Чтение онлайн

— Что говоришь-то, глупая, — оборвала её Селира. — А ну подумай, каково бы тебе было меж лангор на этом ужине сидеть?! Ни есть с вилкой не умеешь, ни разговор поддержать!

— А что мне вилка? — удивилась Ледка. — Карнусики можно и руками есть, а я уж так их люблю!

— Придётся спрятать для тебя в рукаве пару штук, — засмеялась я. — Ну, давай скорее, рассказывай, что в замке творится!

— Сейчас! — Ледка выглянула в коридор, потом плотно закрыла двери.

Селира подошла ближе, и мы склонились друг к другу, как заговорщики.

— Значит, так! — таинственно произнесла Ледка и сделала многозначительную паузу. По её важному виду было сразу понятно, как ей нравится наше внимание.

— Не тяни, Ледка! — прикрикнула Селира. — Ди ещё подготовиться надо успеть!

— Ну ладно, — снизошла интриганка. — Значит, так: каким будет следующее испытание, никто не знает, но Жука подслушала, как две лангоры шептались промеж собой. Одна такая ушлая, кажется, Флазея зовут, узнала, что завтра всех девушек повезут к Светлому ручью.

— Ну, и? — поторопила её Селира.

— Что и? — оскорбилась Ледка. — Никто ж Флазее не рассказал, что там с лангорами делать будут.

— Неужто купаться скажут? — ахнула Селира. — Он же ледяной!

Ледка сочувственно взглянула на меня.

— Не знаю. Только надо для Ди обувку у гийры Трок выпросить. Она в своих старых туфлях и шагу по этим острым камням не пройдёт!

Селира вздохнула.

— У этой жадюги зимой снега не выпросишь, — уныло сказала она.

— Это нам, служанкам, не выпросишь, а лангорам обязана помогать, — возразила Ледка. — И если уж наша Ди затесалась среди высокородных, должна быть не хуже! Выдала же она платье, вон красота какая! — и девушка завистливо оглянулась на аккуратно разложенное платье.

— Если бы не гийра Номи, ничего бы путного Ди не получила, — фыркнула Селира. — Она гийре Трок сказала, что негоже, если другие лангоры увидят, что его светлость не в состоянии обеспечить приличным нарядом участницу, которую сам и предложил. И туфли, совсем новенькие, гийра Номи подобрала! Вот только в них разве что на балах танцевать.

Я покрутила в руках лёгкий башмачок. Да, в таких по камням не пройдёшь.

— Давай ещё раз попросим гийру Номи помочь мне, — сказала я. — Что-то не хочется мне из-за одного испытания хромать все остальные дни.

Селира кивнула и отправилась искать гийру Номи.

Обувь, которую она принесла, нельзя было назвать красивой. Высокий ботинок туго обхватывал щиколотку и смотрелся грубовато, и я невольно вспомнила маму, которая сокрушалась, как можно носить с лёгкими платьями и сарафанами не изящные босоножки, а кроссовки и даже ботинки. Я относилась к такому смешению стилей абсолютно нормально, от некоторых сочетаний и сама бы не отказалась — так стильно они выглядели. Но вот про эти ботинки вряд ли кто-нибудь осмелился бы сказать, что это стильно.

Однако, придирчиво рассмотрев их, а после и примерив, я вынуждена была признать, что ботинки удивительно удобны, а что до красоты, то вряд ли кто разглядит их под длинным платьем.

— Прекрасно! — успокоила я сомневающуюся Селиру. — А теперь давайте готовиться к вечеру. Как я понимаю, другого платья мне не положено, нужно придумать, как сделать, чтобы не слишком бросалось в глаза, что я не переоделась к ужину.

— Можно накинуть шаль, — мигом сориентировалась Ледка. — Я видела у гийры Номи подходящую. Ну, не такую тёплую, что носят почтенные лангоры, которых уже собственная кровь не греет…

— Ледка! — прикрикнула на девушку Селира. — Уважай старость!

— А я что? — удивилась Ледка. — Я ж сказала «почтенные»!

— Хватит вам! — попросила я. — Ну, и что это за шаль? Стоит ли снова идти клянчить?

— Она из подарков одного купца, которого его светлость как-то спас в метель. Тот спасённый клялся, что купил её аж в Ирдилии. У нас такие не носят, вот хозяин и подарил шаль гийре Номи.

Очень интересно! Отправив Селиру за шалью, я выспросила Ледку, как едят высокородные лангоры, и выяснила, что здесь есть вилки, но нож один, им отрезают от общего куска запечённого мяса, а дальше лангоры справляются со своим куском без помощи ножа.

— Что, кусают прямо от куска? — несколько озадаченно спросила я.

— Ну да. Можно с вилки, а можно завернуть шмат мяса в лист наи, чтобы не марать пальцы и держать в руке. Ты мясо-то когда-нибудь ела, Ди?

Я рассеянно кивнула. Ситуация складывалась комическая: одно дело, когда ты, к примеру, не умеешь есть палочками и сражаешься с роллами вилкой, и совсем другое, когда тебе приходится скрывать, что ты умеешь. Тут роллу немудрено плюхнуться в миску с соусом и забрызгать всех вокруг. И пусть мясо хотя бы не разваливается на ингредиенты, надо на ужине быть повнимательнее. Как бы мне не опозориться принародно! Вариант, что я скромно просижу, отказываясь от предлагаемых блюд, я даже не рассматривала. Мой желудок давно намекал, что пирожных, которыми меня угощал герцог, ему явно мало.

Шаль, которую принесла Селира, была великолепна! Может быть, она была слишком яркой для этих мест, но с моим платьем смотрелась замечательно. Правда, макияж для такого наряда должен был быть поярче, но я боялась, что тогда меня просто не узнают. Решила отграничиться лёгкими тенями, которые подчеркнут глубину глаз. Как мне не хватало моей косметики!

— Селира, — позвала я. — Помнишь, я зазеленила ноги, когда мы мыли котлы? Как ты назвала ту траву? Я после неё еле ноги отмыла.

— Вриденка? — спросила девушка.

— Точно! А не растёт ли она поблизости, чтобы не ходить за ней в лес?

— Да сколько хочешь, — подтвердила Селира. — А зачем она тебе?

— Хочу чуть-чуть подкраситься. Для такого наряда я слишком бледная.

— Так её ж потом не смоешь! — удивилась Ледка.

— А я придумала, что сделать. Смажу веки маслом, а потом вриденкой подкрашу. Должен получиться приглушённый цвет, да и смывать легче будет.

Отправленная за вриденкой Ледка вернулась мигом. Уж с травой здесь проблем точно не было. Надо будет как-то на досуге погулять по окрестностям, посмотреть, какие ещё здесь есть растения. Похоже, до расцвета фармацевтической промышленности в этом мире ещё ой как далеко, нужно запасаться травами, пока лето.

Тени из вриденки получились что надо. Я придирчиво разглядывала в зеркале результаты своих трудов, когда заметила странную вещь: мои глаза стали чуть ярче. Когда я смотрела в зеркало в раздевалке герцога, они были почти бесцветными, едва разбавленными голубым, а сейчас…это выглядело так, словно неведомый художник добавил ещё каплю краски. Это открытие взволновало меня. За свою короткую жизнь мне пришлось смириться с тем, что, что бы я ни делала со своей внешностью, мне никогда было не догнать своих ярких подружек. Здесь же, похоже, я неожиданно начала расцветать.