Чтение онлайн

Хотя, может быть, всё было куда проще. Тело голема было создано для боя, выковано и натренировано для владения оружием. И без клинков в руках оно испытывало нечто вроде фантомной боли, как человек, потерявший конечность, продолжает чувствовать её присутствие. Слышал истории, что воины ощущают своё оружие как продолжение самого себя, но всегда считал их чем-то вроде художественного преувеличения, а сейчас и сам чувствую нечто подобное.

Провёл пальцами по лезвию дадао, проверяя его состояние. Меч не пострадал, мертвец не стал швырять свою магию в отброшенный мной клинок. На нём не было ни единой новой царапины, ни намёка на огненные опалины, которые могли остаться после пламени цзянши. Качественная работа кузнеца кочевников, сделавшего отличный инструмент для уничтожения человекоподобных противников. Да, он тяжёл, массивен, и в нём нет изящества шпаг или сабли, но он крепок и способен перерубить тонкий меч противника, если тот подставится под прямой блок. Такой клинок может прослужить верой и правдой долгие годы, если обращаться с ним должным образом.

Закрепляя дадао в ножнах на спине, я ощутил, как напряжение, сидевшее в плечах с момента, когда пришлось выбросить меч, наконец-то отпустило. Теперь я снова был полностью вооружён, дадао и алебарда при мне.

Почти пять килограммов холодной стали в ножнах за спиной давили на лопатки, но это давление было скорее приятным и даже успокаивающим. Словно тяжёлое одеяло в холодную ночь или крепкие объятия после долгой разлуки.

Только сейчас я осознал, насколько глубоко врос в это тело. Насколько слился с ним. Инстинкты Бин Жоу, его мышечная память, его привычки — всё это стало частью меня. Я больше не мог провести чёткую границу между тем, где заканчивается моя изначальная личность и где начинается то, что досталось мне от мясного голема.

Эта мысль должна была бы напугать. Должна была бы вызвать отторжение, желание сопротивляться. Но вместо этого чувствовал некоторую правильность того, что со мной происходит. Похоже, я изменился сильнее, чем думал. Да, я уже не тот, кем был на Земле. Но разве это плохо? Тем более я не собирался затирать то, что осталось от Бин Жоу. По правде, я испытывал к этому юному гиганту самое настоящее сочувствие. Этот парень, выглядящий как машина для убийств, по сути и жизни-то не знал. Его разум и душа были искалечены бесчеловечными алхимическими ритуалами — участь, которую я бы не пожелал даже своим врагам. Так что если от него останется хоть что-то в результате слияния моей души с его телом, то я буду только рад.

На Земле я был физически слабым. Больное сердце делало меня во многом беспомощным перед лицом физических угроз, и все проблемы, которые возникали на моём жизненном пути, я решал с помощью слов. И надо признать, иногда возникали ситуации, когда одних слов было недостаточно, а физической силы, чтобы их подкрепить, у меня никогда не было. До сих пор помню то ощущение беспомощности, которое мне пришлось пережить несколько раз.

Теперь же, оказавшись в этом могучем теле, я лишён своей главной слабости, точнее той слабости, о которой так сожалел в прошлой жизни. Это даёт мне чувство невероятной уверенности даже перед лицом неизвестных угроз нового мира.

Пусть я всё ещё далёк от настоящей силы — неживой маг четвёртой ступени чуть не убил меня, и только удача и знание местности позволили спастись. Но я учусь. Расту, становлюсь сильнее. У меня оказался уникальный талант к астральной магии, которую я понимаю на интуитивном уровне. Всё это придавало мне ощущение уверенности и веру в то, что я со всем справлюсь, преодолею все трудности и в итоге добьюсь того, что буду определять свою судьбу сам. То, что в прошлой жизни мне было в принципе недоступно.

Последний раз оглядев место, где бросил дадао, развернулся и направился обратно к поляне Царя Леса. Огонь вокруг продолжал медленно угасать, лес продолжал залечивать раны, а я шёл по тропе, чувствуя приятную тяжесть меча за спиной и ощущая отполированное древко алебарды в руках как продолжение самого себя.

Выйдя к уже знакомой поляне, центр которой занимал исполинский дуб, искушать судьбу ещё раз не рискнул. Ещё раз поклонился лесному великану и обошёл его владения по самой кромке. Причём всё время этого пути не сводил глаз с Царя Леса, но тот, казалось, вообще не обращал никакого внимания на присутствие совсем рядом с ним столь мелкой мошки, как практик второй ступени.

От этой поляны я уже хорошо помнил дальнейший путь к тому месту, где рос Цветок Серебряной Чаши.

Всю оставшуюся дорогу я не забывал тренировать приобретённые во время исследования древней гробницы навыки. Тело двигалось само, ноги несли меня по уже знакомой тропе, а сознание и разум отрабатывали ту или иную магию.

Лучше всего у меня получалась защитная стена из «полупрозрачного бронированного стекла», которая по моей задумке должна была защищать мой рассудок от чужого влияния, я назвал эту технику «Астральный барьер». Также неплохо выходила магия «сканирующего тумана», хотя и получалась она намного тяжелее, чем во время испытаний в усыпальнице.

Да и вообще, после того как покинул гробницу, которая была буквально пропитана энергией и астральным фоном от небесного камня, любое применение магии требовало от меня намного больших усилий.

Впрочем, это скорее нормально. Практики второй ступени только открывают в себе «личный» магический источник. Их магические возможности сильно ограничены внешним энергетическим фоном, и чем он слабее, тем труднее им даются магические техники. В дальнейшем, с восхождением по Ступеням, личный магический источник становится мощнее, и с каждой новой ступенью практик становится всё менее зависим от внешних условий.

Продолжая тренироваться на ходу, поймал себя на мысли, что поход в усыпальницу принёс мне немало пользы. Именно благодаря насыщенному магическому, в том числе астральному фону гробницы я смог так продвинуться в постижении астральной магии. Без этого то, что я достиг, все эти новые техники, придуманные мной на ходу, думаю, в обычном месте я бы потратил на их освоение дни, если не недели. Даже мелькнула мысль после визита к Цветку вернуться в усыпальницу и провести там несколько дней, медитируя и познавая Астрал.

Разумеется, эту мысль я быстро прогнал. Возвращаться в гробницу у меня не было желания. Слишком там фонило смертью, да и тот, кто лежит в гробу над метеоритом, вызывал у меня не самые приятные ощущения. Ещё раз приближаться к этому раскачивающемуся на цепях гробу я не хотел ни при каких обстоятельствах. Возможно, когда достигну Седьмой Ступени, вот тогда… Но о подобном мне задумываться было рано.

Благодаря своему новому навыку сканирования мне удалось почувствовать повышенный астральный фон примерно за полсотни метров до того, как я вышел к знакомому клёну.

Когда приблизился к ложбинке между корнями исполинского клёна ещё ближе, то сразу почувствовал перемену. Аура духовного растения изменилась — она стала плотнее, насыщеннее, словно цветок наполнился энергией до предела и теперь едва сдерживал её внутри себя.

Даже воздух в этом месте тихо вибрировал, словно в предвкушении и ожидании.

Духовное растение будто знало, что я вернусь. Причём не с пустыми руками.

Его серебряные листья мерцали ярче обычного, отбрасывая на землю танцующие блики, которые складывались в причудливые узоры. Бутон на вершине стебля раскрылся чуть шире, и теперь я мог отчётливо разглядеть пульсирующую в его центре серебряную сферу. Она билась размеренно, словно в такт, вот только с чем? С биением моего сердца? Или с каким-то иным ритмом, который я сейчас не могу уловить или почувствовать?