Чтение онлайн

— И что же с того? — Степан Аркадьевич расстроено вздохнул, указав Клэр на её несообразительность.

— Караул обязан в течение часа или двух обходить камеры. Если их нет, то, вероятнее всего, они чем-то другим заняты, или?

— Или ваш старый знакомый знает, что вы здесь и пытается вам помочь?

— Вот видишь, голуба, нет худа без добра. — улыбнулся он и, откинув ногу в сторону, задёргал от радости кадыком.

— Я действительно за своим страхом этого не заметила.

— Человек на то и человек, что с какой стороны ни подойди натура слабая и хрупкая. Нам вон у зверя поучиться бы следовало. Взять волка, к примеру. Пусть он от охотников бежит, но в момент, когда охотник уже загнал его, волк никогда не сдастся и при хорошем для него раскладе ещё и выйдет победителем. А всё потому, что в нужный момент усмиряет свой страх. Все боятся, а люди без страха либо блаженны, либо жестоки и очень опасны.

— Спасибо вам, Степан Аркадьевич. — Клэр чувствовала исходящую от незнакомого человека поддержку, но, к своему стыду, не переставала искать в этом какой-то подвох. Каждое его приободряющее слово было уютным и тёплым. Однако скользкая подозрительность во всём, переданная Клэр от императора Александра уже очень глубоко засела внутри.

— За что, голубушка?

— Ну как? За мудрые советы, конечно же.

— Ха-ха-ха, — его кадык задрожал от смеха — с мудрецами меня прежде ещё никто не сравнивал. Но то верно, что ничего, кроме жизненного опыта я дать не могу.

Их разговор прервался, как только оба услышали шорох за дверью. По полу скользнула чёрная тень и они одновременно приковали к ней свои взгляды. Несколько ловких и практически бесшумных поворота ключом и в двери показался кругловатый мужчина младше Степана Аркадьевича на пару лет.

— Степан?

— Павел, ты ли?

— Истина я! Вот узнал про то, что тебя сюда без приказа заточили. Дай думаю, что коли приказа не было, тогда и спроса за твой побег не будет. Дозорных и прочих служивых в нашем крыле я с вечера напоил вином, потому сейчас они спят как малые дети. Дело за малый, незаметно прошмыгнуть к Головкиному бастиону, а там уж вам товарищ мой верёвку скинет. Вот твой мундир и оружие, с которым тебя доставили сюда.

— Разве возможно с крепости-то сбежать? — спросила Клэр так тихо, что её вопрос остался без ответа.

— Братец, а ты как же? Всё равно за побег мой тебе достанется. — Мужчина в дверях лишь на долю секунды увёл взгляд в пол и после ответил.

— Не беспокойся! Ничего дурного мне не сделают. Скажу, что под утро ты стал кричать, а когда я попытался открыть камеру, то сбежал. Ведь ты не за дело здесь!

— Чёрт их разберёт за дело аль нет. Да вот раз уж освобождаешь, то и голубка эта со мной пойдёт. Нечего ей здесь делать.

— Она по другой причине тут. Её выпустить не могу! — Клэр жалобно взглянула на Степана Аркадьевича, встав у него за спиной.

— Нет, без неё не пойду, Паша.

— Вечно кого-то вытаскиваешь, Степан. Хорошо, хорошо! Идите оба! Только умоляю скорее! — согласился мужчина, стиснув от сомнения тяжёлую челюсть.

— Ну же, ты всё слышала, быстрее! — поторопил Клэр Степан Аркадьевич, пропуская вперёд себя.

— Степан… ударь меня пару раз не жалея! Иначе не смогу объяснить ваш побег начальству, а занять эту камеру вместо вас не дюже охота.

— Понимаю… — угрюмо ответил Степан Аркадьевич и с сожалением ударил его по лицу кулаком. От тяжёлого удара мужчина отклонился назад, еле удержавшись за каменную стену. Последовало ещё пара ударов, за которыми Клэр сокрушаясь наблюдала со стороны.

— Я рад помочь тебе, Степан! Не думай обо мне боле! Ступайте же.

— Не серчай на меня браток! Прости и спасибо тебе за помощь! Пойдём Клэр, нам через парадную выход запрещён.

