Чтение онлайн

– Покажите, где находится вилла режиссёра, – попросил скворец арестованного.

Тот ткнул клювом в карту:

– Вот парк, где мы сейчас. – Затем указал клювом: – А тут город. Вот здесь вилла Цинциннати.

Герр Цвик с помощью линейки, учитывая масштаб, определил расстояние – двадцать шесть километров. Не так много для птицы.

– В газете хорошо рассказано о банкете, – произнёс он. – Но я хотел бы узнать побольше. Вы действительно провели на вилле всю ночь?

– Ну конечно!

Скворец кивнул.

– Час уже поздний, мы устали, как и вы. Давайте отдохнём, а завтра доведём допрос до конца.

Ястреба к его великому неудовольствию отвели на ночлег в клетку. Заботливый бургомистр приобрёл их несколько.

В гости к знаменитости

Рано утром Дятел разбудил своего крепко спавшего шефа.

– Я сейчас позвонил режиссёру.

– И он послал вас к чёрту? – спросил скворец, зевнув и встряхнув головой.

– О да, но я был с ним так терпелив, что он смягчился. Заверяет, что Ястреб был на пиршестве всю ночь. Он привлекал к себе внимание тем, что налегал на земляничный пудинг и торт с засахаренными фруктами. Для Ястреба это необычно.

– Выходит, наш приятель говорит правду?

Дятел кивнул.

– Придётся его выпустить, – пробормотал он с сожалением.

Герр Цвик, подумав, позвонил в сыскное бюро:

– Есть новости о Ястребе или режиссёре?

Ему ответили, что по радио и телевидению не было ничего ни о том, ни о другом, но в только что полученной газете о режиссёре напечатана статья. В ней говорится о его достижениях, о наградах, а также о помехах в работе, как, например, ссора с Ястребом.

– Что-что? – взбодрился сыщик.

– Только то, что была ссора. Больше ничего не сказано, – ответили ему.

Он передал услышанное Дятлу, добавив:

– Ястреб ни слова не проронил о ссоре. Надо узнать, из-за чего она была и как произошло примирение. Нам поможет только полная ясность.

Скворец и Дятел немедля полетели к режиссёру и вскоре опустились на посыпанную песком площадку перед виллой цвета апельсина с белоснежными колоннами внушительного портала. По сторонам здания и позади него простирался ухоженный сад.

– Сейчас мы увидим обладателя пяти золотых «Оскаров», – сказал герр Цвик, имея в виду, что тем, кого награждают премией «Оскар», вручаются золотые статуэтки.

Из дверей, украшенных резьбой, вышел Страус важного вида, направился к гостям, картинно держа голову немного набок. Он оказался дворецким. Осведомившись у прилетевших, кто они такие, и выслушав герра Цвика, Страус заметил, что о посещении следовало предупредить. Затем провёл визитёров в гостиную, указал на кресла.

– Господин Цинциннати работает с автором сценария, прошу вас присесть, – произнёс он. – Я сейчас спрошу, будет ли вам уделена пара минут.

Страус не спеша прошествовал через гостиную.

– Я думаю, это выход в сад, – герр Цвик кивнул своему помощнику на дверь, в которую вышел дворецкий, и через миг оба очутились около неё.

Дятел осторожно открыл дверь. Перед ними предстал окружённый деревьями луг, то был теннисный корт. Аллигатор в кипенно-белых шортах и рубашке поло послал мяч молодой симпатичной даме кенгуру, тоже одетой в белое.

Герр Цвик притворил дверь и, выразительно глядя на Дятла, проговорил:

– Так работают с автором сценария.

Знаменитый режиссёр был аллигатором, который родился в Америке на реке Огайо близ города Цинциннати и по его названию получил своё имя.

Гости вновь сели в кресла, ожидая дворецкого, который появился спустя десять минут. Он сообщил:

– Герр Цинциннати выкроит для вас чуток времени, но надо подождать.

Новый оборот

Режиссёр вошёл в гостиную в пурпурном банном халате. Спросив посетителей, чему он обязан случаем видеть их у себя, Цинциннати заявил ворчливо:

– Я ответил по телефону, о чём меня спрашивали. Что, собственно, натворил этот Ястреб?

Герр Цвик заговорил с самым почтительным видом:

– Ценя ваше время и не досаждая вам деталями, скажу главное – он обвиняется в преступлении. Я буду очень признателен за ответ: вы уверены, что он пробыл на банкете до конца, никуда не отлучаясь?

– Я уверен! – объявил аллигатор.

– Но у вас собралось так много гостей! Неужели Ястреб всегда был на глазах?

– Ну да! Он заметил, что значит быть известным, и ему хотелось известности как можно больше. Поэтому он липнул ко мне, не отходя ни на шаг, чтобы показать, какие мы друзья. Это надоедало, но я терпел, – произнёс режиссёр снисходительно. – Он хорошо справляется с ролью в моём новом фильме.

– Я читал, что это будет жутко захватывающий фильм ужасов, – сказал сыщик, всем видом показывая, что заинтригован. – По-моему, «Вампир в буром оперенье»?

Цинциннати улыбнулся. Разговоры о его кинокартинах были ему по душе.

– Я уверен, что это тоже будет фильм года.

– Итак, вы вновь стали довольны Ястребом? – спросил герр Цвик.

Режиссёр посмотрел на него с недоумением:

– Что значит «вновь стали»? Я отношусь к нему, как и относился. Он не обманул моих надежд, играл свою роль, понимая, чего я от него требую. Это совсем неплохо для первого раза.

– Для первого раза, – пробормотал Дятел.

Он и его шеф повернули головы друг к другу. Затем герр Цвик повернулся к режиссёру:

– Вы хотите сказать, что это не тот Ястреб…

– Который сыграл в «Мстителе с гор»? – договорил за него Дятел.

– Конечно, не тот! С тем нельзя работать, хотя он талантлив и далеко бы пошёл. Но у него невозможный характер.

– В чём это выразилось? – спросил герр Цвик.

– Он вызвал Мопса и Павлина, моих лучших актёров, на дуэль! Дуэль на турецких ятаганах, вы только представьте! Из-за каких-то мелочей! Мопс едва не получил инфаркт, а у Павлина было нервное расстройство. Оба слегли, и я потерял неделю работы над фильмом.

– Дуэль состоялась?

– Ну что вы! Я же вам сказал – актёры неделю не вставали с постели. Я прогнал этого Ястреба с моих глаз.

После паузы герр Цвик задал вопрос:

– Итак, этот Ястреб не был приглашён на банкет у вас в саду?

– Само собой разумеется, нет! – ответил обладатель пяти золотых статуэток.

Гордый дух

Герр Цвик и Дятел полетели назад в парк. Как только они вернулись в лиловую палатку, к ним повели Ястреба. По бокам от него шли грачи с арбалетами наготове, позади следовала команда также вооружённых арбалетами соек. Ступив в палатку, не дав герру Цвику сказать слова, арестованный потребовал: