Чтение онлайн

— Агнес, закрой аптеку на сегодня, — обратилась я к служанке, не спуская взгляда с месье, который вальяжно облокотился на косяк двери и, ухмыляясь, оценивающе буравил меня взглядом.

— Так зачем, мадам, подмастерье месье Гюлена сегодня вернулся, он и будет работать.

— Странно, почему меня отец об этом не предупредил. Сколько я здесь нахожусь, а о подмастерье я впервые слышу.

Молодой человек, слышавший наш разговор, усмехнулся и, приподняв шляпу, исчез внутри строения.

— Говоришь, он только сегодня вернулся? И где же он так долго был?

— Так уезжал, матушка у него заболела, ухаживал за ней, несколько месяцев его в Париже не было.

— Ну ладно, хорошо, раз батюшка в курсе, тогда всё в порядке. До вечера, Агнес, остаешься за старшую.- Молодая женщина горделиво задрала подбородок. — Не беспокойтесь, мадам, всё будет как надо.

Я кивнула кучеру виконта, мужчина захлопнул дверку кареты, взобрался на козлы, и мы тронулись в путь.

Выглянув в окно, я помахала бежавшим Моту и Томи вслед за нами. И опять увидела этого подмастерья. Он стоял и пристально смотрел вслед удаляющейся кареты. Странно, конечно, но я могла поклясться, что его лицо мне было смутно знакомо, только вот где я могла видеть его раньше, раз он только сегодня вернулся в город. Я откинулась на спинку сиденья и задумалась.

– Точно! — воскликнула я. — Я вспомнила, когда и где видела этого подмастерья. Несколько дней назад, когда Марго попала под лошадь, в толпе зевак, когда я разговаривала с мадам Карно.

— Но Агнес сказала, что он только сегодня прибыл, — откликнулась нянюшка, которая почти уже задремала под мирное покачивание экипажа.

— Не знаю, когда он прибыл, но это точно был он. Такая же ухмылка и взгляд, я не могла спутать. Очень интересно, почему он соврал?

— Да кто его знает, ласточка моя, не забивай себе головушку, месье Гюлен сам разберётся.

— Это, конечно, да, но как-то странно всё это, — ответила я задумчиво нянюшке и посмотрела в окно. Мы уже выехали из Парижа и катили по пыльной дороге среди зелёных полей.

— Нянюшка, а далеко до владений виконта, не знаешь? Я за всё время даже и не поинтересовалась об этом.

— Луи упомянул, что путь займет не более часа. — Старушка, не скрывая, зевнула и прикрыла глаза, погружаясь в полудрему.

— Значит, скоро прибудем, — прошептала я себе под нос, не отрывая взгляда от мелькающего за окном пейзажа. Лес, едва различимый на горизонте, таял в дымке, а дорога, петляя, резко уходила влево, словно убегая от нас. За бескрайним зелёным полем, где трава колыхалась под лёгким ветром, виднелось поселение — домики с черепичными крышами, окружённые садами, и величественная церковь, возвышающаяся над остальными строениями.

За каретой раздался грохот копыт, и мимо стремительно пронеслись четыре всадника в голубых плащах. Их лошади, вздымая клубы пыли, неслись так быстро, что я невольно отпрянула от окна, закрывая лицо рукой. Пыль, ворвавшаяся внутрь кареты, забивалась в нос и глаза, вызывая сухой кашель.

— Чтоб вас, Д'Артаньяны недоделанные, — недовольно пробурчала я, потирая глаза, и вдруг замерла. — Это что, мушкетёры? — Я стремительно высунулась из окна, стараясь рассмотреть мужчин, которые уже ускакали на значительное расстояние. Да, скорее всего, это были они, голубые плащи с серебренными вышитыми крестами посередине, шляпы, украшенные белыми плюмажами.

— Ну надо же, сколько я здесь нахожусь, а мушкетёров только первый раз увидела.- Неожиданно, как будто услышав меня, всадник, замыкавший процессию, обернулся, его взгляд задержался на моём лице. Несколько мгновений он рассматривал меня, потом вдруг лучезарно улыбнулся и приподнял шляпу в приветствии. Я засмеялась и помахала ему рукой.

— Ну прямо Арамис, Атос, Портос и Д’Артаньян. Продолжая смеяться, я откинулась на спинку сиденья. Настроение поднялось в разы, и я в предвкушении встречи с виконтом и прогулки на лошадях довольно зажмурилась.

Пока я погружалась в свои отнюдь не скромные мечты, экипаж неожиданно свернул с главного тракта, и я вновь с интересом выглянула наружу. Мы въехали в лес и продолжили путь по извилистой дороге, покрытой белым гравием.

Спустя некоторое время дорога расширилась, превратившись в ухоженную подъездную аллею, ведущую к внушительному трёхэтажному особняку. Здание, построенное из белоснежного камня, поражало своей простотой и лаконичностью, без каких-либо декоративных излишеств. У парадного входа возвышались две массивные колонны, обрамляющие широкую лестницу, ведущую к резным дверям.

Особняк со всех сторон окружала ухоженная лужайка, усыпанная нежными бело-розовыми маргаритками. Их лепестки, словно маленькие звезды, мерцали в лучах солнца, создавая ощущение сказочного уюта и безмятежности. В воздухе витал легкий аромат цветов, который смешивался с запахом свежескошенной травы, наполняя сердце теплом и радостью.

– Миленько и даже очень, - сказала я, любуясь местным ландшафтом.

Карета подъехала к парадной и остановилась. В тот же миг двери распахнулись, и из них торопливо вышел лакей, а вслед за ним быстрой походкой, отстраняя слугу в сторону, появился сам хозяин дома.

– Вау, какой мужчина! – не сдержавшись от вида де Блуа, воскликнула я.

– Что ты сказала, милая? – спросила меня пробудившаяся от сна нянюшка.

– Говорю, всё, прибыли, - ответила я ей, не отрывая зачарованного взгляда от виконта.

Де Блуа был облачён в белую просторную рубаху и жилет, слегка растёгнутый ворот открывал мускулистую загорелую грудь. Обтягивающие штаны подчёркивали его стройные сильные ноги, а высокие кожаные ботфорты добавляли элегантности его образу. Его длинные тёмные волосы, свободно спадающие на плечи, развевались на ветру, создавая впечатление динамичности, свободы и необузданной сексуальности.

Виконт Де Блуа.

Виконт, с блеском в глазах и лучезарной улыбкой, подошёл к экипажу. Его движения были неторопливыми, но уверенными. Он изящно распахнул дверцу и протянул мне руку. Но вместо того чтобы продолжить церемонию, он замер, словно поражённый молнией. Его взгляд, полный удивления и чего-то ещё... от моего лица медленно заскользил вниз, охватывая меня целиком.

Я, увидев его замешательство, не растерялась. С лёгкой, но искренней улыбкой, я вложила свою руку в его и, грациозно покачивая бёдрами, вышла из кареты. Этот момент, казалось, растянулся на вечность, наполняя воздух напряжением и ожиданием.

Де Блуа, наконец выйдя из ступора, неуверенно произнёс, заикаясь и подбирая слова, слегка осипшим голосом:

— Мадам Жанна, вы... У меня нет слов, вы как ожившая Диана Версальская, сошедшая с пьедестала и снизошедшая до вашего недостойного слуги. — Виконт страстно приложился к моей ладони долгим горячим поцелуем. Губы его подрагивали, а в руке, державшей мою, чувствовалось сильное напряжение.

— И я очень рада вас видеть, господин виконт, — и я немного пошевелила пальцами руки, намекая на то, что его поцелуй несколько затянулся.