Чтение онлайн

«Рассказать им про микроскоп, про то, что я из другого мира, где всё это в школе проходят? Они мне не поверят. Подумают, что я совсем умом тронулся. Порой правда настолько фантастична и сложна, что в неё невозможно поверить. Лучше выдумать какую-нибудь правдоподобную ложь».

– Помните, я рассказывал, как год назад меня ударила молния, и пока я валялся без памяти, мне явился святой Ансгарий и стал учить уму-разуму?

– Быстрому счёту он тебя научил. И странным цифирным знакам, которые ты теперь пишешь на земле, или в своей цере, - закивал Лаэр.

– Он потом ещё несколько раз мне являлся во сне. Рассказывал разное. Вот он и рассказал однажды, и даже показал мне этих мелких, невидимых глазу тварей, живущих в сырой воде. Он словно приблизил ко мне воду. Сделал там всё крупнее, отчетливее. Я как увидал этих червей — стал пить только кипячёную воду. И других стараюсь учить, чтоб сырую не пили. Ведь это же помогает, правда?

– Помогает, - проворчал Лаэр, продевая длинную жердину под дужки котлов.
– Хельд, давай, подхватывай. Ставим котлы на огонь.

Шельга, тем временем, слушая этот разговор, начерпал из своего котелка воды в небольшую поясную флягу.

– Он что, не понимает, о чём я сейчас говорил?
– уточнил Жан у Низама.
– Так переведи ему, что пить сырую воду опасно.

– Я понимай. Я просто так сырой не пью. Знаю. Но в этой фляга всё изнутри покрыт серебро. Хороший фляга. Сам делал. Любой вода быстро сделает чище. За полдня сделает из плохой вода - святой вода — видишь тут знак Тари?

– Что ещё за кедонские суеверия?
– проворчал Ги.

– Знание про Вечный Тари и его дары — Шельга торжественно поднял глаза к небу, - древней чем твой Трис и его слуги. Трис ещё не был, а Вечный Тари был всегда. Серебро — благословение Тари. Его первый дар. Делает плохая вода в хороший.
– Заткнув флягу скрученной из кожи пробкой, Шельга повесил флягу на пояс, а затем поставил на огонь и свой котелок, в котором было ещё полно воды.

– Ты что, правда видел этих червей?
– С сомнением в голосе обратился к Жану Низам.

– Видел. Как сейчас вижу тебя. Если сильно-сильно увеличить каплю воды, их будет видно. Асгарий чётко мне их показал. Я и молоко с тех пор только кипячёное пью. И мясо стараюсь есть только хорошо прожаренное или проварённое. В сыром мясе тоже полно этих мелких червей. Мясо такое питательное, что если оставить его гнить, эти черви быстро вырастают и их становятся видно.

– Про червей в мясе я знаю. Но в воде… - Низам покачал головой.
– Почему мне ничего не говорили об этом в Рателе?

– Даже самый великий учёный не может знать всего, - пожал плечами Жан.

– Ты остановил Хеймо, но не остановил Шельгу, - напомнил Низам.
– Думаешь, кедонское Тари спасёт его от червей?

– Я не верю в силу кедонского Тари. Но серебро это и правда удивительный металл. Если в воде есть хотя бы немного серебра, то все мелкие зловредные существа там умирают. И вода становится безопасной для питья. Шельга сказал, что стенки его фляги изнутри покрыты серебром. Думаю, этого достаточно, чтобы обезопасить сырую воду. А знак Тари это, конечно, суеверие. Серебро и с ним подействует, и без него.

– А какие ещё способы сделать воду безопасной ты знаешь?
– заинтересовался Низам.

– Добавить в воду уксус или вино. Так, чтобы их вкус в воде ощущался. Уксус и вино тоже убивают невидимых червей.

– Ну, про уксус и вино все знают, - разочарованно пробурчал Низам.

