Чтение онлайн

Она легла, а Беляев прикоснулся губами к полноватому колену, а затем спросил:

– Здесь больно?

– Больно.

– А здесь?

– Немножко.

Он поцеловал ее чуть выше колена.

– Нет, там уже не больно, - прошептала она.

– А здесь?

– Здесь щекотно...

– А здесь?

– Целуй.

– А здесь?

– Целуй крепче!

Колено уже было забыто, было забыто все, потому что их захлестнула страсть.

Светлая комната стала светлее, и ангелы зашелестели белыми крылами своими, создавая эффект метели.

– Вот чем иногда кончается ушиб колена, - рассмеялась она.

– Мне приснился жуткий сон!
– вдруг сказал он.

– Какой?

– Смешно сказать...

– А ты скажи.

– Мне приснилось, что я стал статуей, как Аполлон, и что у меня один варвар (он не назвал - кто), ты представляешь, отбил молотком то, что тебе так нравится.

– Ха-ха-ха!
– залилась смехом Лиза.
– Как бы я жила без этой радости?! Ты бы меня обрек на вечное монашество.

У Беляева мелькнул образ Валентины...

Коробку Лиза унесла к себе.

Потом, когда они пили кофе на кухне, туда прибежал босиком, в одной рубашонке Миша, весело подняв руки, закричал:

– Дей Моез!

– Где Дед Мороз?
– удивленно, вскинув брови, спросила Лиза.

– Там!
– выкрикнул Миша, указывая на окно, которое, как и из комнаты, выходила на улицу.

Беляев выглянул в окно, но никого не увидел, зато услышал звонок в дверь. Он пошел открывать, а Лиза быстро умыла и одела Мишу. Со звонком в коридор высыпали Коля и Саша. А Беляев впустил в квартиру настоящего Деда Мороза.

Беляев совсем забыл, что с месяц назад записался в профкоме на "Деда Мороза". Это был Зайцев с кафедры математики, широкоплечий, пузатый ассистент, с голосом дьякона. Следом за Дедом Морозом вошла Снегурочка, Шиманская, лаборантка с сопромата.

Дети радостно-испуганно застыли у стены. За спиной Деда Мороза был огромный мешок, на руках - красные рукавицы, в одной руке был толстый, суковатый посох, обмотанный серебристой лентой фольги.

– Я из лесу вышел, был сильный мороз!
– прогудел Дед Мороз, не найдя более лучшего приветствия, чем это.

– Гляжу, поднимается медленно в гору!
– издевательски-весело отозвался Беляев, поднимая Мишу на руки.

– Здравствуйте, детки!
– сказал, подмигивая Беляеву, Дед Мороз, проходя в большую, Белявскую, комнату, где сияла своею красою наряженная елка.

Дед Мороз вновь подмигнул Беляеву и тот догадался поставить Мишу перед елкой, а сам незаметно пробраться к розетке у кровати. Коля и Миша, раскрыв рты, смотрели на Деда Мороза и Снегурочку.

– Снегурочка!
– обратился к ней Дед Мороз.

– Да, дедушка.

– Начнем праздник для детей?

– Начнем, дедушка!
– весело пропищала Снегурочка, потому что у лаборантки Шиманской был известный на весь институт своей писклявостью голос.

– Раз, два, - начал басом Дед Мороз, и Снегурочка поддержала: - Три! Елочка - гори!

– ... гори!
– хором поддержали дети, и Беляев

ткнул штепсель в розетку.

Елочная гирлянда вспыхнула и замигала.

– Ура-а!
– крикнул Саша.

В это время Снегурочка шепталась с Лизой, как приготовить праздничный пирог. После этого Дед Мороз со Снегурочкой вручили подарки детям. Дед Мороз на ощупь брал в мешке подарок и, прежде чем его вытащить, спрашивал:

– Кому?
– спрашивал, как какой-нибудь рыбак при дележке улова.

– Мне!
– все вместе кричали дети. Когда дети ушли к себе потрошить подарки, Беляев достал бутылку коньяка.

– Я только рюмочку!
– взмолился Дед Мороз.
– А то, пока всех обойду, повалюсь с катушек! Итак уже мы со Снегурочкой врезали грамм по триста!

– Что-то незаметно!
– рассмеялась Лиза.

– Быстро на воздухе выветривается, - неопределенно-рассеянно сказал Дед Мороз, освобождая пальцами рот от ваты усов и бороды.

– Холодно на улице?
– спросила Лиза.

– Да, ничего...
– сказал Дед Мороз, опрокидывая рюмку.

– А вы, Николай Александрович, неплохо живете!
– воскликнула выпив, Снегурочка, обводя рукою комнату, но словно охватывая этим жестом всю квартиру.

– Столько лет бились!
– сказала твердо, оценив ситуацию, Лиза.

– Конечно, у вас дети, - вздохнула, словно позавидовала, Снегурочка, отламывая кусочек от большой плитки шоколада, и добавила с чувством: - Везет же людям! Дети, огромная квартира!

– Да-а, - промычал Дед Мороз, с подозрительной жаждой поглядывающий на бутылку.

Беляев перехватил этот взгляд и налил всем, кроме Лизы.

– С наступающим!
– сказал он, слушая, как мелодично гудит хрусталь, после того, как он чокнулся с Дедом Морозом и Снегурочкой.

– С новым счастьем!
– сказала Снегурочка. Лиза посмотрела на нее и сказала:

– Мы ведь с Николаем Александровичем с комнаты начинали. С этой вот комнаты.
– Притопнула ногой легонько по паркету Лиза.

– Вы такая молодая и уже трое детей!
– продолжала восхищаться Снегурочка.

Беляев энергично налил по третьей рюмке.

– Если бы не было детей, не было бы квартиры. Если бы не были мы в свое время рождены, не было бы ничего!
– философски воскликнул он и поднес свою рюмку к рюмке Деда Мороза.

Тот помешкал, затем весело сказал:

– Ну, дай Бог, не последняя!
– и швырнул жидкость в распахнутую пасть.

– И все-таки, - продолжала Снегурочка, обращаясь к Лизе, - как вам это удается?

Лиза пожала плечами, а Снегурочка грустно взглянула на ее живот.

Глава XXIII

Совершенно очевидно, что Скребнев заимел какой-то зуб на Сергея Николаевича, иначе бы он не завел с ректором разговор об этом при Беляеве. Едва успели убрать портрет в траурной рамке бывшего завкафедрой Пачкова из фойе, как Скребнев вызвал Беляева и спросил его мнение о кандидатуре на так внезапно освободившуюся должность.

– Двух мнений быть не может. Сергей Николаевич, - сказал он, даже и не пытаясь в уме выбрать еще кого-нибудь.