Чтение онлайн

— Он любил меня?

Мама перекатывается на живот, устраивается ко мне лицом, кладёт подбородок на кулак и долго на меня смотрит.

— Да. Конечно, он тебя любил.

Мне хочется ей верить.

— Можно дать тебе совет? — спрашивает она. — Никогда не женись на человеке, который любит себя больше, чем тебя.

Мне на глаза наворачиваются слёзы.

— Ну, что ты, мой мальчик! — она поднимается с кровати, садится рядом на пол, но не касается меня. — Ник — милый парень. Но он не подходит тебе. Встречайся с ним, проводи хорошо время, но не повторяй моей ошибки. Когда в твоей жизни появится твой человек, всё будет совершенно по-другому. Вот увидишь! И на меньшее не соглашайся.

Когда я, наконец, заканчиваю реветь, мама находит в гараже деревянный молоток. Мы вместе снимаем поручни, установленные в душе год назад. Вместе с ними отлетает несколько кафельных плиток. Мы чувствуем себя хорошо.

Интересно, что подумают тёти, когда увидят устроенный погром. И вдруг ловлю себя на мысли, что мне плевать. У них больше нет права принимать решения в этой семье.

Глава

18

Эндрю

Голова раскалывается, в глаза будто насыпали целый мешок песка, и в мозгах такая мешанина, что при решении задач на доске, я раз за разом теряю мысль. За спиной раздаётся хихиканье. Я делаю глубокий вдох и пишу:

3x2+ 8x + 4

Я собираюсь показать, как раскладывать уравнения на множители путем группировки, но хихиканье настолько громкое, что его дальше просто невозможно игнорировать.

Я поворачиваюсь и опираюсь на алюминиевый поручень под доской. Стивен Ньюмен снял кроссовок и теперь засовывает ногу в носке под бедро Кристин Марроу. Она шлёпает ладошкой по его ступне и хихикает, пока я разглядываю их без капли веселья.

— Мистер Ньюмен, — рявкаю я.

Он убирает ногу и делает преувеличенно внимательный вид. Это раздражает. На лице Стивена появляется фальшивое выражение сожаления, но, когда хохот вокруг усиливается, он тоже расплывается в глупой и широкой улыбке.

— Какое решение задачи вы предлагаете? — спрашиваю я, постукивая маркером по доске.

— Думаю, я бы приказал себе заткнуться и выметаться из класса, — отвечает он, имея в виду совершенно другую задачку. Снова хихиканье.

А они меня хорошо изучили.

— Тогда заткнись и выметайся, — говорю я.

Он встаёт, идёт к двери, прижав руки к бокам и опустив голову, всем своим видом показывая, что ему очень стыдно. Но я даже не сомневаюсь, что этот ребёнок ни разу в своей жизни не чувствовал и капли стыда. Однако, он знает правила игры.

Бросаю резкий взгляд в класс — дети затихают, но улыбки на лицах остаются.

Стивен маленькими шажками выходит из классной комнаты, закрывает за собой дверь, а потом сразу же открывает её и входит обратно:

— Мистер МакНелис, я прошу прощения за то, что помешал уроку. Можно я вернусь на своё место?

Не дожидаясь моего ответа, Стивен возвращается обратно, садится, а потом смотрит на меня с самодовольной ухмылкой.

Боже, спаси меня от девятиклассников! Я поворачиваюсь снова к доске и рассказываю материал так быстро, насколько это возможно.

За десять минут до конца урока я разрешаю ученикам приступить к домашней работе и без сил падаю на свой стул. Мне тошнит от недосыпа, большого количества кофе и двойной порции вины.

Проверяю электронную почту. Сегодня должно прийти очень важное письмо. И вот оно — сразу после предупреждения про учебную пожарную тревогу, запланированную после пятого урока.

Кому:

ФабиолаКортез, Боб Бенсон, Аннет Нгуен, Ричард Гормэн, СюзенВезерфорд, Эндрю МакНелис, БеттФлауерз

От:

Линн Линкольн

Тема: Роберт Уэстфолл

Уважаемые учителя!

С сожалением сообщаю Вам, что отец Роберта Уэстфолла скончался вчера поздно ночью. По словам миссис Уэстфолл, его уход был тихим. Роберт будет отсутствовать оставшуюся часть недели, поскольку семье нужно справиться со своей утратой. По возвращении Роберту понадобиться Ваша поддержка, понимание и вся Ваша лояльность, поскольку ему придётся наверстывать пропущенный материал. Помолитесь за его семью. Подробную информацию о похоронах я сообщу позже, как только станет известно. Благодарю Вас, как всегда, за то, что Вы делаете для наших студентов.

Мисс Линн Линкольн

Психолог-консультант 12-го класса

Я откидываюсь на спинку стула, закрываю глаза и пытаюсь представить, чем он сейчас занят. Тянутся ли его пальцы набрать сообщение мне также, как тянутся мои? Хватит ли у меня смелости отправить ему хотя бы пару слов сочувствия в подтверждение того, что я о нём думаю? Обрадуется ли он моему сообщению? Прочтёт ли он его? Открыл бы я дверь, если бы знал, что должен буду закрыть её позже?

Мусолю эти вопросы, когда раздаётся громкое пукание и класс взрывается хохотом. Вот чёрт. Я не в настроении. К счастью, звенит звонок, и дети, толкаясь, спешат на следующий урок.

Я роюсь в ящике стола в поисках чего-нибудь от головной боли, но нахожу только запечатанную упаковку «Иммодиума»25 — небольшой «подарок» от руководительницы кафедры математики — противопоносное средство было спрятано в корзинке, подаренной в прошлом году по случаю моего вхождения в новый коллектив, между маркерами, шоколадными «Hershey’sMiniatures», карандашами и разными блокнотами. Ещё там был небольшой пузырёк с «Мотрином»26, но лекарство давно закончилось. На какую-то минуту я задумываюсь, не принять ли «Иммодиум», но потом засовываю лекарство обратно в ящик.

Джен, у тебя есть «Тайленол» 27 или «Мотрин»?

У меня есть «Мидол» 28 .

Уже кое-что. Я сейчас подойду.

— Да, ну? — говорит она, когда я вхожу к Джен в класс. Она протягивает мне маленькую золотистую коробочку с открытой крышкой. — Прими свою порцию яда, — говорит она, осторожно вытряхивая содержимое в мою руку. Не имею ни малейшего понятия, что это за таблетки, но выбираю две, а остальные засыпаю обратно в коробочку.