Святая - святым
Шрифт:
– Вот березовый пень в дубовой роще! Это ты у меня спрашиваешь?
Макс внимательно посмотрел на Стаса и уточнил:
– А ты сам-то его видел?
– Что – крест?
– Ну, не грузило же!
– Ну да… На отце Тихоне!
– Ты что, издеваешься надо мной? Позже! Когда тебе Ванька сумку принес!
– Нет… - протестующе затряс головой Стас.
– Я её даже не трогал! Честно, Макс!
– Всё ясно… - Макс положил коробку в карман и процедил сквозь зубы: – Я к Ваньке. А ты бегом домой и неси то, что я тебе дал!
– Но, Макс… - Стас виновато развел руками и, заикаясь, принялся объяснять: - Это уже н-невозможно! Плеер и рубль у меня сразу забрал отец…
Макс, направившийся было к забору, за которым стоял мотоцикл, вновь с подозрением посмотрел на Стаса:
– Забрал, говоришь?
– Да, сразу…
– Ладно. Допустим. Садись, поехали!
– Куда? – отшатнулся Стас.
– К Ваньке! – отрезал Макс.
– Там разберемся!
– Да ты что, я же наказан! Родители убьют, если узнают, что я куда-то ушел!
– Родители не убьют, а я могу! – пообещал Макс, сказав это, как и дядя Андрей с Игорем Игоревичем, явно не для красного словца.
И посмотрел таким взглядом, что ноги сами понесли Стаса к мотоциклу…
8
– Не слушай его, Макс! – закричал Стас…
Фары с ревом несущегося по деревне мотоцикла безжалостно резали ночь надвое.
Белое и черное… Черное и белое…
«Только бы отец еще был в медпункте… только бы не кончились мамины сериалы!..» - лихорадочно повторял про себя Стас.
Встречный ветер взбивал волосы, мешал дышать.
Черное и белое… Белое и черное…
«А Ванька-то, Ванька каков? Говорит, крест у тебя оставлю, а сам его подменил! И меня из-за какого-то дурацкого грузила заставил целый день на кухне торчать! А теперь еще и так рисковать на свою голову!»
Какая-то идущая по дороге женская фигура едва успела отскочить в сторону. И что-то прокричать им вслед.
И вновь – белое и черное… черное и белое…
У Ваниного дома Макс резко затормозил и пронзительно свистнул.
Дверь почти сразу распахнулась, и на пороге – веник в одной руке, совок в другой - появился Ваня. Разглядев в темноте Макса, он торопливо кивнул и подбежал к мотоциклу.
– Где крест? – так же, как на Стаса, сразу набросился на него Макс.
Ваня, не желая выдавать друга, замялся… Но, разглядев на заднем сиденье Стаса, видно, сообразил, что раз тот здесь, то Макс уже знает всё. К тому же привычный страх перед Максом быстро взял верх над всем остальным, и он кивнул на Стаса:
– Вон… у него!
– Да нет, Ванек, нет у него креста! – притворно вздохнул Макс.
– Как нет? – не поверил Ваня.
– Я же его у них дома - в сумке оставил. Стас, подтверди! В коробке!
– В этой?
Макс достал коробку и, раскрыв, поднёс к самому лицу Вани.
– Да! – подтвердил тот и, увидев грузило, заморгал. – Что такое? Ничего не понимаю… Стасик, а где крест?!
– Это… ты у меня спрашиваешь?! – чуть было не задохнулся от возмущения и обиды Стас.
– А у кого же еще? – изумился Ваня.
– Короче! – оборвал его Макс. – Твое грузило?
– Не знаю… - замялся Ваня, явно боясь говорить правду.
– Может, моё! А, может, и нет… На нём ведь не написано!
– Крутите вы что-то оба! – нахмурился Макс.
– Я?! – в один голос вскричали Стас и Ваня.
– Ну, не я же!
– Макс! Ну сам подумай, даже если б я его взял – кому я его здесь продам? – простонал Ваня.
– Ты что, хочешь сказать, это я взял?
– возмутился Стас.
– А потом повезу в Москву продавать?
– Зачем в Москву?
– хитро прищурился Ваня. – У тебя тут и Ник есть!
– Какой еще Ник? – насторожился Макс.
– Сын нового русского! – охотно пояснил Ваня.
– Он, знаешь, сколько за него может заплатить? Хоть миллион! Особенно, если ему в придачу пару упаковок димедрола предложить.
– Это еще почему? – не понял Макс.
– Так он же – наркоман!
– Не слушай его, Макс! – закричал Стас, перебивая Ваню. – Ничего я этому Нику не предлагал! Да и не нужен ему никакой крест. Ему вообще ничего не нужно! Он – жить и то не хочет! Он даже анекдот придумал: «Ты кто?
– Я смерть твоя.
– Ну и что?
– Ну и все!»… А ты, - повернулся он к Ване. – Ты бы молчал лучше! Это всё ты сделал! Сам украл крест, а теперь всё на меня валишь! У вас в семье это, как говорит мой отец, уже - генетически! Думаешь, я про твоего отца ничего не знаю? И про бабку твою? И прабабку?
Ваня как-то сразу сник, замолчал, не зная, что возразить на это.
Стасу тоже вдруг стало неловко за вырвавшееся…
Макс с нескрываемым презрением посмотрел на них и сказал:
– Сейчас я вам другой анекдот расскажу, последний: «Ты кто?
– Я – Макс.
– Ну и что?
– Ну и всё!». Поняли?
С лица готового уже было подобострастно засмеяться Вани стерло остатки улыбки. Стаса тоже словно обдало ледяным кипятком…
А Макс, насладившись произведенным на них впечатлением, запрыгивая на мотоцикл, предупредил:
– Этому наркоману, если крест у него, я помогу - он же ведь всё равно жить не хочет? А вам, если только узнаю, что это ваша работа, обоим по инвалидной коляске обеспечу!
9
«Чучело» вдруг выпустило изо рта клуб дыма и осветилось огоньком сигареты…
«И обеспечит!..»
Размазывая по лицу слезы, Стас торопился домой, не разбирая дороги. Стараясь сократить путь и, чтобы его не заметил отец – вдруг как раз он будет возвращаться из медпункта, он решил пойти огородами. И теперь, то и дело спотыкался о кочку и попадал в какую-нибудь очередную канаву…
После того, как Макс уехал, и им не о чем стало говорить с Ваней, на крыльцо выскочила Лена. Она попыталась что-то объяснить, но, как всегда, так пересыпала речь своими словечками, что он ничего не понял, да и больше никогда в жизни не хотел видеть ни Ленку, ни ее брата.
– Макс такой, с него станется!
– выбираясь из очередной ямы, бормотал он и чувствовал, что всего его охватывает животный ужас, от которого цепенеет всё тело и немеет ум. – Так и до старости, когда умирать не страшно, не доживешь…