Святая - святым
Шрифт:
– Нет, деньги оставь себе! – остановил его отец Тихон. – Я просто хочу помочь тебе…
– Тогда я поехал? – снова рванулся к двери Ник.
– Куда? Ты забыл про условие! – напомнил отец Тихон.
– Нет! Почему? Я помню! И… что же я должен делать?
– Ты должен дать мне слово…
– Что это в последний раз? – перебил отца Тихона Ник. – Конечно, дам!
– Он поймал на себе пристальный взгляд священника и опустил голову: - Но вы же сами понимаете, что я не сдержу его…
– Ты дашь слово, - словно не слыша его, повторил отец Тихон, - что просто побудешь здесь полчаса.
– И все?!
– Нет. И по-честному откажешься от своей просьбы, если тебе станет легче.
– А если не станет?
– Тогда я сам поеду с тобой к фельдшеру и попрошу сделать тебе укол. Ты прав, она мне не откажет!
– Ага, я все понял! – нахмурился Ник, и уголки его губ задергались.
– Вы думаете, что я успокоюсь за это время? Но это же ломка! Как вы не понимаете? Она не пройдет, пока не принять дозы!..
– Пройдет, - тихо, но твердо сказал отец Тихон.
– И прошу тебя потерпеть всего полчаса.
– А не обманете?
– Ну, чем мне тебе доказать… - покачал головой отец Тихон и вдруг улыбнулся: - А хочешь, я тебе свою тайну открою?
– Тайну? – распахнул глаза Ник.
– Да, почему я приехал в Покровскую? А ты, если я не сдержу своего слова, вправе будешь рассказать ее всем!
– Да не надо мне вашей тайны… - проворчал Ник, сникая под открытым взглядом отца Тихона.
– И, тем не менее, я расскажу. У нас ведь целых полчаса. Но только ты сделаешь все, что я попрошу!
– Ну, хорошо!
Ник взглянул на свой мобильный телефон, засекая время, и послушно опустился на табуретку.
– И что я же должен делать?
– Перво-наперво, надеть крест!
4
– Не может быть! – не поверил Ник…
Отец Тихон достал из сумки бутылочку, на которой было написано «Святая вода», намочил в ней бахрому своих четок и покропил деревянный крестик. Затем стал вдевать в небольшое отверстие шнурок.
– А приехал я в Покровку потому, - говорил он, проделывая все это, - что много-много лет назад сделал здесь одно очень плохое дело.
– Вы? – не поверил Ник.
– Видишь за окном храм?
– Ну, да!
– Купол без креста? Так вот это я, когда был таким, как ты, снял его с церкви!
– Вы?!
– Ну, не сам, конечно, но прикрепил к нему трос, чтобы можно было стянуть его трактором. И вот теперь я здесь, чтобы исправить ту давнюю ошибку, свой тягчайший грех перед Богом.
– Но ведь вы тогда не знали, что это плохо.
– Да, сам не ведал, что творил. Но даже в земных делах, как говорится, незнание закона не освобождает от ответственности перед законом. А уж в небесных…
Не договорив, отец Тихон завязал кончики шнурка в крепкий узел и сам надел крестик на шею то и дело поглядывавшего на часы Ника.
– Так-то оно лучше будет… - полюбовавшись на свою работу, одобрил он.
– А теперь…
Отец Тихон достал на этот раз маленький флакончик и кончиком свечи крестообразно помазал маслом лоб Ника.
Все это было столь необычно, и масло пахло так притягивающе вкусно, что Ник не удержался от вопроса:
– Что это? Зачем?
– Это – масло из лампадки перед чудотворной иконой, – ответил отец Тихон, показывая глазами на образок на тумбочке.
– Такой маленькой? – удивился Ник.
– Нет, это типографская копия с нее. А сама икона – очень большая. Ее писали монахи на Афоне, и она славится тем, что перед ней исцелилось множество людей. Даже болевших раком в последней степени! И не только раком…
Отец Тихон говорил Нику, а сам неотрывно смотрел на икону:
– Я знаю женщину, которая молилась перед ней, чтобы ее сын избавился от наркомании.
– А он как – травкой баловался или сидел на игле? – тоном знатока уточнил Ник.
– Колол себе что-то, причем самое сильное, - поморщился отец Тихон. – И, как ты говоришь, уже ничто не могло помочь ему… Так вот, она помолилась. Принесла домой вот такой же образок, и… - отец Тихон замолчал и прижал руку к левой половине груди.
– И… - заторопил его Ник.
– Что дальше?
– А дальше случилось чудо, – через силу улыбнулся отец Тихон.
– Наутро ее сын сам попросил отвести его к наркологу…
– Толку-то! – хмыкнул Ник.
– Ты слушай! – посоветовал ему отец Тихон. – Мать повела его в тот же день в клинику, там сделали анализ крови, и - в ней не оказалось даже следа наркотиков.
– Не может быть! – не поверил Ник.
– Почему?
– удивился отец Тихон.
– Тому есть многие доказательства: протоколы его прежних допросов в милиции, медицинская карточка у нарколога с заключением, что он совершенно здоров, справка с анализом крови. Женщина до сих пор хранит ее, как святыню. А главное свидетельство – ее сын. С тех пор он забыл, что такое наркотики. Если хочешь, я даже могу тебя познакомить с ним!
– Этого не может быть… - глядя во все глаза на иконку, повторил Ник.
– Как видишь, может. И это ответ на твой второй вопрос – зачем я помазал тебя маслом.
– И… вы… думаете, мне тоже… может… помочь? – замирая на каждом слове, спросил Ник.
– Да, только для этого тебе надо помолиться.
– Но я не умею…это же, наверное, молитвы надо знать?
– Конечно, и не одну, которые ты выучишь в свое время. А пока с тебя достаточно и одной. Научить?
– Я все равно не запомню…
– Запомнишь, она всего из двух слов: «Господи, помилуй». А то и вовсе из одного – «Господи!» Но только сказать ее надо с верой и от всего сердца. Молитва – это ведь разговор человека с Богом. И ты должен попросить Его помочь тебе.
– И Он – поможет?
– Конечно!
– Но это – невозможно! – словно спохватившись, возразил Ник.
– Правильно, - согласился отец Тихон и тут же уточнил: - Самому человеку невозможно. Но Бог сказал: невозможное человеку - возможно Богу! И еще Он сказал: по вере вашей дано будет.