Тайна старой штольни
Шрифт:
Батыр жил у реки в двухквартирном доме, сложенном из диких камней. Во дворе у Них бегала большая черная овчарка.
Ребята обошли дом и чтобы не потревожить овчарку, подошли к забору со стороны реки. Нариман ощупью нашел бечевку, отвязал ее от доски и потянул на себя. Полметра бечевка тянулась свободно, а потом вдруг задержалась. Напрасно ребята ждали, что в комнате Батыра вот-вот зажжется свет, но свет не загорался, и стало ясно, что Батыр вовсе не собирается вставать.
– Ну-ка, взяли вместе!- шепотом сказал Нариман.
Все ухватились за бечевку и разом изо всех сил дернули. Бечевка лопнула, и ребята кубарем полетели в воду.
Через минуту в комнате зажегся свет, и в форточке появилась голова Батыра.
– Кто там?
– Ты вылезай сюда,- пригрозил ему мокрый, дрожащий Булат,- вылезай, мы тебе покажем кто…
Голова Батыра исчезла, и когда изрядно продрогшие ребята собирались пойти без него, в форточке показались ноги Батыра. Толстяк висел в воздухе, схваченный четырехугольной рамкой форточки и выделывал ногами самые замысловатые фигуры.
– Я пойду вытащу его,- шепотом сказал Нариман.
Роза схватила его за руку.
– Смотри!
Из-за угла дома выскочила огромная овчарка и, став передними лапами на подоконник, стала водить носом вслед за ногами Батыра.
Неизвестно, чем бы закончилась вся эта история, если бы не овчарка: Батыр нечаянно задел ее сандалией по носу и она, оскалив зубы, схватила его за штанину и дернула на себя. Батыр вылетел из форточки и мешком плюхнулся на землю. С минуту он лежал неподвижно, потом нехотя встал и поплелся к калитке.
– Ты что, с завязанными руками лез, что ли?- встретил его Булат.
– Да нет, заняты были. Не мог же бросить это,- сунул Батыр под нос Булату пышную булочку.
– Нельзя было бросить…- передразнил его Булат,- ты уверен, что этого тебе хватит до Северного полюса?
– При чем тут Северный полюс?- удивился Батыр.
– Спорить будете завтра!- остановил их Нариман.- Все в сборе? Пошли.
Ребята быстрыми шагами двинулись за Нариманом. Возле ледокола Нариман остановился.
– Все, дальше никаких разговоров! Ты, Булат, подберешься к бочкам, сядешь между ними и будешь следить за сторожем. Если он выйдет из будки, сразу подавай сигнал, понял?
– А какой мне подать сигнал, свистнуть?
– Свистеть не надо, лучше мяукни. А теперь иди, только смотри, осторожно, без шума…
Булат пробежал метров двадцать и потом упал па землю и пополз по-пластунски. Когда Булат был уже у самых бочек, Батыр бросился за ним.
– Вернись! Вернись, слышишь!- сердито крикнул ему вслед Нариман.
Батыр нехотя вернулся.
– Ты что, все дело хочешь испортить?
– А чего он мой завтрак с собой утащил?
– Ладно, один час потерпишь, не умрешь.
Булат добрался до бочек, залез в одну из них и послал фонариком в сторону ледокола два коротких световых сигнала.
– Пошли,- шепотом приказал Нариман, и ребята один за другим, низко пригнувшись к земле, бросились вперед.
До места добежали благополучно. Все лежало так, как оставили. Каски и фонари сложили в один мешок, отбойный молоток в другой и бесшумно поползли назад.
Отряд уже лежал за ледоколом, когда со стороны бочек донесся жалобный кошачий дискант.
Роза схватила Наримана за руку.
– Неужели он не заметил, что мы уже уползли?
Булат действительно ничего не заметил. Пока он поудобнее устраивался в бочке, ребята успели уже вернуться назад.
Устроившись, Булат осторожно выглянул и замер: держа ружье наперевес, в сторону ребят шагал сторож. Булат нырнул в бочку и трижды громко промяукал.
Кошачий вой не оказал на сторожа никакого действия. Он спокойно дошел до железной кучи и повернул назад. Булат выглянул вторично - теперь сторож шел прямо на него.
Булат торопливо надвинул крышку на голову и притих.
Больше всего он боялся, что сторож услышит громкий стук его сердца.
Он уткнулся головой в колени и старался не дышать.
Сторож тем временем подошел к бочке, сел на нее, положил рядом ружье, достал из кармана кисет с махоркой и стал неторопливо свертывать цигарку.
Ребята успели уже отнести добычу к Розе и вернуться, а Булата все еще не было. Батыр даже мяукнул несколько раз, но ответа не последовало.
Над рудником взошло солнце. Со стороны города прилетел кукурузник, сбросил свежие газеты и почту.
Из будки с котелком в руках вышел сторож и направился в автобазу за кипятком, а Булата все не было.
– Он, наверно, сидит в бочке и боится нос показать,- сказала Роза. Пойдемте, пока сторожа нет, вытащим его оттуда.
Первым до бочек добежал Батыр.
– Сюда! Сюда!- замахал он рукой.
Все бросились к Батыру. Он снял с бочки крышку: на дне бочки, свернувшись калачиком, спал Булат, а рядом лежала съеденная наполовину булка Батыра…
На ледоколе было устроено небольшое совещание. Добычу решили перенести к тете Дусе и там отремонтировать. Каски, фонари и отбойный молоток уложили в старую тачку и по очереди покатили по дороге.
Ремонт затянулся до обеда. Первым делом восстановили отбойный молоток: нашли в дровах подходящую по размерам чурку, разрубили ее посредине, гнилую сердцевину выбрали и обе половинки насадили на ломик молотка. Потом Гриша (так звали Очкарика) принес моток алюминиевой проволоки и баночку черного лака. Новый деревянный кожух молотка плотно обмотали проволокой, закрасили лаком и выставили на солнце сушиться.
После молотка приступили к ремонту касок и фонарей. Их по возможности выпрямили, очистили от грязи, покрасили и выставили рядом с молотком на солнце…
На другой день за двадцать минут до назначенного срока участники операции «Страшная месть» были в сборе. Булат потрогал пальцем густо накрашенную каску, лак к пальцам не приставал. Булат снял каску с изгороди, надел на голову и взял в руки отбойный молоток.
– Похож я на шахтера?
Ребята сняли с забора высохшие каски, фонари и сложили их на столе. Раздел инвентаря был поручен Нариману.