Тайна поместья Оффорд
Шрифт:
– Господин болен? – спросил суперинтендант, выпустив облачко дыма. – Ему стало хуже?
– Боюсь, что я не уполномочен сообщить какую-либо информацию. Могу лишь сказать, что спуститься он к вам не сможет, – ещё раз повторил слуга.
– Ну что ж, – мужчина затушил трубку и обратился к лорду. – Пройдёмте?
Лорд Хаттон закрыл книгу, убрал её на законное место, поправил костюм, и вместе с сэром Уоррэном спустился на первый этаж.
В столовой их встретил накрытый всего лишь на двух персон стол, у каждого стула замер слуга. Первая смена блюд, принесли горячее – жаркое и рыбу под острым соусом. Лорд Хаттон прекрасно помнил, что и старый Барлоу, и молодой безумно любят именно эти блюда.
– Господин суперинтендант прибыл в поместье по личному делу? – прервал тишину лорд, подцепив вилкой кусочек мяса.
– Меня пригласил молодой Барлоу, – нехотя поддержал беседу сэр Уоррэн. – Так понимаю, и вас тоже.
Учитывая происходящие события, лорд Хаттон прекрасно понимал, для чего суперинтендант почтил своим присутствием гостевой дом. Дело пахло жареным – и нет, сейчас мужчина думал отнюдь не про жаркое, – представитель полиции и благодетель совершенно не случайно встретились в Оффорде. И если это произошло после новой волны слухов, захлестнувшей Каддингтон – значит, Джонатан Барлоу наконец посчитал нужным сделать хоть что-то, чтобы прекратить разрушать репутацию своей семьи.
– Вы здесь один?
– Да. Сэр Барлоу просил меня лично заняться этим делом и не распространяться, – холодно ответил суперинтендант.
Пожилой джентльмен сделал глоток из изящного бокала.
– Надеюсь, молодой Барлоу к завтрему придёт в себя.
– Я тоже. Мне есть, что с ним обсудить, – сэр Уоррэн по-прежнему недоумевал из-за происходящего. Ему казалось, что он крутится на месте, как гончая, потерявшая след.
Десертом послужил пудинг с черносливом, который повар семьи Барлоу готовил великолепно.
Закончив трапезу, лорд встал из-за стола.
– Сэр Уоррэн, если вы не против, я пройду к себе в комнату.
Суперинтендант кивнул – кажется, больше своим мыслям, чем господину Хаттону, – и аристократ покинул столовую и своего угрюмого собеседника.
Но так скоро попасть в свою комнату ему было не суждено. Едва лорд ступил на лестницу, этажом выше раздался пронзительный женский крик. Настолько громкий, что даже оставшийся в столовой суперинтендант поспешил на звук. Слуги, зажигавшие светильники в холле, переглянулись. Перешагивая ступеньки через одну, Джеймс быстро нагнал, а затем и опередил благородного господина. Достигнув второго этажа, суперинтендант, молчаливый и сосредоточенный, нырнул в коридор.
Дрожащая горничная, едва освещаемая светом из окон, прижалась к стене. У её ног в лунном свете поблёскивал поднос, а бывшее его содержимое разлетелось по полу. Готовился вечерний чай для гостей. Теперь на полу блестели фарфоровые осколки и лужицы, которые медленно впитывались в шикарный ковёр.
– Там, оно там… – шептала девушка, вглядываясь куда-то вперёд.
Джеймс оглянулся. Диванчик у распахнутого окна, тюль колышется на ветру.
Суперинтендант быстрым взглядом окинул горничную. Никаких заметных травм он не обнаружил. Да, девушка была бледна, как мелованная бумага, и дрожала, как лист на ветру, но ничего тревожного. Сэр Уоррэн, осторожно ступая по ковру и низко наклонившись, пробрался к распахнутому окну: следов не было нигде, даже на широком подоконнике. Полицейский, держась рукой за раму, подался вперёд, насколько это было возможно и безопасно.
