Чтение онлайн

Когда я подношу бокал к губам, моя рука дрожит.

Тейлор говорит: — За смерть бездушных корпораций. Пусть они все сгниют в аду. — Она делает глоток своего мартини, затем сглатывает и гримасничает. — Черт, на вкус как задница. Надо было заказать пиво.

Все остальные тоже делают глотки из своих бокалов. Затем Мерф ставит свой бокал на стол и смотрит на меня.

— А что насчет тебя, Эмери? Что ты собираешься делать?

Я делаю дрожащий вдох.

— Честно говоря, не знаю. Я была слишком сосредоточена на том, чтобы удержать магазин на плаву, чтобы беспокоиться о том, что со мной случится.

Например, где мне брать деньги на еду, аренду, газ, коммунальные услуги, счета по кредитным картам и все остальное. Мысль об этом просто ошеломляет.

— Я разберусь, — говорю я, стараясь звучать оптимистично.

Мистер Мерфи понимающе кивает.

— Это будет нелегко, но ты найдешь способ. Ты находчивый человек.

Я заставляю себя улыбнуться, благодарная за его поддержку и ненавидящая себя за то, что поставила всех в такое положение.

Разговор продолжается, но я не могу остановить всепоглощающее чувство вины и стыда. Если бы я была более агрессивна в рекламе или более подготовлена к неожиданностям, то, возможно, мы бы не оказались в такой ситуации.

Я пытаюсь вытеснить эти мысли из головы и сосредоточиться на настоящем, но не могу избавиться от груза ответственности, который чувствую. Она душит.

Это все моя вина. Если бы только я могла что-то сделать...

Но я уже знаю, что это не так.

Это конец.

Следующим утром я нахожусь одна в задней части магазина, облокотившись на стол с закрытыми глазами и прижавшись щекой к разбросанным по поверхности просроченным счетам, когда слышу, как кто-то входит в парадную дверь.

Дезориентированная, я сажусь. Накладная, прилипшая к щеке, отваливается и падает на пол.

Через мгновение глубокий мужской голос произносит: — Эй? Здесь кто-нибудь есть?

Приглаживаю руками волосы и встаю. Из-за бутылки дешевого вина, которую я выпила в темноте, плача и засыпая на диване прошлой ночью, у меня похмелье и я немного неустойчиво стою на ногах.

Пытаясь взять себя в руки, я делаю глубокий вдох и улыбаюсь, пока иду ко входу в магазин.

Моя улыбка исчезает, когда вижу мужчину, стоящего у кассы.

Он высок и хорошо одет, на нем красивый серый костюм, плотно облегающий широкие плечи. Его белая рубашка расстегнута у воротника, обнажая сильное, загорелое горло. Волосы у него темные, как и глаза, а квадратная челюсть затенена щетиной.

Он самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо видела. Облако тестостерона, окружающее его, наверное, видно из космоса.

Его темный взгляд окидывает меня с ног до головы. Клянусь, мне кажется, что он видит мое обнаженное тело прямо сквозь одежду. А может быть, я выдаю желаемое за действительное.

— Привет? — неуверенно говорю я.

— Доброе утро.

Его голос низкий и хриплый. Он держит мой взгляд, не моргая и не улыбаясь.

Моя вагина просыпается от своего шестимесячного сна и кричит мне, что, хотя этот мужчина выглядит как эмоционально недоступный тип с большими проблемами контроля, она бы очень хотела быть разрушенной им.

— Да, сегодня хорошее утро. Очень хорошее утро. Это точно. — Не болтай, идиотка! Я прочищаю горло и улыбаюсь шире, чтобы скрыть свою застенчивость. — Чем я могу вам помочь?

Мужчина наклоняет голову на одну сторону и рассматривает меня. Это как будто попасть под свет прожектора. Все мое тело нагревается, от головы до пальцев ног. Затем он оглядывает магазин, с интересом сканируя его.

— Я надеялся, что мы сможем помочь друг другу. У меня есть к вам предложение.

Он снова обращает на меня внимание и буравит меня таким пристальным взглядом, что я падаю на пятки. Поскольку во рту у меня пересохло, я могу только прошептать: — Предложение?

Потом у меня случается смертельная аневризма мозга, и я умираю на месте.

Знаю, что так и должно быть, потому что следующие слова, которые я услышала от великолепного незнакомца, могли произойти только в другом измерении, где все мои умственные функции навсегда прекратились.

Заглянув мне в глаза, он говорит: — Я хочу, чтобы вы вышли за меня замуж.

На несколько мгновений мой разум становится пустым.

Если бы мужчина спросил мое имя, я бы не смогла его вспомнить. Половые гормоны с молниеносной скоростью несутся по моим венам, вибрируя все мои субатомные частицы с такой высокой частотой, что я, наверное, свечусь, как неоновая вывеска.

Затем все шестерёнки в моей голове снова приходят в движение, и я смеюсь.

— Очень смешно. Хорошая шутка. Кто вас на это надоумил? Сабина?

Он похож на ее типаж. Красивые люди всегда держатся вместе, эгоистичные ублюдки.

— Это была не шутка.

Мужчина говорит это с раздражением, как будто я его оскорбила. Он смотрит на меня в напряженном молчании, на его челюсти напрягается мускул.

Я скрещиваю руки на груди и саркастически говорю: — Конечно. А потом вы скажете мне, что вы миллиардер, любитель книг, который хочет помочь спасти мой магазин.

— Совершенно верно.

Мы смотрим друг на друга, а я пытаюсь решить, стоит ли мне подыгрывать этому нелепому фарсу или сказать ему, чтобы он проваливал. Но если он уйдет, я не смогу упиваться всей этой всепоглощающей сексуальностью, облаченной в дорогой костюм.

Может быть, я потворствую ему минуту или две. Хотя бы ради моей бедной, заброшенной вагины.

— Понятно. Ну, если мы собираемся пожениться, я полагаю, мне следует знать ваше имя.

— Значит, вы принимаете мое предложение.

Его немигающий взгляд пугает. Не могу понять, то ли эта горячая супермодель подрабатывает наемным убийцей, то ли у него нет ничего особенного, кроме хорошего взгляда.

— Просто скажите мне свое имя, пожалуйста.

— Каллум МакКорд.

— Приятно познакомиться, Кэл. Мне позвонить в полицию, чтобы сообщить о преступно плохом комике, или вы уходите?

Его челюсть снова напрягается.

— Я — Каллум, — говорит он низким голосом, удерживая меня в плену этого темного, властного взгляда. — И вы не собираетесь звонить в полицию.