Чтение онлайн

В конечном счёте, в её дворе произошло убийство, а этот «специальный агент» даже не удосужился проинформировать её о ходе расследования? Он совершенно не соответствовал образу героя из любовных романов: герои снимали проклятия или, по крайней мере, боролись с ними; они не игнорировали вас в самые критические моменты вашей жизни.

Помимо ревнивого парня или мужа, у Фионы была ещё одна версия, которую они обсуждали в пятницу вечером, когда вязали у Джейн дома, — это было их еженедельной традицией. Подруга предположила, что убийство мог совершить кто-то из клиники. По слухам, за день до этого среди персонала вспыхнула какая-то ссора.

Любимая Фиона не только поделилась информацией, но и передала контакт нового специалиста по безопасности в городе, готового работать за скромную плату. Вот только владелец «Охраны «Персикового штата [11] » также не перезвонил Джейн. Неужели она была настолько незначительна?

Ну и пожалуйста! Вперёд и с песней! Джейн решила взять дело в свои руки. Если Конрад — спецагент Райан — считал её подозреваемой, пусть. Она сама раскроет убийство и очистит своё доброе имя. И вдобавок положит конец позору, пятнающему наследие её семьи.

Эти самые настоящие идиоты из кладбища «Аврелиан-Хиллз» стали распространять слухи в «Хедлайнере», утверждая, что «гостям» в «Саду Памяти» больше не безопасно и что «вторжения в подземные обители» стали там частым явлением. Джейн стиснула зубы.

На пассажирском сиденье лежала запеканка, завёрнутая в фольгу. Никто не мог устоять перед запечённым салатом из красного картофеля от Джейн.

Она припарковалась на круглой подъездной дорожке у дома Хотчкинсов, обратив внимание на скопление машин разных моделей, расцветок и ценовых сегментов, но каждая из них немного пугала её. Ничего себе. Некоторые из автомобилей были помечены неоново-синей аэрозольной краской. Тот же символ геральдической лилии покрывал капоты и двери. Это было намеренно?

«Соберись».

Быстрый поиск в интернете выдал ответ, что в любом убийстве главный подозреваемый — супруг или супруга. Поэтому план Джейн был прост: воспользоваться вековой южной традицией приносить еду тем, кто потерял близких, чтобы осторожно расспросить Тиффани.

«Мой первый официальный допрос».

Это было проще простого. Джейн разговаривала со многими людьми в своей жизни — как с живыми, так и с мёртвыми. Подбирать нужные слова для неё не составляло труда.

Сегодня утром Фиона упомянула некие слухи по телефону. Неужели и в раю случались проблемы?

Глубокий вдох придал Джейн решимости. Перекинув сумочку через плечо, она захватила ещё тёплую запеканку и вышла из катафалка. Лёгкий ветерок, принёсший аромат гиацинтов и азалий, развевал её красивое чёрно-белое платье, купленное по уценке в комиссионке «Tres Chic [12] ».

Дом пугал её больше, чем машины — три этажа роскоши и изящества.

На крытой веранде Джейн убедилась, что не забыла свой блокнот. Отлично. Она заставила уголки рта приподняться в подобие утешительной улыбки, обычно предназначавшейся тем, кто посещал «Сад Памяти», и позвонила в звонок.

К её удивлению, дверь открыла сама Тиффани. Покрасневшие от слёз зелёные глаза внимательно оглядели Джейн. Загорелая кожа вдовы покрылась пятнами, но ни одна прядь её темного боба [13] не выбилась из причёски. Обтягивающее чёрное платье подчёркивало идеальную фигуру.

«Я вижу горе? Или вину? Или и то, и другое?»

Джейн помнила эту молодую женщину как непринужденную законодательницу мод, всегда знавшую, что надеть и что сказать. Судя по приглушённому гулу разговоров, доносившемуся откуда-то изнутри, дом Хотчкинсов был полон гостей. Их количество, казалось, вдвое или даже втрое превышало число припаркованных машин.

— Здравствуй, Тиффани, — начала она со своей самой лучшей улыбки в стиле «Сада Памяти», которая как бы говорила: «Я здесь, чтобы помочь. Всё будет хорошо». — Ты можешь меня не помнить, но мы вместе учились в старшей школе Аврелиан-Хиллз. Вперёд, Шахтёры! В любом случае, я Джейн Лэдлинг, и мне так жаль из-за…

— Ещё одна? — перебила Тиффани, её тон был полон ярости и отчаяния. Она опустила взгляд и топнула ногой. — Ты переспал и с «девочкой с кладбища», Маркус?

По крайней мере, кто-то вспомнил Джейн.

— Я никогда не спала с твоим мужем. Мы едва ли разговаривали. Я просто подумала…

— Мне плевать! Это уже не имеет значения. — Помрачневшая вдова распахнула дверь шире: — Проходи, присоединяйся к остальным.

— Я… спасибо? — Джейн вошла в холл, цокая каблучками по чёрно-белому мрамору, и, пока хозяйка вела её вглубь дома, спросила: — Что случилось с машинами?

— Какая разница?

Тогда ладно, за первый допрос она получила твёрдую двойку.

Чем дальше они продвигались вглубь, тем громче становилась какофония голосов. Тиффани провела Джейн в просторную гостиную, переполненную десятками женщин. Они расположились повсюду: на диване, кушетке и даже на неудобных на вид стульях из красного дерева в стиле королевы Анны, которые кто-то, должно быть, притащил из парадной столовой. Некоторые стояли тут и там, прислонившись к стене, потягивали «Мимозу», а отдельные гостьи открыто плакали.

Оставив Джейн, Тиффани протиснулась сквозь толпу скорбящих. Она налила и осушила стакан у бара в углу. Затем налила ещё. И ещё один. С каждым глотком ярость всё сильнее сотрясала её хрупкое тело. Казалось, алкоголь только подпитывал пламя гнева у неё внутри.

К Джейн подошла симпатичная брюнетка со стеклянным взглядом, одна из тех, кого она помнила по школе, женщина постарше, окончившая школу на несколько лет раньше — Эбигейл Уэйнс. Вернее, теперь Эбигейл Уэйнс-Кирклэнд.

— Я покажу, где Тиффани хранит запеканки, десерты и… что бы это ни было. Холодильник сейчас забит, но мы поставили несколько сумок-холодильников со льдом.

Не дожидаясь ответа Джейн, Эбигейл энергично потянула её за собой на кухню. Все свободные поверхности были заставлены блюдами, накрытыми фольгой.

«Ого, сколько еды», — восхищённо выдохнула Джейн, у которой потекли слюнки. Неужели это и для гостей? Она забыла позавтракать.

— Итак, — произнесла Эбигейл, опираясь бедром о столешницу и скрестив руки на груди. — Старый добрый док и собиратель трупов. Он и тебе делал свои знаменитые инъекции витамина «Д» в смотровых кабинетах?

Что! В кабинете?

— Он никогда… я никогда… только не с ним, клянусь! — С огромным трудом ей удалось протиснуть своё кулинарное творение между чем-то, похожим на манговую сальсу, и лазаньей.

«Ты здесь, чтобы расследовать. Так расследуй!»

Джейн пожевала нижнюю губу, прежде чем спросить:

— А ты получала от него, эм, инъекции?

Брюнетка закатила глаза, как бы говоря: «тебе бы только знать», и вальяжно удалилась.

Ответ был: «да». Джейн очень хотела знать, спала ли Эбигейл с доктором или нет.