Чтение онлайн

Я так долго отказывала ему, что теперь он боится.

Боится потерять меня. Боится зайти слишком далеко.

Его кулаки сжаты, на предплечьях вздулись вены — он хочет коснуться меня, заявить на меня права, но сдерживается.

Что-то первобытное мелькает в его глазах, отчаянная собственническая страсть, почти дикая в своей силе.

Он хочет удержать меня.

И, кажется, я хочу, чтобы он это сделал.

Но если он хочет, чтобы я томилась от желания, то я хочу, чтобы он сбросил оковы.

Я целую его в область сердца.

Спускаюсь ниже.

Еще один поцелуй на животе.

Ниже.

Мои пальцы цепляются за пояс его домашних брюк, и я оставляю легкий поцелуй на твердой мышце чуть ниже пупка.

Он напрягается от моих прикосновений, тело дрожит от усилий сдержаться.

— Пожалуйста, малыш, — тихо воркую я, глядя на него из-под ресниц.

Он моргает, и чары, в которых он пребывал, рассеиваются.

А затем он набрасывается на меня.

Его сильные руки рывком поднимают меня и бросают на спину, словно я ничего не вешу. Громкий звук рвущейся ткани эхом разносится по комнате — он разрывает мою ночную сорочку надвое. Несколько ударов сердца он просто жадно впитывает мой вид, глаза рыщут по обнаженной коже, будто он пытается выжечь этот момент у себя в памяти. Его штаны летят в сторону, и между нами не остается преград.

Мое дыхание срывается на горячие вздохи, и он целует меня с лихорадочным отчаянием, которое крадет воздух из моих легких.

— Моя, — шепчет он, прижимаясь губами к моим. — Ударь меня молния, Майя, ты моя.

Он снова накрывает мои губы своими, терзает рот, словно я единственное, что может утолить его жажду. Со сдавленным стоном он отстраняется, его штормовые серые глаза безумные и дикие. Они пригвождают меня к месту.

— Скажи, что хочешь этого, — звучит отчаянная мольба.

Я исступленно киваю, впиваясь пальцами в его плечи, пытаясь притянуть обратно. Он издает хриплый звук, от которого жар разливается между моих бедер. Он собирает мои запястья в свою широкую ладонь и прижимает их над моей головой.

— Я должен услышать, как ты это скажешь, малышка.

— Я хочу этого, Зев. Пожалуйста. — Я зашла слишком далеко, чтобы думать о гордости, политике или о чем-либо еще, кроме него. — Я хочу тебя.

Он смотрит на меня, приоткрыв губы, его грудь тяжело вздымается.

А потом снова целует. Я бы с радостью тонула в его губах вечно. Он не отстраняется, не разрывает поцелуй, пристраиваясь к моему входу.

Я напрягаюсь, предвкушение сковывает мышцы.

Зев отстраняется на долю дюйма, касаясь носом моего носа.

— Дыши для меня, милая.

Я подчиняюсь и делаю глубокий вдох. Он упирается на предплечья, бедра медленно подаются вперед, и…

Раздается резкий стук в дверь.

Мы оба замираем.

— Если мы не будем шуметь, может, они уйдут? — шепчу я, проводя руками по его спине.

— Если нет, я их убью, — рычит Зев, прикусывая мою нижнюю губу.

Тук. Тук. Тук.

— Ваше Величество? Э-э, принц Зевейр, ваш отец…

— Если вам дорога жизнь, убирайтесь, — громко бросает Зев, поворачивая голову к двери. В покоях темнеет: снаружи собираются грозовые тучи.

Пауза.

— Сир, прошу вас, король Варад…

— Прочь. Сейчас же! — ревет Зев, и вместе с ним гремит раскат грома.

Я вздрагиваю от внезапного шума, и муж резко оборачивается, нежно проводя рукой по моему боку и оставляя целомудренный поцелуй на моих приоткрытых губах.

— Прости, малышка. — Его извиняющаяся улыбка открытая, почти детская.

За дверью слышны приглушенные голоса, а затем кто-то другой говорит:

— Просим прощения, сир. Дело срочное. Иначе мы бы никогда вас не… побеспокоили.

Зев рычит, грубо проводя ладонью по лицу.

— Чтоб вас молния забрала в Небеса и обратно, — бормочет он. Он подается ближе, большая ладонь собственнически ложится между моих грудей. — Оставайся. Здесь. — Поцелуй на каждое слово. — Я скоро вернусь. Хорошо?

— Хорошо, — выдыхаю я, чувствуя, как в груди расцветает разочарование.

Я без всякого стыда наблюдаю, как он быстро одевается и идет к двери.

— Может ты хоть лицо умоешь? — кричу я ему вслед, прижимая простыню к обнаженной груди.

Его губы складываются в порочную усмешку. Он облизывается.

— Нет. Не думаю.

Я жду почти сорок минут, но потом больше не могу игнорировать потребности своего тела. Потянувшись, я соскальзываю с кровати и направляюсь в уборную.

Теперь, когда туман похоти рассеялся, в душе ворочаются противоречивые чувства — в основном вина и разочарование.

Я встречаюсь взглядом со своим отражением в большом зеркале над раковиной: щеки горят, волосы спутались в темные пряди. Синие глаза ярко светятся. Искрятся. Губы опухли и покраснели от поцелуев Зева. Я прижимаю к ним пальцы, будто пытаясь выжечь воспоминание на коже.

Я не жалею о том, что мы сделали. Совсем. И если бы нас не прервали, то мы бы…

С глубоким вздохом я наполняю купель, бросаю щедрую горсть соли и погружаюсь в пускающую пар воду. Она мягко ласкает кожу, успокаивая ноющую боль в ногах и спине.

Я лежу в воде около пятнадцати минут, когда дверь в наши покои открывается, и раздается знакомый звук тяжелых шагов Зева. Шаги приближаются, и дверь в уборную распахивается.

Штормовые серые глаза находят меня в облаке пены. На его губах играет капризная складка, и мои губы растягиваются в улыбке.

Затем я окидываю его взглядом. Он одет к битве — темные кожаные штаны, металлический щит на груди, наручи на предплечьях. Мои брови сходятся на переносице, и Зев вздыхает. Размеренными шагами он подходит ближе и опускается на колени за моей спиной.

— Моей жены не оказалось там, где я ее оставил, — бормочет он, убирая волосы с моей шеи. Его губы нежно касаются пульсирующей жилки.

— Твоя жена нетерпеливая. — Пауза. — Куда ты направляешься?

Он не отвечает сразу. Вместо этого он ведет носом по изгибу моей шеи, глубоко вдыхая, словно хочет навсегда запомнить мой запах. Мускулистая рука ложится мне на грудь, рукав его куртки намокает от воды.