Чтение онлайн

– И пообещай мне...
– она пошевелила губами, словно вспоминая, что именно должен он пообещать. После долгой паузы она продолжила:

– То, о чем мы говорили с тобой этим утром... Иоганн, никому ни слова - пообещай мне это.

Он стал рядом с ней так, чтобы смотреть ей в глаза.

– Почему, Анна?

– Дик сказал - никому ни слова. Я пообещала за нас обоих.

У Иоганна не было выбора:

– Даю тебе слово. Я тебя не подведу, - он поцеловал её в щеку.
– Но почему он не хотел никому...

– Ради безопасности, - быстро перебила она. Ради безопасности ящика с документами... Ее руки взметнулись к лицу, и она тихонько заплакала.

Ради её безопасности, подумал Иоганн. Да, Дик был прав. Каждый, кому известно столько, сколько Анне, может оказаться в серьезной опасности, если что-то где-то всплывет. Иоганн в состоянии о себе позаботиться, но Анна?

– Я позвоню Фриде Дитрих. Они с мужем побудут с тобой до моего возвращения. Ты согласишься побыть с ними?

Не дожидаясь ответа, спасаясь от её сдавленных рыданий, он поспешил к телефону.

6

После долгого пересчета временных поясов и консультации с портье, Мэтисону удалось дозвониться до Джеймса Ньюхарта в половине десятого утра (по нью-йоркскому времени). Вернее, его встретил заградительный бастион ледяной голос секретарши Ньюхарта.

– Привет, Линда, - сказал Мэтисон.
– Пожалуйста, избавьте меня от болтовни насчет важных совещаний. По понедельникам до одиннадцати часов ничего серьезного не происходит, а этот звонок обойдется шефу по шиллингу секунда. Я звоню из Зальцбурга.

Это вступление, вероятно, заставило её перейти на рысь, и Мэтисон едва успел устроить с телефоном в кресле напотив большого окна, как в трубке загремел голос Ньюхарта.

– Умерьте свой баритон, Джимми.

– Это все проклятые бульдозеры под окном, - Ньюхарт понизил голос до нормального.
– Вы-то хоть меня слышите?

– Вполне отчетливо.

– Почему вы в Зальцбурге?

– Потому что в Цюрихе вытянул пустышку.

– Я звонил Йетсу, чтобы он дождался вас. Он не хочет помогать?

– Он где-то в Германии. Собирается подарить вам парочку новых авторов.

Голос Ньюхарта потерял напор.

– А его архив? И секретарша?

– Ничего и ничего. Так что я попытался распутать ниточку с другого конца. Думаю, загадка решилась, хотя и не самым приятным образом. Судя по всему, Брайанта попросту обвели вокруг пальца.

– Что?

– Я напишу для вас полный отчет, со всеми подробностями, которые мне не хотелось бы обсуждать по телефону, но вот самое существенное. Брайант сохранил всю свою переписку с Йетсом. У него сохранилась даже фотокопия чека, полученного, через Йетса, предположительно от издательства "Ньюхарта и Моррис". Триста долларов аванса, полученных от...

– Аванса - за что?
– перебил Ньюхарт.

– За альбом с фотографиями австрийских озер.

– Билл, вы шутите!

– К сожалению, нет. Фотографии и впрямь отличные, вполне стоят публикации. Это самое печальное.

– И Брайант получил три сотни наших денег...
– в голосе Ньюхарта послышалась новая тревога:

– Что за контракт у него?

– Ему до сих пор не вернули его экземпляр контракта. И я пока не знаю, чьи именно три сотни он получил. Предполагается, что чек отправлен вами, но подписан он неким Эмилем Берчем. Банк - Первый Морской банк Нью-Йорка, Сорок третья улица.

После долгой паузы Ньюхарт медленно произнес:

– Минутку, я должен все это переварить. Эмиль Берч?

– Б - как баран, е - как енот, р - как разбойник, ч - как четки. У вас будет копия чека и прочих документов, как только я проявлю и отпечатаю свои пленки. Да, я кое-что сфотографировал сам.

– Значит, Брайант готов пойти нам навстречу?
– с облегчением уточнил Ньюхарт.

– Его не было вовсе. Но миссис Брайант оказалась очень любезна.

– Вы объяснили ей, что все это - недоразумение?

– Нет. И вы бы тоже не рискнули, если б увидели, как она разволновалась.

– Когда-нибудь придется им сказать.

– Это уже не входит в мои обязанности, - вот уж избави Господь, подумал Мэтисон.
– Кроме того, прежде всего мы должны поговорить с Йетсом. Как вы посоветуете мне поступить? Вернуться в Цюрих и подождать его возвращения в среду? Но я бы предпочел, по правде говоря, чтобы вы прислали кого-нибудь из вашего штата, а я уж постою у него за спиной и при необходимости дам толковый юридический совет. Вам ведь придется принимать какие-то меры к Йетсу, не так ли? Я этого сделать не могу, как вы понимаете.

– Тут не может быть какой-то ошибки?

– Когда вы получите мой отчет и фотографии, у вас не останется ни малейших сомнений.

– Но Йетс зарекомендовал себя надежным работником, такой толковый и разумный...

– Понимаю, понимаю.

– И он ничего не сказал вам?

– Мы успели переброситься парой слов. Он считает, что мы напрасно приняли Брайанта всерьез. Он сказал, что этот человек - патологический лжец, который не рискнет сопротивляться, если прижать его и уличить во лжи.

– Йетс считает, что управится с ним сам?

– Так я понял. И должен признаться, что поверил ему. Пока не выяснил, что он вообще не пытается с ним справиться. И я приехал в Зальцбург. И увидел чек. Он существует, этот чек. Кто такой Эмиль Берч?

– Мы выясняем это в данную минуту. Линда по другой линии соединяет меня с управляющим Первого Морского.

– Как мне быть: остаться в Зальцбурге и встретиться с Брайантом? Или вернуться в Цюрих и поробовать нажать там?

– Думаю, в Цюрих торопиться не стоит, пока вы не втсретитесь с Брайантом, - Ньюхарт помедлил.
– К сожалению, мне придется сейчас закончить этот разговор, Билл. Я заставляю всех участников совещания ждать себя. Я перезвоню вам позже. По правде говоря, у меня сегодня сплошные совещания одно за другим. Давайте, я позвоню вам... в конце дня. Около семи вас устроит?

– По вашему времени?

– Ах да... У вас будет уже полночь. Ничего?

– Ну, я собирался устроить ужин с шампанским и девочками в заведении Осси Штайнмахера, но к этому времени уже вернусь, - раздался смешок, и Мэтисон подумал, что это серьзная победа - для утра понедельника.
– Мой отель - "Зальцбургер Хоф". И ни одного бульдозера в поле зрения. До свидания, Джимми.

– До свидания и спасибо вам, Билл.

Мэтисон поставил телефон на пол, закурил сигарету и уставился в окно, на Старый Город. Не поторопился ли он, обвинив во всем Йетса? Является ли Ричард Брайант безусловно пострадавшей стороной? Способен ли он сговориться с неким Эмилем Берчем, сфабриковать контракт, подделать короткие записки Йетса?