Чтение онлайн

Подскочив на ноги от ужасного сна, принц весь в холодном поту начинал замерзать от дувшего прямо на мокрое тело холодным октябрьским ветром. Посмотрев на часы, он понял, что слишком рано проснулся. Эр накинул на себя теплый кафтан и укутался пледом, выходя из комнаты в темный коридор. Деревянный пол скрипел под каждым шагом и будто нарочно старался всех разбудить, но взглянув в окно на осенний сад, принц увидел, что не ему одному не спится в эту ночь.

На скамье сидела третья жена и, уставившись на луну, потирала руками плечи, ощущая холодный ветерок. Она не чувствовала, как течет время, глубоко погрузившись в свои размышления, но ощущение падения теплого пледа на плечи её вернуло в реальность с моментальным вскриком от неожиданности.

— Ваша светлость, Николь… Вам не следует находиться в такую холодную ночь без теплой одежды, осознайте своё положение и позаботьтесь о моей сестре. — сказал вдруг Эран, стараясь не пугать третью жену.

— Ах… Это вы, первый принц Эрангель… Благодарю за вашу заботу, я и правда потеряла счет времени, наблюдая за прекрасной луной. — дружелюбно ответила женщина, разглядывая со стороны маленького принца, точно так же уставившегося на луну, как и она до этого.

— Сегодня видно особенный день… Пусть я и не любитель шаманских рассказов, но всё же знаю несколько преданий и не удивительно, что я сегодня плохо спал. Душа вашего дитя сегодня родится и духи хранители поместят её в ваше тело.

— Почему вы так думаете?

— Я не думаю так, я чувствую… Вы были остановлены луной именно для передачи души вам в руки. Вы же знаете, почему императоров зовут солнцем империи, а императриц луной? — посмотрев на свою собеседницу добрым взглядом спросил принц.

— Ну… Король как солнце освещает путь империи к светлому будущему, а императрица как луна, выходит только там, где солнце не достает руками. — озадаченно и неуверенно ответила третья жена и тут же погрузилась в раздумия.

— Не только поэтому… Шаманы верят, что луна — символ светлой ночи, когда сила богов любви и красоты имеют пик силы, и именно в этот момент души девочек спускаются на землю, чтобы не попасть на глаза богам войны и ярости, активных только при солнечном свете. С мальчиками же всё обстоит иначе, для выживания и обеспечения семьи им необходимо уметь сражаться и бесстрашно идти вперед, поэтому их души спускаются под присмотром богов войны и ярости. — подробно объяснил Эр и вернулся глазами к луне.

— Так и не скажешь, что тебе всего семь лет… Откуда ты это знаешь? У нас же в стране уже давно не практикуется шаманство и единая религия заменила все эти предания.

— Я знаю многое, но не всегда знаю откуда. Будь то сон или чей-то мимолетом услышанный рассказ.

— Горе от ума? — спросила Николь, но в ответ услышала лишь недолгий детский смех.

— Нет-нет… Не то чтобы я горевал от этого… Но всё же достаточно сложно с этим жить, особенно когда все хотят, чтобы ты был обычным, но твоя особенность тебе не дает.

— Император с вами бы не согласился, он того и хочет, чтобы у него рождались особенные дети.

— Тут отчасти я не соглашусь… Для императора было бы проще, если бы я один был обычным отбросом без магии… Тогда он бы смог продолжать свой род и вообще забыть меня как ошибку. Но я родился таким, каким я родился. Если мир хотел, чтобы я родился без маны, значит так тому и быть. Если этим мир хотел дать мне урок или заставить пойти по тернистой линии судьбы, то так тому и быть… — безразлично сказал мальчик, рассуждая поглубже многих взрослых.

— И тебе… То есть вам не обидно?

— Можете обращаться ко мне на «ты» и да, мне не обидно. Почему я должен быть обижен судьбою, если таков путь, дарованный мне небесами? Наоборот, я благодарен судьбе, что пусть я магией и обделен, но всё же имею вес в императорской семье, обладая властью сильнее императора. Пусть я и не стану императором, но всё же хочу стать хорошей опорой своим младшим братьям и сестрам, чтобы они никогда не почувствовали себя брошенными этим миром.

— Подожди… В смысле не станешь императором? Разве это право не за первым принцем? — сбившись с толку, спросила Николь.

— Я что, забыл упомянуть на встрече с женами императора, что не собираюсь занимать пост наследного принца?

— Вы говорили, что не будете мешать в борьбе за наследство или как-то так…

— Кхем… Ну… Похоже я по своей дурости нажил себе врагов в виде жен императора… Надо будет это исправить. — чувствуя стыд, серьезно ответил ребенок, ощущая, как взгляд женщины, так и кричал — «ты всё-таки ещё ребенок».

— Я попробую тебе помочь с этим… Но всё-таки, чего же ты хочешь? О чем мечтаешь, если не о троне?

— Если вы никому не будете говорить, я расскажу вам примерное развитие будущего…

— Вся во внимании…

— В ближайшие лет десять император развяжет новую войну, и я буду призван на службу в обязательном порядке, как представитель императорского рода. Если я там смогу выжить, я буду возвращен в столицу, где всем уже промоют мозги о моей невменяемости, чтобы я точно не смог претендовать на трон, не получив никакой поддержки. А если я умру… То обо мне никто вспоминать не будет, словно я и не жил вовсе…

Некогда радостное лицо Николь сменилось грустным и по её щекам потекли слезы. Она осознавала, что это может быть ошибочным, но где-то в глубине души чувствовала, что это правда может произойти, но опечалило её не столько сам факт вспышки войны, но то безразличие и холодность принца к собственной жизни, словно ему уготована роль мученика, о котором никто не вспомнит.

— Не плачьте… Ваше нерожденное дитя всё чувствует… Если вы будете часто печалиться, то ваша девочка тоже будет грустить. — с этими словами Эран развернулся и пошел обратно в замок.

— Постой! — крикнула вслед Николь, но принца и след простыл.

На утро не выспавшийся принц принялся к своему обычному распорядку дня. Его разбудила Зои и тут же принесла таз с холодной водой, в которую принц сразу окунул голову. Взмахнув головой вверх, его отросшие волосы резкой волной разбрызгали всю воду, но от такого движения вся усталость мигом испарилась.

— Всё, я до полудня… — сказал принц, переодевшись в тренировочную одежду.

Выйдя из замка на площадку, не дожидаясь предупреждения на него напал Эксельтрион с острым мечом, но это уже был не первый раз, поэтому он быстро сделал перекат и схватился за первое попавшееся оружие и парировал вторую атаку.

— Говнюк… Ты опять?

— Не ругайтесь, ваше высочество. На войне всегда нужно быть готовым.

Начался бесконечный лязг метала двух орудий, и одна ошибка могла бы легко критически навредить одному из них, но чем дольше они сражались, тем больше ран появлялось на теле принца.

— Вот так! Защищай корпус и не подставляй руки! Мелкие раны тебе не страшны, твоя задача не получить больших! Чем дольше сражаешься, тем меньше у тебя шансов на выживание! Борись! Борись! Изматывай врага! Не дай себя победить!