Чтение онлайн

Через мгновение мы были в Озёрном лесу.

Я наблюдал, как королева роется в небольшой шкатулке, небрежно выливает несколько капель из странного на вид пузырька на чистый платок. Быстро прикладывает к весьма неаппетитного вида ранам и так же быстро отнимает.

Кровь она, конечно, остановила, но не более. И симпатичное кукольное личико с такими украшениями смотрелось... жалко.

– Ваше Величество, шрамы останутся, - вырвалось у меня.
– Надо обработать чем-нибудь более...

– Не останутся, - оборвала королева, махнув рукой.
– Если бы на мне каждый раз оставались шрамы, такой миленькой я бы не была.

Серые, усталые глаза снова уставились на меня - на этот раз, правда, без неприятных ощущений.

– Всё на сегодня, - выдохнула Повелительница, отворачиваясь.
– И... спасибо, что помог там... в трактире.

Из меня будто дух вышибли. Маги никогда не благодарят. Никогда. Даже за спасение жизни - это же, по их мнению, наша прямая обязанность: ради них подставляться.

Королева грустно улыбнулась и потащилась вверх по лестнице.

А я впервые задумался, что случилось бы, не будь Сиренити волшебницей. Просто глядя, как она идёт, пошатываясь, и тяжело цепляясь за перила, идёт, то и дело поводя рукой по повреждённой щеке... мне было её жалко.

– А почему ты помог мне?
– неожиданно произнесла волшебница, останавливаясь.
– Зачем, Рин? Ты же меня ненавидишь.

Я усмехнулся и честно ответил:

– Чтобы спасти остальных. Сцепись вы с тем магом - и просто дуэлью дело бы не закончилось, так, госпожа?

Сиренити криво улыбнулась, пряча взгляд.

– Не стоило. Я бы пальцем их не тронула, - и, словно в ответ на мой невысказанный вопрос, добавила.
– Никто в Нуклие не знает, где ты, и где провожу время я. Давать им превосходную подсказку не в моих интересах. Силтей слишком близко к Зелёному лесу.

– Вы боитесь собственных советников?
– делано изумился я.

Королева грустно усмехнулась. Коротко глянула на меня и тихо произнесла:

– Боюсь.

Её дверь уже захлопнулась там, наверху, а я всё ещё стоял у лестницы... и не мог отделаться от странной мысли.

Кажется, мы все ошибались насчёт магов.

Может, они совсем не все такие, как мы думаем?

Таи Мордок, Идущий и близкий друг лорда Илая, шёл, насвистывая весёлую мелодию, к своему дому на территории поместья Илестины. Песенка и невозмутимый вид предназначались для снующих то туда, то сюда слуг-людей и замерших на каждом повороте и у каждой двери гвардейцев. В Нуклие принято носить маски, а уж если ты настолько силён, что можешь путешествовать по мирам и иметь положение здесь, так близко к источнику магии, то должен уметь вечно прятать всё, включая и своё настроение. Никому нет дела до твоих настоящих эмоций - только интриги здесь правят бал и нужно быть по-настоящему хитрым и умелым, чтобы вовремя выходить сухим из воды. Эту истину Мордок понял давно.

В конце концов, не всё так плохо! Вот уж кому действительно житья здесь нет, так это настоящим нуклийцам. Ирония судьбы - в мире, где магия словно бы повсюду, нет ни одного волшебника, родившегося здесь. Первое время Мордока это изумляло - как и поистине чудовищное отношение Идущих к "смертным". А потом и он привык. Действительно, надо же на ком-то срывать злость. К тому же покорность людей на руку абсолютно всем волшебникам. Кого иначе использовать как пушечное мясо в своих интригах? А интриговали здесь все - как против друг друга, так и по-крупному - против королевы. Занять её место мечтал каждый - неограниченная власть, исполнение любого желания, абсолютная сила! Мордок усмехнулся, останавливаясь около своего дома. Повелительницу он ни разу не видел, но, говорят, что самые успешные интриганы, перебравшиеся во дворец, давно превратили её в марионетку. А возглавлял их лорд Онред, наставник Её Величества, хорошо сумевший втереться ей в доверие. Впрочем, королева так молода, что обмануть её, наверное, проще простого. Как говорится, сила есть...

Мордок усмехнулся и тут же поморщился. Входная дверь приветственно распахнулась и закрылась за его спиной. Привычно проверив охранные заклинания, волшебник, всё ещё насвистывая, направился к лестнице на второй этаж. Вот же привязалась музыка! А всё та девчонка-менестрель... И её... братец. Парень лгал, родственником брюнетке он никаким боком не приходился. Что ж... Мордок потёр руки, укутанные в перчатки из коричневой кожи - там, на кончиках пальцев ещё остались следы крови певуньи. Надо будет не забыть отправить проклятье и для наглеца-человека. Неужели он думал, что сможет безнаказанно перечить волшебнику? Да и "сестрёнку" его стоит забрать. Пусть поёт только для Мордока. Божественно ведь поёт, хоть, наверное, уже и не такая милашка, как раньше. Но голосу шрамы на щёчке не вредят, ведь так? Только сговорчивей делают...

В спальне Мордока царила привычная тишина и сумрак. Тщательно прикрыв за собой дверь и на всякий случай повесив дополнительные щиты, волшебник быстрым шагом подошёл к кровати - там как раз лежали свитки с заклинаниями, а среди них - и нужное проклятие. Сейчас девчонка-менестрель окажется у него, а её наглый защитник умрёт...

Заметив краем глаза движение, волшебник вздрогнул. В руке сам собой появился жезл. Мордок выпрямился и тут же уставился в серые, глубокие, блестящие в лунном свете глаза.

Девчонка-менестрель, словно призрак, сидела, закинув ногу на ногу, на его письменном столе. На розовых кукольных губках играла такая злая усмешка, что маг невольно вздрогнул и отпрянул. Не может... этого же не может быть! Наверняка чья-то иллюзия. Вот, и шрамов на лице нет...

– Привет, - оскалилась девочка, продолжая гипнотизировать Мордока тяжёлым, торжествующим взглядом.
– Ждал меня?

Мордок выставил перед собой жезл, но видение и это оставило равнодушным.

– Ну а я всё равно пришла, - девочка соскочила со стола, оказавшись рядом с волшебником. Лёгкий жест - и жезл валяется в углу спальни, обречённо мигая красным навершием.

– Сейчас я покажу тебе, как это больно, когда бьют по лицу, - вкрадчиво произнесла девочка, размахиваясь.

Последнее, что запомнил маг, была злая усмешка молоденькой певуньи. И жестокие глаза, которые просто не могли принадлежать обычной "смертной", как и странный золотистый ободок вокруг их серой радужки...

У колдуна Мордока сегодня и впрямь был неудачный день.

Сначала волшебник застонал, даже, кажется, не приходя в себя. Болело всё, включая волосы. Особенно волосы. От лица, судя по ощущениям, осталось кровавое месиво, так изодранное когтями менестреля, что серебряным, на перчатке, осталось только завидовать.

Прибавить ко всему этому ещё и ощущение ледяной воды на свежих ранах - и получится вся полнота ощущений во всём её многообразии.

– Тай Мордорк, - словно сквозь туман звал чей-то вкрадчивый голос.
– Колду-у-ун! Эге-е-ей! Ты меня слы-ы-ыши-и-ишь?

Модрок попытался кивнуть, потом ответить - вырвался нечленораздельный хрип.

Перед глазами тут же возник образ светловолосого мужчины в щегольском алом плаще. А оставшаяся в распоряжении магия просигнализировала: демон. Очень-очень сильный демон.