Чтение онлайн

Ф. Ницше.

"Там, где кончается асфальт, Начинается Рай".

Песня.

1.

"... она вырвалась вперед. Маленькой черточкой на горизонте замаячил

очередной шлагбаум и Розали ощутила странную уверенность что стоит ей

проскочить это препятствие, и она в безопасности. Странное, ничем не

обоснованное чувство, но оно крепло в ней с каждой секундой. "Хонда" неслась,

как загнанный конь, хрипя и повизгивая, и вдруг в зеркале заднего обзора

Розали заметила, что черные фигуры, висевшие за спиной как гончие псы, одна

за другой сбрасывают скорость и останавливаются. Чем то их пугал этот

шлагбаум. Розали пролетела под ним, не снижая скорости. ТРАССА уходила

дальше, теряясь в зеленоватой дымке хвойных лесов. В реве безотказного мотора

она не сразу уловила странную, непривычную, новую для себя тишину. Тишину не

внешнюю, а внутреннюю. Она, сломя голову, летела вперед так, словно ничего не

случилось.

Ничего и не случилось.

Просто остановилось сердце.

А мотор "Хонды", подаренной Стражем с Перекрестка продолжал работать,

но уже не задыхался и не хрипел, а мощно ревел победную песню, и с каждым

оборотом колеса тело Розали обретало свою изначальную легкость.

На горизонте показалась еще одна черная точка. Розали испуганно припала

к рулю, но тут же сообразила, что Они обогнать ее никак не могли. Для этого

мало быть асом, нужно быть Господом Богом и иметь "колеса" от Стража, а

такого в жизни не бывает. Страж кому-попало мотоциклы не раздает. Точка

стремительно росла. Она уже различала силуэт высокого мужчины, который стоял

на обочине, и смотрел на приближавшуюся Розали не отводя глаз. Видавший виды

"Харлей" стоял рядом. Розали отчаянно затормозила, оставляя на асфальте жирную черную полосу.

Что было потом - не знает никто. Последний шлагбаум медленно, без суеты

опустился, отсекая Их. А ТРАССА уходила дальше. И было по-прежнему

неизвестно, где кончается асфальт, и кончается ли он где-нибудь. Был только

один способ узнать это - ехать вперед.

И дальше они поехали вместе."

Леший поднял голову от стопки распечаток и мельком глянул на

посетительницу. Она на него не смотрела. Ее взгляд блуждал по замысловатому

бордюру под потолком, принадлежащему, вероятно, эпохе ренессанса, как и все

это старинное здание, где размещалась (среди сотни других контор, или, по-

современному, офисов) редакция литературного журнала "Гелиополь". Чтобы найти кабинет главного редактора, не снабженный, кстати, никакой сопроводительной табличкой, нужно было поплутать по коридорам и изрядно намозолить язык обо всех встречных - поперечных. Такая ситуация была, конечно, вопиющим безобразием, но исправлять ее никто не спешил. В редакции "Гелиополя" бытовало мнение, что писатели, а тем более, поэты - люди упертые, и, если им понадобится, найдут пятый угол, Святой Грааль, черта в стуле и вообще то не знаю что, а не только кабинет Лешукова. Вообще-то, так оно и было. Находили,

паразиты. Хотя кабинет этот, не по желанию Лешего, но с его молчаливого

согласия кочевал по зданию от подвала до чердака в среднем раза по четыре в

год. Леший уже привык что его знакомства с новыми людьми начинаются с такого,

примерно, диалога:

* Простите, это "Гелиополь"?

* Да. Главный редактор Лешуков.

* Ну у вас тут и лабиринты. Только минотавра не хватает.

Этот самый "нехватающий" сидел прямо перед глазами посетителя, но об

этом начинающие литераторы тактично умалчивали.

Эта открыла дверь уверенно, словно бывала здесь тысячу и один раз, и

произнесла без вопросительной интонации:

* Здравствуйте, Виктор Алексеевич.

Теперь она сидела в ярко-красном, продавленном кресле и изучала бордюр,

не проявляя ни малейших признаков волнения, свойственного всем начинающим

авторам. Или досады, характерной для тех, кого в этом заштатном журнальчике

должны были встречать у парадного подъезда хлебом с солью и кофе с коньяком.

Леший скосил глаза на монитор: "Яна Бельская". Фамилия была смутно знакомой и уже в следующую секунду Леший вспомнил, где повезло на нее наткнуться. В

учебнике истории. Интересно, не родня ли, дамочка, часом Малюте Скуратову-

Бельскому? Надо будет как-нибудь спросить, не обидится? В чисто литературном

плане фамилия никаких ассоциаций не вызывала, да разве их всех упомнишь?

Впрочем, компьютер бы вспомнил, и выдал красным шрифтом предупреждая, что с

посетительницей надо держаться вежливо. Не выдал. Ну и Бог с ней, с Яной

Бельской... К тому же, она была рыжей - второй момент, настороживший Лешего.

С рыжими бывает так: они или пугающе безобразны, или ошеломляюще красивы. Эта была никакой. Просто никакой. Симпатичная, конечно, как и каждая молодая

женщина, одетая со вкусом, но ничего особенного. Один из фундаментальных

законов устройства мира, выведенных Лешим, с треском провалился.

Он немного успокоился на этот счет, когда понял, что волосы крашеные.

Стойкая крем-краска Бель-Колор, или еще какая-нибудь химия. Вот и доверяй

после этого женщинам...

– "И дальше они поехали вместе", - повторил он, - избитый какой-то конец. Вроде: "Они жили счастливо и умерли в один день".

– Обычный, - Яна пожала плечами едва заметно, без возражения и без обиды.
– Как еще, по-вашему, могла закончится такая история?

По-моему, - подчеркнул Леший, - такие истории вообще бесконечны. Как ваша ТРАССА.

– Бесконечны только мексиканские сериалы и человеческая глупость, - сказала Яна, - все остальное имеет свой конец.

– Возможно, - Леший решил не спорить, по опыту зная, как эти писатели упрямы и способны залезть в бутылку из-за какой-нибудь мелочи, которая, Бог знает отчего, кажется им значительной. Он вернул взгляд на название: "Там, где кончается асфальт..." (сказки для Бегущих и Догоняющих).

– Сказки это, конечно, оригинально, - буркнул он, - только современному читателю сказки не нужны. Он требует политических триллеров, крутой эротики, мистики.

– То, что современный читатель этого требует, еще не значит, что ему это нужно, - так же ровно возразила Яна, - это значит, что он ХОЧЕТ получить подобное чтиво. Давно известно - нужное отнюдь не всегда желанно.