Чтение онлайн

— Мы с вами знакомы? — хмуро уточнило у меня помятое щетинистое лицо, просунувшееся в дверную щель.

— Еще нет, — преувеличенно бодро начала я.

Прям чувствую, еще немного, и я начну, истерично подхихикивая, предлагать ему купить пылесос. Кто знает, как убрать из голоса лишний энтузиазм?

— Меня зовут Женя, я ваша соседка со второго этажа, — после глубоко вдоха, наконец произнесла я.

Меня смерили внимательным недружелюбным взглядом.

— Здесь всего два этажа, уточнение было лишним.

Я удивленно вскинула брови, но промолчала. Надеюсь, он не спросит, в какой конкретно комнате я проживаю.

Повисла тишина. «Сосед» не спешил начинать разговор, я же судорожно подбирала слова. В голову приходили только дурацкие варианты типа: «Соцопрос. Как давно вы тут? Как поживаете? Вид из окна не наскучил?». Почему я не могу заранее продумать речь? Ах да, потому что я не следую намеченному плану.

— В общем, я просто хотела с вами познакомиться, — пожала плечами, на его требовательный взгляд. — Интересно было, чем вы сейчас занимаетесь. В профессиональном плане, конечно.

— Так вы из тех, кто втирается в доверие и крадет чужие наработки? — собеседник сощурился, расплывшись в довольной ухмылке. — Я знал, что мои работы востребованы. Вы ничего не получите, так и знайте. У меня все зашифровано! Ха!

Дверь с грохотом захлопнулась передо мной.

Озадаченно покосившись на нее, я на всякий случай сделала шаг назад. Вдруг этот милый человек подумает, что я подглядываю в замочную скважину, и попытается поймать шпиона. Я не хочу, чтобы меня ловили и каким-либо образом обезвреживали.

Постояв перед закрытой дверью еще с минуту, я все же пришла к выводу, что разговор окончен. Вряд ли он вдруг выскочит и извинится за свое поведение.

Подавив желание почесать затылок и покосившись на три оставшиеся двери, я задумалась: эти беседы мне точно нужны? И не давай себе времени ответить на этот вопрос, постучала в следующую дверь.

Открывали мне чуть дольше, и я увидела в этом добрый знак. Может, этот жилец не высматривает похитителей возле входа?

— Здравствуете, мадмуазель, — поздоровался со мной мужчина лет сорока. — Могу вам чем-то помочь?

— Добрый день. Я ваша новая соседка, решила познакомиться, — натянуто улыбнулась ему.

— Очень приятно, Карл Дюбуа, — он ловко подхватил мою руку и поцеловал кончики пальцев.

— Эм, взаимно, — смутившись, я аккуратно забрала свою руку. — Евгения Савина.

Переступила с ноги на ногу и неловко продолжила:

— Не хотите выпить кофе и поговорить?

— Как я могу возражать? — показательно удивился он. — Вам, вероятно, интересен мой профиль работы?

— С удовольствием послушаю об этом. Если это не тайна, конечно, — поспешно добавила я, невольно покосившись на предыдущую дверь.

— О, уже познакомились с Феликсом? — добродушно рассмеялся мужчина. — Не переживайте, он всегда такой. С ним общий язык может найти только Мари. Я же исследую редкие формы растений и их полезные свойства. Запасы Мари — безграничны, а главное, она совершенно не против моих изысканий. Чудесная женщина.

— Да, просто невероятная, — подтвердила я со смешком.

Мужчина обвел меня взглядом и покачал головой.

— Вы, вероятно, тут совсем недавно. Предлагаю перейти на «ты» и пройти на кухню.

— Буду рада.

Карл вышел, чуть нагнувшись, чтобы не задеть дверной косяк, и элегантно предложил мне локоть.

Кухня располагалась также на третьем этаже. Вот и открылась тайна еще одной двери. Значит, остался еще один постоялец.

В комнате обстановка была такой же, даже электрический чайник стоял на своем месте. Любопытно, есть ли здесь жильцы из начала двадцатого века? Как они воспринимают наличие электричества?

— Без лишней скромности замечу, я великолепно готовлю кофе, — собеседник свободно ориентировался на кухне, выставляя турку, бумажный пакет с уже помолотым кофе и различные приправы на стол. Из-за почти официального вида — брюк и белой выглаженной рубашки — он казался чужеродным элементом в крошечной кухне.

— Я попал сюда в восемьдесят шестом. Как пользоваться плитой, мне известно, — ответил на незаданный вопрос Карл, заметив, как я покосилась на чайник.

— Почему вы решили здесь… остаться? — наблюдая за уверенными движениями, поинтересовалась я.

— Сложный вопрос, — мужчина, налив воду в турку, включил газ. — Это было давно, и кое-что стерлось из моей памяти. Вероятно, была какая-то серьезная причина. Кто знает, может я был смертельно болен, а Мари предложила спасение?

Он тряхнул головой, будто отгоняя навязчивую мысль.

— Я был постоянным посетителем этого кафе, сколько себя помню. Ты же знаешь, что места сюда передаются по наследству? Мой пропуск был указан в завещании. Как же все мне завидовали…

Карл усмехнулся и подмигнул мне, засыпая кофе в турку.

— С Мари у нас почти сразу завязались весьма теплые отношения, поэтому я не удивлен, что она меня спасла, — он словно запнулся, посмотрев в окно, но тут же продолжил, регулируя подачу газа на плите. — Точно спасла. А как тут очутилась ты?

Мой рассказ в общих чертах собеседника удивил. По его словам никакого Николая, Николя или Николоса он не знает и не представляет, кому позволено приводить посторонних в кафе к «дорогой Мари».

Проговорили мы с Карлом недолго. Едва приготовив мне кофе, он, извинившись, стремительно ушел искать «хозяйку чудесной кофейни». Кажется, благодаря мне Мари ждет не очень удобная сцена. Самое время сказать: «Упс».

Чтобы не стать невольным свидетелем почти семейной разборок, подхватив лежащий в вазе мандарин, я решила прогуляться. Кажется, это первый раз, когда я выхожу на улицу одна.

Погода была чудесная, теплая. Снег хлопьями падал с небес. Надеюсь, сегодня я не застану момент, как погода, повинуясь желанию Мари, резко изменится.

Путь до поляны, к которой мы постоянно ходили, я помнила отлично. Почему я шла именно туда? В голове всплывала фраза: «Переходить нельзя». Вот я, взбунтовавшись, и хотела попробовать это изменить.

Все принимали за аксиому, что контракт заключен, а значит нерасторжим. Может, в мире магии действительно все так, но мне так и не сказали об ужасных последствиях его нарушения. Интересно, это что-то вроде «и не сносить ему головы»? Подобного вроде не произносилось.

Все тот же заснеженный лес с будто почищенной кем-то тропинкой вывел меня на полянку.