Тайна старой штольни
Шрифт:
Тут уж не выдержала Роза.
– Скажите, вы ничего не слыхали про угольную штольню?
– Нет, не слыхал.
Ребята наперебой бросились рассказывать незнакомцу о штольне. Тот засмеялся и замахал руками.
– Погодите, не все сразу. Ну вот вы,- показал он на Розу,- вы расскажите.
Роза подробно рассказала все, что знала об угольной штольне. Мужчина слушал очень внимательно, не перебивая. Когда Роза закончила рассказ, он втоптал окурок в землю и поднялся.
– Интересно, очень интересно. Но найти эту штольню будет совсем не легко… Так вот, дорогие мои шахтеры, зовут меня Павел Иванович, живу я на правом берегу в новом финском домике. Если вы хотите, чтобы я оказал вам посильную помощь, милости прошу завтра вечером ко мне в гости. Мы подумаем вместе, как нам быстрее отыскать вашу штольню.
Домой ребята возвращались усталые, испачканные, голодные. Впереди всех катил пустую тачку Батыр. Возле дома их встретила тетя Дуся.
– Боже ты мой! На кого это вы похожи? И каски, и фонари: ну прямо шахтеры!
– А вот приедет мой дедушка, я его попрошу, чтобы он отдал мне свою куртку и сапоги - вот тогда я буду совсем как настоящий шахтер,- похвастался Булат.
Он хотел еще что-то сказать, но каска съехала ему на нос.
– Да сними ты ее,- рассмеялась Роза,- а то нос только и видно.
– Не надо снимать, лучше вот так надень,- Батыр повернул каску задом наперед.
– Хватит вам над парнем измываться,- сказала тетя Дуся,- идите лучше чай пить…
Ребята разошлись поздно вечером. Тетя Дуся стала убирать со стола, а Нариман отправился спать.
Он аккуратно постелил постель, достал из кармана гвоздь, вставил его в отверстие против цифры «восемь», заглянул под кровать - вторая половина агрегата отсутствовала.
Нариман выглянул в дверь.
– Тетя Дуся, а где мой…
– Выкинула. Перед соседями стыдно, что это вы, говорят, каждый день матрац сушите?
Она подошла к комоду, выдвинула верхний ящик и достала небольшую коробку.
– На вот.
Нариман открыл коробку и вытащил оттуда новенький синий будильник.
– Спасибо,тетя Дуся.
Он завел будильник, поставил стрелку на восемь часов и лег.
– Спокойной ночи, тетя Дуся!
– Спокойной ночи, спи…
Засыпая, Нариман подумал, что пора ему уже возвращаться в детдом. Он пытался сосчитать, сколько же дней он уже на руднике? Пытался, но не мог. Вдруг ему показалось, что он уже давным-давно живет тут, что не было никакой войны, и что если он встанет сейчас и заглянет в большую-комнату, то обязательно увидит за столом отца, мать. Она улыбнется Нариману и скажет:
– Спи, глупышка, мы же тут, мы никуда не уходим…
Нариман вытер концом простыни капельки, неизвестно откуда упавшие вдруг на щеку, повернулся на правый бок и уснул.
После обеда Нариман пошел к Розе. Шел он на этот раз верхом, по главной дороге. Он все еще надеялся встретить майора. И потом вообще интереснее было ходить по главной дороге: по ней шли со смены шахтеры, проезжали машины, груженные лесом.
Не доходя до управления, Нариман повернул направо, обошел управление и остановился. Вчера еще был тут пустырь, заросший густой травой, а сегодня рабочие уже снимали опалубку с высокого фундамента. Нариман подошел к одному из рабочих и спросил:
– Скажите пожалуйста, а что тут будет?
Рабочий повернулся и вздрогнул.
– Школа будет,- сказал он и тут же отвернулся.
Нариман не спеша уходил от стройки и все думал,
где он мог видеть этого рабочего?
Нариман подошел к Розиному дому, но опять так и не вспомнил, где он встречался с этим человеком.
В комнате у Розы сидели Гриша с Батыром и увлеченно листали книги по горному делу. Нариман подсел к ним и стал рассматривать штольни и шахты, а потом, когда увидел на снимке белый двухэтажный дом, вспомнил о школе.
– Угадайте, что я сегодня видел?
– Буровые новые поставили?
– А тебе только буровые и снятся, тебе бы мальчишкой быть, а не девчонкой.
– Кинопередвижка приехала?- спросил Гриша, неохотно отрываясь от книги.
– Школу начали строить.
– Где?- подскочили все разом.
– На пустыре за управлением!..
Не успели ребята удивиться, как в комнату вихрем влетел Булат и, прыгая на одной ноге, запел:
– А что я знаю! А что я знаю!
– Что ты знаешь?
– Дашь варенья, скажу.
– Школу, что ли, начали строить?
– А-а… откуда вы знаете?
– У тебя на лбу написано!- засмеялся Батыр. Булат подошел к зеркалу и внимательно посмотрел на свой лоб.
Когда ребята подошли к стройке, рабочие уже установили леса и с четырех сторон начали выводить углы. Ребята сгрудились у самых лесов и, не отрывая глаз, смотрели, как ловко ложатся кирпичи один на другой, поднимая все выше и выше торопливую лесенку.
Когда у рабочего кончился раствор, он отложил в сторону мастерок и повернулся к ребятам:
– Помогать пришли?
– А возьмете?
– Возьмем, почему же не взять? Приходите дня через три-четыре, когда внутренние стены начнем выводить, тогда нам помощники во как будут нужны. А пока гуляйте.
Ребята хотели уже уходить, как вдруг Булат нырнул под леса и замер там.
– Ты чего, Булка?- удивилась Роза.
Булат приложил палец к губам и показал на дорогу, где с ружьем в руках шагал сторож.
– Эх ты, трусишка,- засмеялся Батыр.- Нашел чего пугаться, вылазь!
Булат выбрался из-под лесов, отряхнулся.
– А вдруг бы он узнал меня?
– Как он мог узнать тебя, если ты в бочке сидел? Ребята договорились встретиться вечером у висячего моста и разошлись. Роза пошла с Нариманом.
– Ты что собираешься делать дома, может, пойдем купаться?
– Надо рубашку выстирать, не пойду же я в такой грязной.
Пока Нариман разжигал мангал, Роза сходила на речку за водой. Потом Нариман выволок из сарая корыто, вытащил из кармана рубашки маленькую потертую фотографию, а рубашку бросил в корыто.
Роза взяла со стола фото и стала его рассматривать.
– Кто это, Нариман?
– Мой папа.
– А где он сейчас?
– Не знаю. Последнее письмо я получил перед тем, как пришли немцы. Я написал в Симферополь, туда, где мы раньше жили… Если бы найти майора…
– А ты больше никуда не писал?
– Нет.
– Знаешь что? Давай напишем письмо в министерство… Ой, забыла, как оно называется, ну то самое, которое войной заведует!
– Обороны?
– Ага! Напишем?
Нариман достал бумагу, чернила, ручку.