«Можно ещё марганцовкой воду обеззаразить. Или кварцеванием… Можно под давлением пропустить её через фильтр с обратным осмосом. Да… Я даже пытаться не буду кому-то тут это всё объяснять…»

– Ну вот. В этом котелке невидимые черви точно сварились, - улыбнулся Ги, указав на самый мелкий, уже вскипающий на огне, котелок.
– Какую кашу будем делать? Чечевичную? Или, может, из полбы?

***

После обеда караван снова тронулся в путь. Низам теперь ехал рядом с Шельгой и Кериком, о чём-то расспрашивая их. Рядом с Жаном пристроился Ги.

– Чем больше я про это думаю, тем больше опасаюсь, что по пути домой на нас нападут. Может, стоит свернуть с тракта и заехать в Буэр? Поворот туда будет совсем скоро. Там бы, в Буэре, и заночевали.

– Нет, - отмахнулся Жан.
– Бессмысленная задержка. Крыша в господском доме барона там обвалилась. Вокруг усадьбы не крепостная стена, а простой забор, чтобы скотина не разбежалась. Ну, заночуем мы в деревне, в крестьянских мазанках, или поставим шатёр рядом с господским домом. И что? Разве это нас защитит от нападения?

– Ты мог бы набрать себе в Буэре пять, а то и десять бойцов из своих крестьян.

– Мог бы. Но зачем? Забрать всех мужчин-работников и всех лошадей из бедной, и так почти не дающей дохода деревни?
– Жан вздохнул.
– Много ли в бою от этих крестьян будет толку?

– Какой-то толк точно будет. Пока враги будут расходовать силы на новобранцев, мы будем убивать этих врагов.

– Лучше нанять тех, кто и правда умеет сражаться. Может быть в Тамплоне или в Леронте мы сможем таких найти?

– Надо было тебе нанять тех троих, кого я приводил, - проворчал Ги.

– А вдруг это были шпионы Анро Гвиданского?
– покачал головой Жан.
– И вообще, раз на нас ещё не напали, то, скорее всего уже не нападут… Надеюсь, Анро всё же смирился со своим поражением в этой интриге.

– Твои бы слова Трису в уши, - вздохнул Ги.
– Но мне неспокойно… Я понимаю, ты торопишься к своей Элиноре и поэтому не хочешь сворачивать в Буэр. Ну, давай тогда хотя бы прибавим шагу, чтобы дотемна добраться к развалинам Цирта и заночевать нам, под прикрытием каменных стен.

– Может, лучше заночевать в поле, не доезжая до Цирта? В этих руинах нас может ждать засада.

– Разве что из каких-нибудь местных бродяг? Но если они не решились напасть на нас, когда мы ехали с Эймс вчетвером, то сейчас, когда нас вдвое больше, точно не нападут. А герцог Арно своих людей туда никак не успел бы прислать. Мы выехали на следующий день после того, как король тебя отпустил. Узнав о том, что ты уехал, Арно, наверняка, пошлёт за нами погоню. Своих лучших конных бойцов… По крайней мере, я бы на его месте сделал именно так.

– Тогда, тем более, нельзя сворачивать в Буэр. Надо, наоборот, двигаться вперёд как можно скорее.

***

Цирт уже был отчётливо виден. Он нависал над проходящим мимо восточным трактом кривыми зубами обвалившихся, полуразрушенных крепостных стен и башен. Поля на многие мили вокруг заросли бурьяном, орешником, а кое-где и густым лесом. Когда-то, во времена империи, эта крепость была центром богатой округи. Может быть даже городом. Но с тех пор многое пошло не так. Гетельд вообще, в значительной степени, представлял собой такую вот заброшенную территорию с кое-где заметными среди зарослей древними руинами. Как Жан сумел понять из отрывочных сведений, найденных в книгах, Меданская империя рухнула, не пережив дурного управления, многолетних неурожаев, чумы, и нашествия урдагуров и ильдагов из кедонских степей, а затем нашествия гетов и родственных им эбров из северных лесов. Все эти племена прокатились по империи, грабя и убивая, и превратили прежде богатый, густо населённый край в руины и пустоши с редкими островками уцелевших деревень и поместий.