Было раннее утро. В это время суток в Петербурге стояла кромешная темнота. От страха быть пойманной при побеге сердце Клэр с сумасшедшей скоростью колотилось, пытаясь выпрыгнуть из груди. Степан Аркадьевич всё время оглядывался на неё, убеждаясь в том, что она не отстала. Жестами рук он приободрял её и торопил, каждый раз наблюдая её растерянные мышьи глазки. Как и говорил его приятель, подойдя к стене крепости, они увидели скинутую верёвку, по которой нужно было перелезть на противоположную сторону. Клэр сразу поняла, что в своём платье она никогда не сможет вскарабкаться на такую высокую стену.

— Слушай, я взберусь наверх, а после вытащу тебя. Тебе, голуба лишь надобно будет крепко держаться. Всё поняла? Сдюжишь?

— Да. — неуверенно сказала она, наблюдая, как одной ногой Степан Аркадьевич уже отталкивался от камней.

Пока Клэр бездействовала, оглядываясь от волнения по сторонам, в её голове родилась прекрасная и в то же время безумная идея. Она без особого труда оторвала подол своего платья, так как ткань была лёгкой. Прекрасной эта идея была потому, что теперь она могла помогать себе ногами при подъёме наверх. Но главное безумие заключалось в том, что на улице стоял жуткий мороз. За то недолгое время, что они со Степаном Аркадьевичем были на холоде Клэр, уже успела замёрзнуть, ведь никакой верхней одежды у неё не было. Теперь и платье было коротким, от этого её ноги в считаные секунды покрылись гусиной кожей.

Степан Аркадьевич очень быстро вытащил её на другую сторону и, оставив тонкий канат качаться вдоль стены, они оба пошли на окраину города через высокие сугробы.

— Как ты там, цела? — Спросил идущий впереди Степан Аркадьевич.

— Лучше всех! Даже не верится, что у нас получилось.

— Это точно. Надобно поскорее найти постой. Что случилось с твоим платьем? — с лёгким ужасом в голосе спросил он, одновременно снимая с себя шинель и протягивая Клэр.

— В этом платье невозможно было карабкаться на стену. — Степан Аркадьевич стыдливо увёл взгляд с её оголённых коленок, однако успел заметить, что они приняли бледно-голубой цвет.

— Не дело! Тебе тотчас нужно согреться. Пройдёшь сейчас прямо до набережной, а там на углу Невского в доме № 66 сможешь найти лекарства и временный ночлег. У них мой племянник работает. Скажешь, что Соловьёв Степан Аркадьевич, как вернётся в полк вышлет необходимые деньги. — Клэр застыла на месте не в силах, что-либо произнести от недоумения. — Ну, что же ты стоишь? Иди скорее, а то замёрзнешь тут.

— А вы как же? Вы то куда?

— А я, голуба в полк. Товарищи да командир поди потеряли. Им ведь никто не сообщил о моём аресте. — Услышав о том, что она должна дальше существовать одна, Клэр незаметно дёрнулась от испуга. Она понимала, что определенно не справится в этом мире одна, и что остаться сейчас одной несмотря на приобретённый опыт, приравнивается к гибели. Страх перед самостоятельной жизнью и неизвестность пугали её больше, чем оба императора вместе. Сейчас она видела в Степане Аркадьевиче приёмного отца. Человека, который обладает всеми необходимыми добродетелями, и который в трудный час сможет помочь ей, не потребовав ничего взамен.

— Возьмите с собой. — чуть ли не плача умоляла она дрожащими потрескавшимися губами.

— Ты чего это удумала, а? Не-е-е-т, — протянул он — не могу я взять тебя с собой. Барышням в полку делать нечего.

— А вы не как барышню меня возьмите. — Степан Аркадьевич озадаченно поморщился, требуя объяснения. — Однажды, переодевшись в мужчину, я участвовала в дуэли. Во мне не смогли распознать женщину, более того, я одолела своего соперника.

— И слышать не стану! Иди вон, дорогу я тебе указал. Разный у нас путь голуба, разный!

— Вы не понимаете… Думаете, я просила вас об этом, если бы у меня хоть какая надежда была. Ни родных, ни фамилии, ни документов ничего у меня нет. Император в Петербурге сможет меня разыскать. Он будет искать женщину с рыжими волосами по имени Клэр. Лишь бог знает что меня ждёт. У меня есть драгоценности! Я припрятала их до осмотра. Хватит и на мундир, и на оружие, я не буду вам в тягость.

— Прости, это преступление. Женщина не может служить на ровне с мужчинами. Военная служба будет тебе не по силам.