Святая - святым
Шрифт:
Дверь тихонько скрипнула, и в комнату неслышно вошли родители.
Стас притворился спящим.
Мама потрогала его лоб и, совсем как когда-то маленькому, подоткнула под бок одеяло…
– Мокрый совсем! – с тревогой прошептала она. – Не удивительно – столько времени без воздуха…
– Ладно, завтра выпустим!
Дверь опять скрипнула, и родители заговорили громче.
– Ну, как там Тихон Иванович? – спрашивала мама.
– Плох! – сердито отвечал отец.
– Чуть было не уморили его своими просьбами. Это просто чудо, что он после такого остался жив! Если так дальше пойдет, и трех дней не протянет!
– Жалко, все говорят – такой хороший… Может, хотя бы неделю, а?
– Нет, вряд ли…
– Ну, а месяц?
– В таком режиме? С его сердцем? Нет, таких чудес не бывает! Тогда, клянусь, я сам в церковь пойду!
«Совсем как отец Криспа!» - как ему ни было тяжело, усмехнулся про себя Стас.
В другой раз он был бы счастлив, узнав, что семидневное наказание сократилось до трех дней. Но сейчас он был самым несчастным человеком на земле.
А тем временем мама вновь заговорила о нем:
– Какой-то он потерянный был весь этот день…
«Еще бы, будешь тут не потерянным, когда потерял смысл жизни! Совсем, как тот Крисп! – опять мрачно подумал Стас. – Какой может быть у неё смысл, если всё равно всё перечеркивает смерть! Нет у нее никакого смысла! И не было никогда!»
Он накрепко зажал себе уши, чтобы не слышать своих мыслей. В голове стало темно-темно…
И вдруг словно лучик пробил наступавший мрак:
«Как это никогда? А… Крисп? Да, ему хорошо – у него был отец Нектарий … - позавидовал Стас и, не слыша себя, вздохнул.
– А тут разве кому о самом главном скажешь? А скажешь – поймут? И даже, если поймут, чем помогут?»
Лучик приблизился, стал еще ярче…
«Постой-постой… А может, мне тоже отец Тихон может помочь?.. Ну, как Криспу – отец Нектарий?»
И тут всё то, что Стас слышал об отце Тихоне – слова деда Капитона, поведение Григория Ивановича, лицо счастливой Ленки, которая неспроста, ох неспроста так переиначивает слова, её уверенный голос: «Я - вечная!», наконец, то, что вся деревня ринулась к нему, и все, даже мать «сражанта», которую, как говорила мама, ничем нельзя утешить, получили помощь - вдруг разом всплыло у него в памяти.
Луч вспыхнул так, что разогнал весь мрак.
Стас отнял от ушей ладони и услышал рев сирены, какой издает милицейская машина или «скорая помощь».
– Что, к Тихону Ивановичу? Это… конец? – раздался за дверью срывающийся голос мамы.
– Скорее всего, да. Я сейчас! – выбегая из дома, крикнул отец.
– Как конец! Это что же - отец Тихон - умер?… ахнул Стас.
– Но ведь папа только что говорил, что он проживет еще несколько дней? Опоздал! Опоздал! Опоздал! – в полном отчаянии прошептал он и принялся бить кулаками ни в чем не повинную подушку…
Снова наступил еще более темный мрак, но… ненадолго.
Быстро вернувшийся Сергей Сергеевич сказал, что отец Тихон, как ни плох, но жив. А «скорая помощь» приезжала, чтобы отвезти кого-то в реанимацию.
– Какая-то серьезная драка в соседней деревне, - пояснил он и принялся перечислять: - Многочисленные переломы, сотрясение мозга, ушибы…
«А-а, так это же Саша отделал Макса! – вдруг понял Стас. – Ну и правильно. Так ему и надо! А… отец Тихон, стало быть, жив?! Жив!.. Успел!!! Только бы он теперь дожил до завтрашнего утра!..
– умоляюще взглянул он в окно, где еще глубоко-глубоко под горизонтом набиралось сил для нового дня солнце, и лишь теперь понял Криспа, почему тот так стремился к своему отцу Нектарию…
11
Это же не Саша избил Макса…
Как ни ждал ночью наступления утра Стас, а надолго проспал его. Так надолго, что когда открыл глаза, солнце уже высоко стояло над горизонтом.
Родители нарочно громко, чтобы разбудить его, разговаривали между собой.
– Па! – наскоро одевшись, выскочил из своей комнаты Стас. – Отец Нектарий еще жив?
– Кто?.. – не понял отец.
– Ну, я хотел сказать – отец Тихон! – быстро поправился Стас.
– Не знаю… - пожал плечами Сергей Сергеевич. – Я еще не ходил к нему.
– А хочешь, я сбегаю? И скажу тебе, как он!
– А завтракать? – возмутилась мама.
– Я что, зря столько манной каши вам наварила?
– Пусть идет! – разрешил отец.
– Заодно и аппетит нагуляет.
Стас быстро натянул ветровку и бросился к входной двери.
– Плеер возьми! – крикнул ему отец.
– А! После, потом! – отмахнулся Стас и выскочил из дома.
Улицу из конца в конец он промчался за какую-нибудь минуту. И за все это время не увидел ни одного человека, за исключением водителя проехавшего мимо старого «Запорожца», на котором большими буквами было написано «МАШИНА»…
Добежав до красно-кирпичной церкви, на карнизах которой росли березки, Стас свернул направо и сразу увидел здание медпункта. Но… он оказался заперт на большой амбарный замок.
«Неужели я все-таки опоздал?» - похолодел Стас и бросился в другую сторону.
За колодцем с вертушкой был Ванин дом. Но и там никого не было. Тогда он рванулся туда, где жила бабушка его друзей. И там не было ни одного человека. Ворота - распахнуты, и вся улица перед ними – устлана еловыми лапами…
Вдруг из-за угла показалась плачущая женщина в черном платке. Обрадованный Стас тут же подбежал к ней.
– Вы не скажете, а где… отец Тихон? – спросил он. Цена ответа на этот вопрос была столь велика, что язык едва слушался его.
– В ответ женщина всхлипнула и махнула рукой в ту сторону, куда вели еловые ветки…
– Как где? На кладбище…
Забыв от волнения, что сегодня хоронят бабу Полю, Стас машинально побрел в указанном направлении, куда с соседних улиц шли редкие припозднившиеся прохожие.
Он даже не сразу услышал тарахтенье мотоцикла и только в последний момент увидел промчавшегося мимо… Макса. Тот явно заметил его, но почему-то даже не подал виду.
«Это что же…не Саша избил Макса… А Макс – Сашу? Олимпийского чемпиона?!» - как-то вяло удивился Стас.
Так он дошел до местного кладбища, утопающего в густой, спокойной тени высоких деревьев. И продолжал идти вперед, туда, где ярко пестрели цветы, венки, чернели платки женщин, и высился желтый холм свежевыкопанной земли.