Священный обман
Шрифт:
— Не задерживай дыхание, — прорычала я.
— Ты уверена? — Маттео склонился надо мной, прикрывая меня своей тенью, и сжал в кулаке тонкую полоску моих стрингов на бедрах. — Судя по тому, как ты смотришь на мой член, я подумал, что ты хочешь его съесть.
Склонив голову набок, я одарила его широкой фальшивой улыбкой. — Это не значит, что я буду.
Он тоже улыбнулся, грубо стягивая с меня трусики. — Раздвинь для меня ноги. Дай мне посмотреть на тебя.
Расслабляя свое тело, я позволяю своим бедрам раскрыться для него.
Глубокий, измученный стон вырвался у меня, когда я провел ладонью по идеальной киске Франчески. Она захныкала, ее колени медленно подтянулись, чтобы сомкнуться, но я только сделал это снова, с большим нажимом, теряясь в том, какой чертовски гладкой и нежной она была. Я наконец-то смог хорошенько разглядеть то, о чем фантазировал последние месяцы, и это уже заставляло меня напрягаться.
Отстранившись, я сжал лодыжку Франчески и перекинул ее через плечо. Я поцеловал ее подъем, прежде чем спуститься ниже и оставить дорожку из легких поцелуев на ее ноге, пока не добрался до промежности. Затем она приподняла бедра, ее мягкие половые губы слегка приоткрылись, показывая мне, где я ей нужен.
Я не дал ей то, чего она хотела. Вместо этого я поцеловал внутреннюю сторону ее другого бедра, схватил ногу и поцеловал всю ее до ее идеальных красных накрашенных пальчиков.
— Маттео...
— Разденься для меня.
Она моргнула, немного сбитая с толку.
— Сними лифчик. Я хочу видеть тебя всю.
Франческа отвела взгляд, потянувшись за спину, расстегнула лифчик и позволила ему упасть с кровати на пол. Затем, не дожидаясь приказа, она снова откинулась назад, опираясь на руки, и раздвинула ноги.
Я любовался ее великолепной грудью, сияющей кожей, нежными глазами, Небесными волосами – она выглядела ненастоящей.
В этот момент было почти больно смотреть на нее. В мягком свете приглушенной люстры наверху.
Она раздвинула колени, и я опустился на свои.
У меня вырвался вздох, когда покачал головой. — Ты такая чертовски красивая.
Ее губы приоткрылись, скулы вспыхнули, но она ничего не сказала.
Не говоря больше ни слова, я обхватил своими большими руками ее бедра и потащил вниз по матрасу. Я уже мог видеть влагу, искрящуюся у нее между ног, стекающую к ее тугой попке.
Широко открыв рот, я направился прямо к источнику; просовывая язык внутрь нее и пробуя ее на вкус так глубоко, как только мог.
Ногти Франчески впились в мои предплечья с такой силой, что заставили меня ухмыльнуться.
— Черт, — пробормотал я. — Эта симпатичная киска на вкус так же чертовски хороша, как и на вид.
Я продолжал облизывать ее вход, мои руки скользили вверх к ее сиськам, ловя пальцами ее соски и играя с ними.
— Маттео... — Она заскулила, прижимаясь ко мне всем телом.
— О, прости, детка, — сказал я с дразнящей заботой. — Этот маленький клитор тоже нуждается в моем внимании?
Я нежно поцеловал ее в клитор, но она так и не ответила.
— Разве нет?
— Да, это так, это так...
Я ухмыльнулся, начиная водить языком по кругу, продолжая массировать руками ее грудь.
— О, мой гребаный Бог...
Прижавшись языком к ее клитору, я водил им из стороны в сторону.
— О, Господи.
Ногти Франчески впились в мои бицепсы, ее бедра и спина приподнялись над матрасом. Я сохранил тот же темп, позволив ей легко кончить в первый раз.
Номер наполнился ее тихими стонами, звук пульсировал в моих венах. Когда она вернулась с высоты, я запечатлел поцелуй на ее лоне, прежде чем отстранился, чтобы посмотреть на нее как следует.
— Я хочу, чтобы ты считала для меня. Каждый раз, когда я заставляю тебя кончать.
Она выглядела немного застенчивой, но, несмотря ни на что, выдохнула: — Один...
Моя грудь наполнилась глубоким удовлетворением, когда я увидел румянец на ее щеках, от того, как хорошо она кончила и какой застенчивой была рядом со мной, хотя я только что вылизал ее киску.
Крепче схватив ее за бедра и обездвижив, я вернулся за добавкой. Тихий вскрик вырвался у нее, когда я пососал ее клитор, на этот раз ее длинные ногти впились в мои плечи. Я знал, что утром на мне будут ее отметины; это только усилило мое возбуждение.
Придвинувшись немного выше, я обхватил ее бедра и вдавил в матрас, сложив ее пополам и широко раздвинув бедра. Стон Франчески перерос в крик, когда я сделал это, но она тут же прикрыла рот рукой, зажмурив глаза.
Я надавил сильнее, глядя на нее сверху вниз, и почувствовал обжигающий огонь в своем взгляде. Теперь ее глаза были открыты и на грани слез. Она выглядела так, словно ей было больно прикрывать свой великолепный рот.
Я круговыми движениями водил ладонью по ее бедру, пытаясь успокоить ее и помочь расслабиться, чтобы она могла кончить снова. Мгновение спустя ее руки метнулись к простыням; она сжала их в кулаки, запрокинула голову и сильно кончила.
Я заставлял ее терпеть, пока она не откинулась на матрас. Прошло несколько секунд, но от Франчески ничего не последовало.
— Ничего не забыла?
— Маттео...
Я вернулся вниз и снова начал есть ее, рыча прямо в ее сердцевину. — Считай.
— Два.
Я застонал в знак согласия, снова поглаживая ее бедро. — Хорошая девочка, Франческа. Не заставляй меня повторяться снова.
Она сильно покраснела, отчего кровь прилила прямо к моему члену.
Я приподнял бровь. — Поняла?
— Да...
— Что «Да»?
— Да... — Франческа замолчала, ее щеки снова вспыхнули.
Прищурившись, я могу поклясться, что увидел, как на ее губах сложилась буква П. Мой член превратился в гребаный цемент.
— Скажи, да, папочка.