Чтение онлайн

— Слишком просто, — попыталась пошутить я.

Эштон не разделял моего настроя. Он хмуро огляделся, поднял голову, осматривая дом над нами.

— Здесь не так безопасно, как кажется, — тихо ответил он.

Я проследила за его взглядом. Действительно, над нами висела перекошенная конструкция, готовая рухнуть в любой момент. Возможно, десять лет назад тут было иначе, но время не щадило это место. Теперь каждое неосторожное движение могло обернуться бедой. Даже говорить вслух стало страшно.

Эштон вошел в дверь первым, и я поспешила за ним.

Короткий коридор вел вниз. Помещение состояло из двух комнат и полностью располагалось под землей. Убежище.

В первой нашелся старый диван, два стола, заваленных бумагами, и старинная лампа, покрытая пылью. За парой досок — уборная без воды. Во второй комнате были шкафы, полки и еще больше бумаг. На первый взгляд выглядело, что кто-то устроил здесь обыск: вещи разбросаны, стены обклеены записями, часть из которых сорвана… Но, приглядевшись, я поняла, что это не так. Да, здесь был жуткий беспорядок, но он подчинялся каким-то неведомым условиям. Творческий беспорядок моего отца.

— Нужно искать все, что связано с куполом. — Эштон напомнил, что время поджимает.

Мы переглянулись и разошлись по разным комнатам.

Я не знала, с чего начать, поэтому опустилась на колени у первой же стопки бумаг. Мое внимание привлекли старые магические снимки, краешки которых виднелись из-под листов. Они почти не портились от времени, а запечатленные на них лица все еще дышали жизнью. Я взяла их в руки, провела пальцем по чуть шершавой поверхности и принялась рассматривать.

На некоторых снимках был мой отец — в молодости, с семьей, со мной еще совсем маленькой. Его лицо — теплое, улыбающееся. Да, таким я его и помнила. Воспоминания всплывали обрывками, соединялись в цельную картину. Его руки, его голос, его взгляд. Но не его смех… Его смех был для меня потерян.

Слезы выступили на глазах, но я не позволила им пролиться. Не время и не место, чтобы терять самообладание, предаваясь ностальгии. Но ком в горле рос, и я не могла вдохнуть. Осторожно провела пальцем по фигуре отца на снимке, словно он мог почувствовать мое прикосновение.

Рядом с ним стояли коллеги, друзья, люди, чьих имен я не знала. Они были мне не знакомы, но я продолжала перебираться снимки, вглядываясь в надежде, что в памяти шевельнется что-то давно забытое, пока наконец не остановилась на одном…

Отец стоял рядом с молодым парнем в форме помощника магическо-технической службы. Форма выглядела совершенно новой, совсем как у Лии. Первый день для этого адепта?

Черты лица парня почудились смутно знакомыми, но ничего в голове не всплыло.

Снимок вызывал у меня необъяснимое беспокойство. Я осторожно свернула его и спрятала в карман.

Вскоре мы уже сидели на полу, окруженные кипами старых бумаг. Пыль оседала на одежду, а пальцы слегка саднило от пересушенных страниц. Перед нами были развернуты настоящие сокровища — рабочие записи моего отца. Листы с формулами, схемами, чертежами и заклинаниями, которые он создавал специально для своего купола.

Вокруг нас были разбросаны копии отчетов, результаты экспериментов, инструкции по созданию артефактов. Рабочие дневники лежали аккуратной стопкой: тетради с исцарапанными обложками, исписанные мелким почерком.

Я листала страницы, вчитываясь в строки, которые не всегда могла понять, но каждая из них словно открывала передо мной дверь в его мир.

— Смотри, он не только создавал новые заклинания, — Эштон развернул одну из страниц ко мне, и его глаза блестели от восхищения, — но и модифицировал старые. Не думал, что это возможно. Мало кто берется, ведь новые всегда безопаснее. Они не распадаются так легко. Я такого никогда не видел.

— Он говорил, что каждая разработка уникальна. — Я провела пальцем по чертежу, чувствуя шероховатость бумаги. — Отец не верил в универсальные решения. Каждый проект адаптировался под конкретное место, под нужды конкретных людей.

— И это все сам? — Эштон покачал головой. — Один дракон? Невероятно… Он был настоящим гением.

Его слова вызвали во мне странную смесь эмоций. Гордость, боль, радость и грусть. Сколько лет я слушала одни обвинения, одну ложь о том, что он был монстром, который хотел разрушить академию, но главное — лишить Западные земли глав богатых родов. Чтобы — что? На этот вопрос я так и не получила ответа.

И вот теперь, здесь, среди его трудов, я впервые услышала нечто иное.

— Спасибо, — прошептала я, чтобы голос не дрогнул. — Ему много помогали, правда.

— Это не уменьшает заслуг.

Эштон продолжал перелистывать дневники, и его лицо становилось все серьезнее. Время застыло. Дверь мы оставили открытой, и оттуда доносился вой ветра. Того необычного ветра, что нес сюда бурю. Им управляли магические потоки, но он не казался частью этого мира. На пути сюда он старался сбить нас с ног и трепал одежду, но никогда не поднимал песок вокруг, будто между ними тоже был невидимый купол.

— Инструкция по созданию артефактов для стабилизации купола. — Эштон протянул мне старый листок, исписанный мелким почерком. — Это не плиты, на которых он стоит, это что-то другое. Видимо, он не успел никому предъявить и объяснить.

Я взяла листок дрожащими пальцами.

— Здесь упоминается пустынный огонь. Использовать стихию, чтобы подпитывать барьер, защищающий от нее же?

— Похоже на то. — Эштон подсел ближе, его плечо почти касалось моего. — Впрочем, может, и есть смысл? Подобное не уничтожает подобное?

— Я думала, только старый купол основан на древней магии.

— Значит, не только, — ответил Эштон, но я почувствовала что-то странное в его голосе. Его озадачило собственное заключение или…расстроило?

Я посмотрела на него, но он уже читал дальше, показывая мне очередную интересную запись. Мне нравилось слушать его. Приятный мужской голос и записи отца складывались в моем воображении, оживляя разговоры, что прервались десять лет назад. И сейчас я понимала не больше, чем тогда, когда говорил отец.

— Смотри. Это его записи о подготовке к демонстрации купола. Взгляни на список внизу.

Я взяла лист, пытаясь понять, на что именно должна смотреть. Отец перечислял имена, которые мне ничего не говорили. Разве что звания рядом… Здесь были высшие военные чины и советник императора.