Чтение онлайн

— С тобой всё в порядке?

Я киваю и внимательно смотрю на верхнюю полку, стараясь припомнить, что там было. Тарелки. Они стоят стопкой рядом с раковиной. Беру столько, сколько смогу донести.

— Хочешь поговорить? — спрашивает она, забирая у меня тарелки.

— Можно я откажусь?

— Да. Можно, — она притворяется, что выравнивает тарелки, которые и так уже уложены в идеальную стопку. — Только позволь мне сказать: я немного удивлена и не думала, что Ник тебе нравиться так сильно.

Мне на глаза наворачиваются слёзы:

— Что дальше?

Она указывает на набор вазочек:

— Роберт, мне, правда, очень жаль, что... знаешь... я никогда не говорила с тобой.

— Всё в порядке.

— Подозреваю, что отец тоже с тобой не говорил?

— Мам, я знаю всё, что нужно.

Трогаю пальцами бумажные цветы, которые принесла мама Ника вчера утром перед похоронами вместе с приготовленным в кастрюльке тамале34. Ник не пришёл. Он предупреждал, что не придёт. Интересно, сколько времени понадобилось ему и Кристал, чтобы сделать эти цветы, и какую оценку он получил за этот проект? Господи, и когда я успел стать таким циником? Может, этот его жест был искренним. Может, мне стоит больше ценить чужое внимание. Но я просто не могу. На самом деле Нику до меня нет дела. Он беспокоиться только о себе. И я ни за что не поверю, что цветами он хотел выразить своё сочувствие мне и моей семье, а не показать великолепие Его Величества Ника. Смешно: эти цветы, единственные в доме, напоминают о смерти отца. Да и те искусственные.

— Ты давно завела учётную запись на iTunes? — спрашиваю я, просматривая список песен у неё на компьютере. Делаю звук немного громче.

Мама улыбается и спускается с короткой трехступенчатой лестницы, которой пользуется каждый раз, когда нужно добраться до верхних полок.

— Хм... — она бросает взгляд на микроволновку — судя по часам: пятьдесят две минуты назад.

Похоже, мама просто загрузила первые сорок песен в топе. Сомневаюсь, что она вообще слышала имена этих певцов.

Тем временем мама продолжает:

— Роберт, мы так толком и не поговорили об отце. Хочешь...?

Нет, не хочу.

Перед сном переодеваюсь в чистую футболку, а ту, в которой я был у Эндрю, и которой он вытер мне живот, кладу рядом с собой на подушку.

Ничего не могу с собой поделать и пишу ему, зная, что ответа не будет:

Моё сердце было у тебя в руках35.

Интересно, где ты проводишь сегодняшний вечер 36 .

Я никогда не звонил Эндрю. Но где-то в два часа ночи, после кучи отправленных сообщений, больше не могу сдерживаться. Но похоже, что даже, если наберу его номер по памяти и нажму «Позвонить», я услышу: «Вызываемый абонент недоступен».

Глава

24

Эндрю

Мебель арендована, поэтому сборы проходят быстро.

Грустно видеть, что всего несколько коробок понадобилось, чтобы завершить одну главу моей жизни и начать другую. Кажется, что «последней главы» и не было.

В прошлом году при переезде сюда я взял с собой немного вещей. А теперь возвращаюсь тоже налегке.

Я снова подумал о Кевине. Мысли были далеко не радостными. Лучше бы Майя его не вспоминала. Потому что, слыша его имя, я переживаю всё заново: отчаяние, несчастье, стыд.

Во время учёбы в старшей школе мы с Майей часто сидели на пушистом розовом покрывале у неё на кровати и болтали о парнях: об их привлекательности, об ощущениях, испытываемых при настоящем поцелуе, и о любви к кому-то.

Мы продолжали так делать, даже поступив вместе в колледж и поселившись в общежитии.

Майя очень красива. У неё было много поклонников, но она всегда находила в них какой-то изъян. Что касается меня, то для меня существовал только один парень. Кевин МакФерсон.

У меня была романтическая заморочка — наши имена начинались с Мак и я считал, что это знак нашего предназначения друг другу по судьбе. Кевин учился на последнем курсе и был на пять лет старше. Он был ответственным ассистентом преподавателя в моей биологической лаборатории.

Я помню, как следил за ним взглядом также, как и Роберт следил за мной, как я задерживался в классе после каждого урока: помогал убирать лабораторные материалы, выравнивал стулья и делал всё, чтобы остаться с ним наедине хотя бы на несколько минут.

Где-то через месяц после начала учебного года Кевин попросил меня помочь и донести до кабинета несколько лотков. Когда мы вошли, он закрыл дверь на замок, поставил лотки на стол и, прижав меня спиной к двери, положил руку мне на промежность. Я был сильно взволнован: Кевин обратил на меня внимание, и я наконец-то попробую секс. Я не почувствовал ничего подозрительного, когда он спустил свои джинсы до колен и, спросив: «Это то, чего ты хочешь?», толкнул меня в пропасть.

С этого момента ситуация становилась всё хуже. К концу семестра я уже раз пять побывал в университетской клинике — натёртости кровоточили и пугали меня до смерти, геморрой жёг и делал походы в туалет крайне болезненными — каждый мой визит был унизительнее прежнего.

Но по-настоящему мне стыдно по другому поводу: я реально считал, что он обо мне заботиться. Как же глупо! Я делал всё, что он говорил, и не важно о чём шла речь. Потом я убеждал себя: «Это происходит, потому что он меня отчаянно хочет».

Но Майя понимала, что что-то не так. Она умоляла меня перестать с ним встречаться. Но даже после окончания семестра, когда он оборвал со мной все связи, я продолжал звонить ему и писать, появлялся возле его квартиры, просил и умолял.

Я не понимал.

Однажды я постучался в дверь его квартиры. Мне отчаянно хотелось его увидеть и узнать, что не так. И он предложил мне войти. Я был полон надежд и думал, что у нас всё наладится ровно до того момента, пока не увидел сидящего на диване парня. На нём не было ничего, кроме сетчатой футболки. Его массивный член стоял колом. Он дрочил, пока Кевин представлял его, как своего нового друга Сэма. Потом Кевин мне как-то мутно улыбнулся, опустился на колени и взял его член в рот. Помню, как я застыл на месте, неспособный ни шевелиться, ни дышать.

На то, чтобы справиться с унижением и ненавистью к себе, у меня ушло больше года.

Помогла Кики.

Ставлю коробку в небольшой автоприцеп. Места достаточно для еще такой же порции моих пожитков, но есть только то, что есть.

Я старался не думать слишком много о переезде к Майе. Во-первых, самый большой его плюс — теперь я смогу быть с Кики ежедневно, а не только по вечерам среды и каждые вторые выходные. Во-вторых, мне не нужно больше притворяться, что хочу встречаться с Дженнифер.