Крепкие осенние сумерки уже опустились на сад, в котором слуги успели зажечь фонари. В тенях, иногда выходя на свет, мелькала фигура садовника. Он проходил вокруг кустов, осматривал их, некоторые укрывал тканью – возможно, чутьё подсказывало, что грядут заморозки. Почувствовав на себе внимательный взгляд, слуга оглянулся, заметил наблюдающего за ним господина и поклонился, коснувшись котелка. Больше в саду никого не было. Луна, выглядывающая из облаков, и фонари освещали совершенно пустынную дорожку.
Суперинтендант, оперевшись теперь на низкий подоконник, свесился, вглядываясь в тени внизу: деревья и кусты прямо под окном не сломаны. Следующая посетившая мысль заставила Джеймса взглянуть на карнизы. Небольшие, очень узкие. Кто-то совсем маленький смог бы по ним пройти, но например такому, как сам суперинтендант, это будет совершить невероятно. Даже крошечная девушка, как дрожащая горничная, столкнётся с определёнными трудностями, если попытается пройти по карнизу и скрыться в окне другой комнаты.
– Сэр, – крикнул суперинтендант садовнику, – не видели ли вы что-нибудь подозрительное? Или, возможно, слышали?
Садовник растерянно оглянулся.
– Здесь всё в порядке, сэр. Обычный вечерний обход. Проверяю, какие цветы нужно укрыть. Чувствуете – холодновато, ветер поменялся.
– Действительно, – сэр Уоррэн прикрыл створки, сделав предположение, что рассеянные слуги не закрыли окно на задвижку, и его распахнул всего лишь порыв ветра.
Пять своих крупных шагов насчитал суперинтендант, возвращаясь к прижимающейся к стене горничной.
– Как вас зовут, мисс?
– Лиззи… Лиззи Смит, сэр, – еле слышным шёпотом ответила девушка.
– Что случилось, Лиззи, что вы видели?
– Зверь. Он был за окном. Большой зверь. Это было не обычное животное.
– Как оно выглядело?
Горничная нервно оглянулась на лорда Хаттона. Точнее, на того, кто оказался позади немолодого мужчины.
– Элизабет, – на неё строго смотрел Чарльз, а девушка вздрогнула от обращения к ней. – Собери, пожалуйста, осколки.
Лиззи тут же подчинилась указанию старшего слуги и принялась собирать разлетевшиеся кружки.
– Что-то случилось, сэр? – обратился дворецкий к суперинтенданту.
– Я опрашиваю горничную и как раз пытаюсь это выяснить.
– Лорд Хаттон? – Чарльз подошёл к молчаливо стоявшему лорду.
– Мы просто услышали крик. Сэр Уоррэн прибыл раньше, я поднялся несколько минут назад и обнаружил девушку, замершую у стены, – задумчиво произнёс тот.
– Лиззи бывает крайне неуклюжа, – девушка вздрогнула от упоминания своего имени, чуть снова не выронив чайный набор. – Это так, Элизабет? – строго спросил дворецкий.
Лиззи перевела испуганный взгляд на Чарльза и кивнула.
Сэр Уоррэн шагнул, заслоняя собой горничную, чем привлёк внимание старшего слуги.
– Сэр? – Чарльз слегка нахмурился.
– Что вы здесь делали? – обратился Джеймс к девушке, игнорируя присутствие Чарльза.
Элизабет подняла испуганные глаза на высокого джентльмена, но продолжала молчать, не получив разрешения от дворецкого. Суперинтендант обернулся, встретившись взглядом с невозмутимым Чарльзом. Что бы ни делал Джеймс, этикет не позволял допрашивать слуг без разрешения дворецкого или, например, лорда Хаттона. Второй мужчина не планировал поддержать идею сэра Уоррэна донимать вопросами неуклюжую служанку. Ничего страшного не произошло, а за лёгкий конфуз её отчитает дворецкий, когда гости оставят их.