Чтение онлайн

заботиться о том, чтобы прокормить себя, надо промышлять:

4 2 4

ТАЙНА 0 3 6 Р А кучум

ловить рыбу, охотиться или ухаживать за хозяйством. Здесь же

можно всё купить на рынке, в магазине. Там, не подготовившись

к промыслу заранее — сети, ловушки, оружие — останешься без

добычи, голодный. В городе не сделал дело сегодня — и ладно,

будет день завтра. Почему так происходит, Уля пока не могла по­

нять, но могла сказать одно, что люди, живущие в городе, и люди,

живущие в тайге, — два разных, даже можно сказать противопо­

ложных сословия, которые смотрят на жизнь по-разному.

Уля не могла понять сути меланхолии, сплетен, коварства,

наконец, к чему склонны люди из более высших слоев общества

от нечего делать. Душа девушки соскучилась по всему тому, что

её когда-то окружало, где она родилась, выросла и просто жила.

Вот и вся суть болезни, лапами голодного шатуна навалившейся

на трепетную, легко восприимчивую душу Ули. Здесь все ответы

на вопросы: почему она стала задумчивой.

Кто знаком с тоской по родным местам, скажет: сам здесь,

а душа там. Так и Уля, прожила в городе всего лишь полтора

месяца и так болезненно перенесла разлуку с родными про­

сторами.

Не спится ей ночью. Чуткие ушки ловят каждый звук: где

пискнет пичуга, предупреждая, что идёт зверь. Поднимет Уля

голову от подушки, в ушах звон. Не потому, что она ничего не

слышит, а потому, что этих родных, естественных, лесных звуков

нет. Вокруг толстые стены спальни, глухая тишина. Вспомнит,

где находится, и разум покрывает чёрная пелена.

Днём в хорошую погоду в глазах появляется мутная рябь.

Не потому, что Уля стала хуже видеть, а потому, что некуда

и не на что смотреть. Самое большое расстояние, на что можно

взглянуть, угол соседнего квартала, а не синь далёких гольцов.

Вокруг незнакомые лица людей да проезжающие повозки.

А вблизи стол, стул, посуда, одежда. А где естественные цвета

и краски жизни?

Чувствует Уля, как притупляется обоняние. Раньше ночью,

в темноте, безошибочно различала деревья, запах зверя, соцве­

тия трав и погоду. Теперь же от постоянного привкуса табака,

краски, женских духов и пудры, застойного воздуха закрытых

помещений она не может понять, из каких трав пчелиный мёд.

425

ВЛАДИМИР топилин

Вначале недопонимала: что такое? Потом удивлялась: почему?

В конце испугалась и растерялась: зачем она здесь?

Как Уля завидовала матери, которая две недели назад уехала

назад на прииск! Казалось, была бы возможность, улетела бы на

крыльях вслед, бросила всё: красивую, сытую жизнь, благопо­

лучие и достаток, уверенное будущее. Счастье — оказаться там,

в далёких горах, где пахнет прохладой каменных курумников, где

тонкое чутьё ласкает терпкий запах лавикты-ягеля, а трепетный

взор гуляет по острым краям гранитных рубцов матово-синих

вершин. Хоть на день! Хоть на час!..

Но стонет душа. Теперь у неё ответственность перед люби­

мым человеком, обязательство быть надежной половинкой до

конца своих дней. Вместе навсегда. И ещё — ответственность

перед будущим. Под сердцем Ули родилось маленькое существо.

Будущий сын или дочь, неважно. Отец — Сергей. А он желает,

чтобы они все вместе жили рядом, в городе.

Скоро, очень скоро они поедут далеко, на родину Сергея,

в далёкий и незнакомый Санкт-Петербург. Где это? Уля не имеет

представления. Одно понимает, что это тоже город, гораздо

больший, чем этот, где она находится. И там нет тайги, нет жи­

вотных, птиц. Сергей рассказывал, что там большие, каменные

дома, мощёные улицы, разводные мосты. Много людей. А это

значит — опять суета, толчея, безраздельная пустота и тоска по

своей тайге. Зачем ей это? Девушка не понимает. Но уже назна­

чено время выезда: начало сентября. Сначала на пароходе. Потом

по железной дороге на быстром поезде. И замкнётся круг. И не

будет ей назад дороги. Уля не представляет себе, как она будет

там жить. Пелагия говорит: «Стерпится — слюбится». Но Уля

и так любит Сергея, горячо, преданно. Однако не может сказать,

что станет с её любовью там, рядом с ним, с будущей семьей, но

вдали от горных просторов.

Практически всё время после выхода из тайги они жили

в доме Вороховых. Уля, Сергей, Пелагия и Ченка. Несмотря на

настойчивую просьбу Кости Фёдорова — гостить у него, сколько

душа пожелает, — Уля всё же предпочла роскошным комнатам го­

степриимного хозяина «простые номера» крёстного отца, Егора

Ворохова. Всё-таки девушка встречалась с братьями на прииске

426

ТА Й Н А озеял кучум

гораздо чаще, чем с Константином, и чувствовала себя намного

увереннее. Здесь не было высокопарных слов, светских манер

в общении, как это было в доме Кости. Жены братьев, в том числе

и Лиза, супруга Фили, были простыми женщинами из таёжных

посёлков. Уля, Сергей, Пелагия и Ченка нисколько не тяготились

их присутствием. А это много значило для представительниц

тайги, которые чувствуют отношение к себе остро.