Чтение онлайн

Виконт вскочил следом за мной, и я, не удержавшись, задержала на его обнажённом теле восхищённый взгляд. Внезапно щёки мои вспыхнули, и я поспешно отвернулась, пытаясь скрыть неизвестно откуда взявшееся смущение.

— Жанна, что случилось, я чем-то обидел вас? — спросил тихо Николас и, подойдя ко мне, нежно обнял. Я уткнулась в его грудь и, вдохнув такой дурманящий аромат мужчины, собравшись с духом, прошептала:

— Николас, я девственница.

Виконт мягко отстранил меня от себя и, лукаво улыбнувшись, спросил:

— Вы играете со мной, Жанна?

Я вдохнула поглубже и, зажмурив глаза, выпалила: — Я не Жанна, я баронесса Катрин де Сансе.

Шли секунды, де Блуа молчал, продолжая держать меня за плечи.

– Если это шутка, мадам, то не очень удачная.- Наконец промолвил он, отпустил меня и стал быстро одеваться.

— Это не шутка, — ответила я, неловко переминаясь с ноги на ногу.

— Баронесса месяц назад покончила с собой, — с нажимом в голосе ответил он мне, рассматривая рубаху, которую только что поднял с земли, потом перевёл придирчивый, подозрительный взгляд на меня.

— Я имитировала свою смерть, и в этом мне помог лекарь графа, месье Арджун.

Де Блуа подошёл ко мне и, окинув меня взглядом, усмехнулся:

— Я очень хорошо помню, как выглядела баронесса, я был на её свадьбе. Эта серая , немая мышка с пустым взглядом, и тусклыми волосами.- Он медленно провёл рукой по моей гриве и внимательно всмотрелся в моё лицо:

— Вы, Жанна, полная её противоположность, вы сама жизнь: красивая, смелая, умная.

Николас нежно прошёлся пальцами по моей шее и убрал мой вьющийся локон мне за ухо. — И самое важное отличие — вы говорите, и надо признаться, весьма остроумно.- Он улыбнулся, продолжая буравить меня взглядом.

Всё, что он говорил, звучало лестно. Я нервно пожала плечами, чувствуя, как рука инстинктивно сжимает край рубашки, словно пытаясь создать барьер между нами. Его взгляд, всё ещё пылающий от сексуального возбуждения, скользил по моему телу, и я с трудом сдерживала дрожь, пробежавшую по коже.

— Хотите верьте, хотите нет, — ответила я, стараясь придать своему голосу уверенность, хотя внутри меня бушевала буря противоречивых эмоций.

Виконт в ответ, улыбаясь, сказал:

— Снимите рубашку, Жанна.

— Что? — изумлённо пролепетала я, делая шаг назад.

— Вы в моей рубашке, мадам, — засмеявшись, ответил Николас и опять приблизился ко мне.

Я окинула себя взглядом, насколько это было возможно, и, не сдержавшись, тихо и глупо хихикнула, пытаясь скрыть внезапное смущение, которое охватило меня. Де Блуа, с лёгкой улыбкой на губах, протянул мне рубашку и принялся собирать разбросанные по земле мои вещи.

— Одевайтесь, Жанна, — его голос звучал мягко и с ноткой заботы, — я отвернусь. Кажется, вы уже начали замерзать. — Он бросил на меня быстрый взгляд, задержавшись на моих обнажённых ногах, и, не удержавшись, снова улыбнулся. — Хотя, если вы не против, я мог бы вам помочь. — И он вопросительно поднял одну бровь.

— Вот ещё! — Я резко вырвала свои вещи из его рук и, фыркнув, величественно направилась к ближайшему кустарнику. Его смех, заразительный и непринуждённый, эхом разнёсся за моей спиной.

Выйдя из своего укрытия, я удивлённо замешкалась. На траве, где совсем недавно мы предавались страсти, виконт расстелил плед и аккуратно выкладывал на него из плетёного короба всевозможные яства.

— Баронесса, прошу к столу, — увидев меня, произнёс виконт и галантно помог мне присесть.

Я подозрительно на него посмотрела и спросила:

— Вы всё же поверили мне, виконт?

— Я склоняюсь к утвердительному ответу, но всё будет зависеть от того, насколько убедительными окажутся ваши объяснения, мадам. Ложь в данном случае бессмысленна. Мне крайне важно понять мотивы вашего побега и обстоятельства, которые привели к столь радикальным изменениям в вашей личности и внешности, — ответил мне де Блуа, разливая вино в серебренные кубки.

Виконт протянул мне бокал вина, и я поднесла его к носу, вдыхая насыщенный аромат, в котором угадывались ноты ягод и специй. Сделав небольшой глоток, я почувствовала, как кисло-сладкий вкус медленно раскрывается на языке, оставляя терпкое послевкусие.

— Вкусно, — произнесла я, стараясь не выдать своего смущения. На самом деле, я не была знатоком вин, как и многих других алкогольных напитков. Я могла назвать несколько известных марок и сортов, и, возможно, смогла бы отличить одно вино от другого в ресторане, но это было всё. Если бы передо мной поставили два бокала разных вин, я бы, конечно, заметила различия во вкусе, но вряд ли смогла бы описать их с уверенностью.

— И всё? — спросил меня Николас, улыбаясь.

— Восхитительно, — ответила я ему, решив подыграть, и сделала ещё глоток, зажмурившись.

— Это самое лучшее вино из моих виноградников, — гордо сказал он, оставшись довольным моей последней реакцией. — Я держу его для особых случаев. Сделав ударение на слове «особых», он отсалютовал мне и отпил из кубка.

Я взяла пирожное и откусила. Вот это было действительно вкусно: нежный пропитанный коньяком бисквит, творожный крем, взбитые сливки и клубника. Чудо как вкусно!

Довольный де Блуа подсел ко мне поближе и протянул на маленькой тарелочки рахат-лукум: попробуйте это, мадам, мой повар турок, и это лакомство готовят только у меня в поместье.

Он аккуратно поднёс к моим губам крошечный кусочек, осыпанный сахарной пудрой. Я приняла угощение. Медленно, словно пробуя каждый миг, я обхватила губами сладость и провела языком по губам, слизывая пудровую пыльцу. И не успела я опомниться, как виконт накрыл мои губы сладостным поцелуем. Томительное возбуждение вновь прокатилось жаркой волной по моему телу.

— Так-так-так, господа, вот, значит, куда вы пропали, — неожиданно раздавшийся весёлый голос графа заставил нас на мгновение замереть и резко отпрянуть друг от друга, как нашкодивших школьников, которых застали врасплох за непристойным занятием.

– Арман!?
– первым пришёл в себя виконт, вскочил и, подав мне руку, помог встать.

Граф кивнул виконту с едва заметной тенью одобрения, его взгляд скользнул по мне, словно оценивая каждую деталь моего наряда и поведения. В его глазах мелькнула искра добродушной улыбки, но за ней скрывалась легкая ирония, которую я не смогла уловить.

— Вы выглядите великолепно, баронесса, — произнес он с паузой, будто подбирая слова. Его тон был вежливым, но в нем чувствовалась нотка снисходительности, словно он уже знал обо мне что-то, о чём я ещё даже и не догадывалась.