Чтение онлайн

Старческий голос ответил:

– Лежать старой колодой, которая никому не нужна! О которой никто не вспоминает! Я была для вас только гнильём, мусором! И лишь единственное существо стало заботиться обо мне. Девочка Михаэла накладывает согревающие пластыри на мою спину.

– На вашу спину? – Судья разинул рот от изумления.

– Да, представьте себе, у меня есть спина, как и у всех! И она, как часто бывает у стариков и старух, болит. Неужели я буду неблагодарна к той, кто избавляет меня от боли?

Сквозь толпу протолкалась Михаэла.

Спагетти с сыром и кетчупом

Придя утром в парк, Михаэла услышала, что изобличены Водяной Уж и Лежащее Дерево. Она бросилась к ним. Опустившись перед колодой на колени, погладила её и воскликнула:

– Не волнуйся! Я расскажу всё!

Потом подбежала к клетке, где сидел Уж.

– Тебя схватили, как я и боялась, а кто виноват, тот на свободе!

Уж, свернувшийся в клетке кольцом, задвигался. Он рад был видеть Михаэлу.

– Пусть все знают, что я не прикоснулся ни к одной лягушке! Бабушку Карпиху я тоже не трогал! – сказал он.

Герр Цвик стоял в двух шагах.

«Вот из-за кого девочка обратилась ко мне! – догадался он. – Она хотела, чтобы я его спас, поймав настоящего преступника! Но почему она уверена, что Водяной Уж невиновен?»

Михаэла увидела герра Липса, который подошёл и молча слушал. Она обратилась к нему:

– Меня часто видят с этой сумкой, – девочка сняла с плеча сумку. – Я приношу в ней еду моему другу Ужу.

Она достала из сумки пакет, в котором оказались спагетти с тёртым сыром и кетчупом.

Все хотят свободы

Перед домом, где жила Михаэла, был маленький садик с единственным деревом. В одно утро девочка увидела под ним Ужа, который не знал, куда ему деться. Он хотел свободы, которой хочет каждый, и сумел ускользнуть из зоопарка. Михаэла взяла его в дом, кормила его, но он мечтал увидеть настоящий водоём, водяные растения и береговые заросли, зелёный луг – то, о чём рассказывали в зоопарке ужи-старики.

Девочка могла отвезти его в лес, но боялась оставить его там одного. Она стала думать, не найти ли в парке подходящее местечко для Ужа? Однажды она накладывала пластырь на спину Лежащего Дерева и поделилась с ним. А колода давно страдала оттого, что никому не нужна. Теперь она могла быть полезной. К тому же ей хотелось отблагодарить девочку, которая спасала её от боли. И она сказала об убежище, где уместятся несколько ужей, и о том, что умеет так его закрывать – не будет видно ни щёлки.

Михаэла в своей сумке принесла Водяного Ужа в парк. Днём он спал в колоде, ел спагетти с тёртым сыром пармезаном и кетчупом, а лишь только стемнеет, уползал в озеро.

Когда девочка окончила свой рассказ, Уж воскликнул:

– Какая радость – скользить сквозь настоящий тростник и камыш, нырять в глубокий омут, плавать в озере! Это поймёт лишь тот, кто родился и вырос в неволе.

Каким будет решение

Герр Цвик испытующе смотрел на Ужа:

– С кем вы вступили в связь, чтобы похитить и съесть бабушку Карпиху?

– Я повторяю, что не причастен к этому делу! – твёрдо заявил арестованный. – У меня нет знакомых, кроме Михаэлы и Лежащего Дерева. И никому в парке я не сделал ничего плохого.

Уж рассказал, что, когда бывал в озере и кто-то приближался к нему, он замирал, и его принимали за ветвь. Однако от Щуки с её фотоаппаратом он не смог уберечься.

Он знал от Михаэлы об исчезновении бабушки Карпихи, девочка предупреждала, что если его поймают, то объявят виновным. Она просила не появляться в озере, оставаясь в колоде и ночью. Но разве может Водяной Уж не плавать меж водяных лилий? И он плавал, стараясь быть как можно осторожнее. Саламандра не отличила его от ветви.

– И вы не заметили, как плавунец прикрепил к вам микрочип? – спросил герр Цвик.

– Микрочип? – удивился Уж. – Плавунцы часто проплывали рядом, один прикоснулся ко мне, но я не подумал, что он что-то ко мне прикрепил.

– Хм… – герр Липс помолчал и проговорил: – Похоже, мы услышали правду.

Он обратился с мягким упрёком к Михаэле:

– Почему ты сразу не рассказала всё?

– Чтобы Ужа сразу же посадили в клетку?! – вскричала она.

Лесничий почесал затылок, затем достал свою табакерку и набил табаком ноздри.

Михаэла сказала о Водяном Уже:

– Он ещё ничего не ел, а все уже позавтракали!

Мечта Ужа

Водяной Уж с аппетитом поедал свой завтрак. Зрители, обступив клетку, глядели с интересом: «Вот что – его любимая еда, а не лягушки!» Но мадам Вонг оставалась непреклонной.

– Днём можно есть спагетти, а ночью глотать лягушек! – заявила она. – Все знают, что пища ужей – лягушки! Сколько их исчезло в ту туманную ночь! Эта змея – первая из подозреваемых.

Герр Цвик осторожно возразил:

– Лягушек мог съесть и тот, кого называют Драконом. Мы приняли змею на фотографии за его хвост, но это не доказывает, что его нет. – Детектив добавил: – Кроме того, лягушками питаются цапли и сомы.

Воцарилась тишина. Герр Липс обратился к горному козлу:

– Что вы думаете об этом, Судья?

Тот глубокомысленно изрёк:

– Я не устану повторять: надо слушаться закона и только закона!

Он склонил голову, требуя дать ему подумать, а затем произнёс:

– Вина обвиняемого должна быть доказана. Если этого нет, то этого нет!

– Так отпустите Ужа! Я возьму его домой! – вскричала Михаэла.

Мадам Вонг сказала сердито:

– Это недопустимо! Он оказался здесь нелегально, бежав из зоопарка!

Лесничий заметил на это: в зоопарк можно написать, указав, что Уж ни в коем случае не желает там жить. Зоопарку могут возместить его потерю. А пока змея пусть живёт у Михаэлы.

– Вы согласны? – спросил Ужа герр Липс.

– Лучше быть у девочки, чем сидеть в клетке или в зоопарке, – ответил Уж и с грустью закончил: – Раз мне нельзя свободно жить здесь.