Чтение онлайн

— Ученые изучают ее проклятие?

— Да, даже если сами об этом не подозревают… Так что они останутся до того момента, пока проклятие не будет полностью снято.

Он замолчал, сосредоточившись на дороге, но почему-то не верилось в это его равнодушие, и я все же решилась на вопрос:

— Мари похитила людей. Держит их в неведении. А вы не собираетесь их спасать, потому что это «лишит ее надежды»? — произнесла я, глядя на мужчину в зеркало заднего вида.

— Да.

Растерянно оглядевшись, не зная, что и сказать, я сделала глоток чая, а Николя все также сидел, изображая статую.

— Ее прокляли из-за вас?

— Из-за моей силы и способностей, — поправил он.

Голос его будто слегка изменился:

— Я знаю, как управлять временем. Возможно, единственный во всем мире. Но ни с кем и ни за что не поделюсь этим знанием. Даже с сестрой.

— Мари ваша сестра?!

Николя весело хмыкнул:

— Не похожи?

— Даже не задумывалась над этим. Мне говорили… Рассказывали…

— Что она — моя возлюбленная? — подсказал он. — Мы решили больше не подвергать ее опасности. Чтобы никто не смог влиять через нее на меня. А так все считают, что она меня больше не интересует, и не трогают.

— Как все непросто и запутанно, — качнула я головой.

— Так и есть. Я не просто странствую по миру, а ищу способ снять проклятие. Хотя ей кажется, что я про нее забыл. Поэтому сестра и не отпускала тебя. Прости. Это моя вина.

Не зная, как реагировать на последнее высказывание, я невнятно буркнула нечто вроде «ничего страшного», уткнувшись в кружку с остатками чая.

Машина продолжала неспешно ехать по зимнему лесу. А перед глазами проносились все те дни, когда я работала с Мари. Если бы не ее позиция «всех впускаю, никого не выпускаю», то все было бы хорошо… Ее непростой характер мне был известен еще по настольным играм. Может, мы сможем продолжить общение, когда она успокоится? Ведь ей и впрямь одиноко. Может, смерть мне не грозила, а ребята просто не были в курсе, как все происходит на самом деле. Может…

— …Так я смогу навестить Кузьму и… Мари?

— Не понимаю я вас, женщин, — отстраненно отозвался Николя. — Она тебя чуть не убила, а ты рвешься вновь встретиться с ней.

Я машинально потерла шею. Размышляя, стоит мне признаться, в том что то ли после сна, в который перетек обморок, то ли после травяного сбора, негативные эмоции притупились. Так бывает, когда конфликт произошел очень давно. Ты помнишь, что он был, но уже не реагируешь так остро. Замерла, осознавая.

Уточнять сколько я на этот раз валялась без сознания, пожалуй, не буду. Останусь в блаженном неведении. Вдруг скажут, что год? Да и какая разница?..

— Она и в картах постоянно пыталась жульничать, но играть я с ней от этого не перестала, — я пожала плечами.

— Отличное сравнение, — фыркнул мужчина и резко поднял взгляд на зеркало, чуть прищурившись. — Женя, а ну-ка, подай мне свой термос. Посмотрим, что сюда намешали.

Помедлив, протянула требуемое. Николя, придерживая руль одной рукой, принюхался к содержимому:

— Какие они молодцы.

— Они?

— Отвар тебе явно не только Кузьма заваривал. Мари наговор на возвращение читала.

Я задумалась.

— Это значит, что возвращаться нельзя? — предположила я неуверенно.

— Это значит, что тебя не убьют, как только увидят. Возможно, не выпустят, но жить будешь, — со смешком отозвался мужчина. — А я уж опасался, что она меня не простит…

Мы опять встретились взглядами в зеркале. Николя тяжело вздохнул и опять стал смотреть на дорогу.

— Знаешь, мне было интересно, как это произойдет… — внезапно произнес он. — Не думал, что я сам… — мужчина замолчал, глянув на меня через зеркало вновь. — Я дам тебе ключ. Его можно вставить в любую дверь, и она перенесет тебя к дому Мари. Но пользоваться им я разрешаю тебе только через пару месяцев, а лучше через полгода. Пусть сестренка остынет и соскучится, — он опять тяжело вздохнул.

Я посмотрела вперед, где навстречу автомобилю летел хлопьями снег, и совершенно непонятно, как Николай хоть что-то видит сквозь него.

— Вы думаете, мне стоит им воспользоваться?

В зеркале мне было отлично видно, как он усмехнулся, произнося:

— Так или иначе ты вновь окажешься у Мари, и лучше пусть это будет под моим контролем.

— В каком смысле?

— Я почувствую, когда это произойдет в первый раз, и когда в последний.

Я непонимающе посмотрела на него, но он больше не поднимал взгляд на зеркало.

— Поспи, Женя, ты устала.

Машинально закрыв термос и убрав его в кармашек за сидением, я зевнула, растягиваясь на заднем сидении.

— Мы встретимся еще?

В ответ раздался приглушенный смешок, и сквозь накатывающий сон я услышала:

— Обязательно.

— Женечка, здравствуй, дорогая! — я улыбнулась постоянной посетительнице. — Как же я давно здесь не была! Последний раз тут все было украшено к Новому году… Ох, а форма то как у тебя изменилась.

— Здравствуйте, Лидия Дмитриевна. Я уже давно здесь не работаю. Сегодня тут в качестве гостя.

— Ох, а хозяйка как восприняла твое появление? Не было конфликта? А то помню, как она ругалась, когда ты уехала.

Женщина укоризненно посмотрела на меня, покачав головой.

— Я здесь уже не первый раз появляюсь. Мы с ней поговорили и все уладили.

— Вот и хорошо. Ты уж не зли её больше, — собеседница похлопала меня по руке и, заметив освободившийся столик, заторопилась. — Пойду я, Женечка. Хорошего тебе дня.

Попрощавшись, я проследила, как она посеменила к дальней части кафе, огибая остальных посетителей, как к ней шустро подбегает новенькая девочку, протягивая меню…

Пригубив кофе, я с лёгкой ностальгией вспоминала, как сама суетилась здесь, собирая заказы. Если подумать, как это было давно…

Я так и не поняла сколько же провела в кафе у Мари. Год? Больше?

Тогда, несколько месяцев назад, стоило Николя остановится возле моего дома, и разбудить, я поняла, что не смогу вернуться на работу, о которой чуть не забыла.

Зайдя в свою скромную однушку и кинув рюкзак с вещами на пол, первым делом я позвонила родителям и, едва сдерживая слезы, сказала, как люблю их и скучаю.

… Оказалось, что звонила я до этого «два дня назад». Перепугавшись, что со мной что-то случилось, мама предложила поменять билеты, и, если мне так плохо, приехать «вот прямо сейчас». Думала я от силы минуту, после чего согласилась.

Было странно оказаться вновь дома. Все казалось незнакомым, чужим. Я не могла побороть в себе чувство растерянности, не понимала, что делать дальше. С глухой тоской я вспоминала о Мари и ее кафе, где не нужно было принимать решений, где все было просто и понятно…