Чтение онлайн

— Я бы отдала его! Если бы Франсуа не попытался убить меня. Мне пришлось бежать!

— Где он сейчас?

— Мертв. — холодно и жестко ответила она, не сводя взгляда с разгневанного лица монарха.

— Не вы ли обошлись с ним столь чудовищным образом, мадам?

— Нет! Но я знаю, что вы отдали этот приказ.

— Вздор! Я никогда не стану марать руки кровью отдавая подобные приказы. Я не палач! — Он поднялся и вышел к ней из-за стола угрожающе всматриваясь в ее лицо.

На его последних словах Клэр, не скрывая своего ехидства засмеялась, тихо проговорив в слух «не палач».

— Я могу отдать кольцо Вам, если на то будет Ваша воля.

— Принять кольцо и потерпеть неудачу в грядущей войне? Вы принимаете меня за дурака, Клэр?

— Но, не вы же стоите за развязыванием этой войны. Ведь так? — Император ничего на это не ответил, лишь вызвал к себе исполняющего обязанности министра полиции и дожидаясь его сказал следующее:

— Совсем скоро Вы вернетесь в Тюильри. Расскажете Первому Консулу, что Франсуа обманом пытался вывезти вас из страны. Вы отдадите ему кольцо, Клэр! Поверьте, у меня всегда будут рычаги давления на таких как вы. — В кабинет постучались и Александр тут же дал разрешение войти.

Позади Клэр стоял пожилой мужчина в темно-зеленой форме с блестящими бантами и шинелью на плечах. Увидев его Клэр ощутила накатывающийся приступ страха у себя под ребрами.

— Я не желаю видеть эту женщину в пределах дворца. Будьте любезны сопроводить ее в крепость. Надеюсь, что Вы, мадам обдумаете ваши действия за последние недели. — Император окинул бровь и в тот же миг мужская рука взяла Клэр и поволокла прочь из кабинета.

Все тело трясло от страха, когда суровый и старый мужчина вел ее по хорошо знакомым коридорам дворца. В то время, пока в глазах отражалась красота и роскошь, в голове уже выстраивались ужасные картины тюремной камеры, к которой она с каждым шагом становилась ближе.

На выходе она увидела идущего в их сторону Андре, все также миловидно-ехидного и тощего. Оказавшись совсем близко к ней на мгновение показалось, что он пройдет мимо ничего не сказав, но вместо этого из его рта ядовито вылилось:

— Прощайте, мадам. — Его широкие губы растеклись по лицу, придав ему еще больше омерзения чем уже имелось.

В тот момент Клэр почувствовала себя раздавленной, никчемной и униженной. Если ее заключению обрадовался даже такой человек, как Андре, то что говорить о тех, кому она действительно мешала.

В крепость ее привезли более деликатным образом, нежели того мужчину в кандалах. Всю дорогу заместитель министра молчал и лишь украдкой поглядывал на нее, отвлекаясь от пейзажа за окном. В крепости ее тут же отвели в корпус, который между собой заместитель министра и стража называли «комендантский дом». Они спустились в подвал, в котором не было солнечного света. Факела и свечи оставляли на каменных стенах черные пятна. Постепенно стал ощущаться сырой, но теплый запах стоящий в коридорах. По пути она видела разные камеры, стараясь не заострять внимание на людях, сидящих в них. В какой-то момент от переполненного страха Клэр перестала дышать. Ей казалось, что двери в камеры проносятся слишком быстро, но вместе с тем никак не заканчиваются. Стояла полная тишина, и только легкие шорохи за решетками нарушали ее.

Прежде Клэр была в Петропавловской крепости в 7 классе. В школе им организовывали экскурсию по истории, когда они проходили тему декабрьского восстания. Забавно до слез, но она никогда не могла подумать, что окажется здесь в качестве заключенной. «Абсурд!»

Ее подвели к последней открытой камере, но остановившись у ее дверей заместитель министра подозвал к себе дежурного.

— Эта камера пуста? — сказал он сухим голосом, указывая на камеру рядом, которая в отличии от предыдущей была с деревянной наглухо закрытой дверью.

— Никак нет, ваше милость! Сюда временно определен только что прибывший заключенный.

— Превосходно! — после этого мужчина приказал дежурному открыть дверь. — Государь полагает, что приятная компания быстрее навеет нужные мысли, и поможет принять правильное решение. — обратился он к Клэр лениво повернув свое морщинистое, обвисшее лицо.

— Ваша милость, прикажете барышню к заключенному поместить? — переспросил дежурный в спешке подбирая нужный ключ в массивной звонкой связке.

— Именно.

После обыска Клэр силой впихнули внутрь камеры. Слегка запутавшись в подоле своего платья, она споткнулась о кривой порог и с грохотом приземлилась на колени, закрывая руками лицо. Тут же к ней кинулись чьи-то руки и бережно помогли встать.

— Нелюди! Разве можно так с дамой. Не сильно ушиблись?

— А? Нет, нет. Все в порядке, я сама виновата, что оступилась. — Клэр подняла глаза с пола на человека, пытавшегося ей помочь и узнала в нем мужчину, которого несколько часов назад вел конвой. — Оууу… это вы?

— Да. А это вы, барышня, которая спускает свои деньги на ветер. — сказал он с грустной улыбкой на лице.

— Отчего же?

— Не уж то вы и вправду думали, что эти солдафоны, получив ваши деньги станут ко мне более снисходительнее? Если да, то вы невероятно доверчивы и чисты.

— Я хотя бы попыталась. От бездействия в мире гибнет куда больше людей.

— Не имел намерения обидеть Вас! Наоборот, я оценил ваше рвение помочь первому встречному. Это черта человека с большим сердцем. Жаль правда, что эдакая черта многих людей сводит в могилу. Что ж, раз уж нам довелось находиться водной камере, что само по себе абсурд, разрешите мне представиться, Соловьев Степан Аркадьевич.

Клэр слушала его настолько внимательно насколько могла, между этим оглядывая небольшую камеру с крохотным решетчатым окном под потолком и одной кроватью у стены. На полу была раскидана солома, на которой в тот момент и лежал Степан Аркадьевич. Вокруг практически не было света, лишь пара свечей боролись с темнотой. От стен исходил теплый и влажный воздух. Клэр осталась сидеть на полу, как это делал ее новый знакомый. Она со стеснением убрала с лица растрепанные волосы и подвинулась спиной к стене.

— А как ваше имя?

— Клэр. — печально ответила она, словно устав от себя самой.

— Не расскажите, как такая юная особа попала в эдакую немилость? — Степан Аркадьевич произносил каждое слово с легкой улыбкой. Из-за этого создавалось ощущение, что в его голосе присутствует свет, который помогает тем двум свечам на столе не погрузиться в полный мрак.

— Я не такая уж и юная, как может показаться на первый взгляд.

— О, прошу простить мое любопытство, но сколько вам лет?