Танец под звуки эха руин
Шрифт:
На порванном платье покоился безжизненный локон, который я не посмел бы просто стряхнуть. Дрожащими пальцами я поднял его и положил за пазуху.
Подхватив Кинтану, на подкашивающихся ногах я понес ее к тем существам, которыми она дорожила, которых она любила. Весь наш отряд и все ее близкие застыли в страхе. Все смотрели на меня, прекрасно понимая, какая новость их ждет, потому и не сдерживали слезы.
– Она...
– Прошептала Сайна.
– Мертва, - ответил я угасшим голосом.
Женщины были не в силах сдержать слезы и сдавленные стоны, кроме моей матери. Ее челюсть содрогалась от скорби, но она не позволяла себе показать истинные чувства. Ритон и Литон разъяренно скомандовали:
– В бой!
Полетели стрелы и нашей армии, и армии врага, от которых меня защитили маги, иначе хоть одна наверняка попала бы мне в спину. На стены накинули лестницы, а я все шел, даже не оглядываясь назад. К ногам падали погибшие от стрел воины, но я не был в силах сейчас скорбеть по бойцам.
– Линдея, Сайна, Элинель, отнесите ее в безопасное место. Малам, отведи потом Линдею и Элинель в безопасное место.
Все четверо выполнили мой приказ, а я смотрел вслед. Тело Кинтаны, что совсем недавно я ласкал своими руками, было совершенно обмякшим. Женщины несли ее так нежно, что, казалось, сейчас она встанет на ноги и обнимет каждую из них. Но чуда не происходило.
Стерев скатившуюся по лицу слезу, я, не раздумывая, кинулся в бой. В пару рывков преодолев лестницу, рубил каждого на своем пути, не желая даже думать о послаблении из благородства. Ни один из них не помог Кинтане. Никто не защитил ее. Никто не удержал ее от падания.
Разрубая противников на части, я искал отца взглядом. Его белая фигура была уже возле дворца, скрываясь за высокими дверьми. На горизонте забрезжил восход, а потому времени до отступления оставалось совсем немного.
С запада я услышал гул, ощущая, как содрогается земля под ногами.
Энты.
Они рушили царство темных эльфов, пуская в горы и землю свои массивные корни. Облако пыли скрывало энтов от взора, но кроны огромных оживших деревьев невозможно было не разглядеть. Для темных эльфов больше не было шанса на отступление. Это была решающая битва для каждого из них.
Я отворил ворота, впуская гидр и ящеров с наездниками, но они не могли перебраться через озеро. На подвесных мостах в боевую готовность пришли рейнджеры, обстреливая всех, кто пересек границу. Литон и Ритон прорывались вперед, разрубая летящие в них стрелы, но от тысяч лучников невозможно было укрыться, как и от тысяч мечников. Мужчины были изранены, но гнев вел обоих вперед. К ним присоединились ассасины, защищая своих генералов от новых атак.
Я бросился вдогонку за мужчинами, ловко проносясь по деревьям, чтоб не тратить время на забитые воинами мосты. Одна из стрел вонзилась в мой локтевой сустав, не закрытый доспехами.
Нагнав их, я заволновался за их состояния. Глаза обоих были налиты кровью, тяжелое дыхание можно расслышать за сотню метров, из глоток обоих вырывался дикий рев. Их бешенство пугало даже меня, что уж говорить о рейнджерах.
Я сражался бок о бок с генералами, попутно обрубая ветви, удерживающие мосты, не ведущие во дворец. Левой рукой орудовать становилось все проблематичнее. Сустав ныл от ранения, но перед глазами вновь предстало тело погибшей Кинтаны, отчего и я одичал вместе с генералами.
Сайна нагнала нас, разрубая врагов ленточным мечом. Она тоже была ранена. Из раны в боку интенсивно стекала бордовая кровь, пульсируя с каждым движением. Ее ранение было предельно опасным, как и множественные ранения генералов.
– Как обстановка у стен?
– Мы в меньшинстве. Огромные потери. Энты завалили наше царство. Наверняка основное войско погибло или сильно пострадало под завалами. Подкрепления нам можно не ждать. И отступать нам некуда.
Ее слова были неутешительны. Нас слишком мало, чтоб суметь ворваться во дворец. Да и впереди обрубили все мосты.
– Возвращайтесь. Идите в Великий лес. Там вы скроетесь от солнца. Я сам найду Элиндана.
– С ума сошел? Он убил нашу дочь, - прорычал Ритон.
– И мою племянницу, - добавил Литон.
– Мы не уйдем.
Я увидел возле озера, окрасившегося в розовый тон, свою матушку среди сражающихся воинов и многочисленных трупов, кивнул ей, подавая знак. Ветви обхватили моих трех спутников и отнесли к Айлин.
– Отступайте. Без подкрепления здесь делать нечего. Дальше вы все равно не пройдете.
А сам я рванул по ветвям деревьев, прокладывая себе путь во дворец. Моя ненависть к Элиндану крепла с каждой секундой. Я и не знал, на что способен, захлестнутый яростью. Ни один из рейнджеров, заметивших меня даже краем глаза, не оставался в живых. Их лица корчились от ужаса, видя перед смертью мое одичавшие лицо.
Ворвавшись во дворец, я сперва не мог понять, почему он пустовал. Не было ни единой живой души. Ощутив запах осенней листвы и мяты, что обычно исходит от отца, я понял, что передо мной еще один барьер, но от нового я не знал ключа.
– Выходи. Я прикончу тебя, выходи, - прорычал я.
– Пришел один?
– Появился Элиндан из ниоткуда.
– Сдохни.
Я пустил в него заклятую стрелу, но она рывком отлетела в сторону.
– Здесь гости. Не нужно их пугать.
Чары исчезли, демонстрируя десятки магов в кандалах.
– Тебе меня не одолеть. Лучше уходи, пока я позволяю. Второго шанса не будет. Если ты сбежишь, как крыса позорная, никто не погонится за таким ничтожеством.
Провокация Элиндана задела мою гордость. Даже понимая, что разумнее отступить, я не двигался с места.
– Выйди на честный бой, без помощи магов, - отрезал я.
– А зачем?
– Расплылся король в слащавой улыбке.
– Ты все равно проиграешь. Для чего растягивать, если с их помощью могу закончить быстрее?
– Улыбка спала с лица Элиндана. Он угрожающее наступал на меня.
Я тут же принял боевую стойку.
У моего уха просвистел метательный нож, вонзившийся в плечо отца.
– Не смей трогать его.
– Мама?
– Ох, дорогая Хиалин, с возвращением. Больно, однако. Неужели тоже пришла умереть? Выстраивайся в очередь.