями перемещения он мог бы осесть в любом из миров, а их множество, Краген рассказывал. И плевать на ваш. Он мог бы даже заявить о порталах, изобретении которым фактически владеет. Но он почему-то рвется сюда, я верно понимаю?

Серый спокойно кивнул, не переставая задумчиво методично жевать, а я продолжила, позволяя себе высказать размышления вслух, пользуясь тем, что он занят.

— Скажи, что будет, когда портальщика, как там его зовут…

— Эрик фон Гесс, — подсказал он.

— Ну, его самого, признают виновным? — закончила свой вопрос игнорируя задумчиво отстраненное настроение Серого. — Что будет?

Он посмотрел на меня, словно о чем-то размышляя, взвешивая на внутренних весах собственного мнения, и решил ответить, отложив бутерброд на тарелку.

— После признания виновным его объявят в розыск, пошлют по следу…

Но я предупреждающе взмахнула рукой, прерывая его рассуждения, не дав закончить мысль.

— Это все не то. Что будет здесь, в этом мире? — уточнила, пытаясь ухватить ускользающую догадку.

— Все его ценности отойдут в доход империи, — отозвался Серый хмурясь, в попытке отгадать, что именно от него хочу.

— И что, много ценностей? — заинтересовалась, задумчиво вертя кружку с чаем, как не странно, это действие помогало размышлять.